Долго и счастливо

Глава 7-2. Рурдок

– Куда мы идем?

– Не «идем», а «шла». Я одна шла, – терпеливо ответила Иву, – а кое-кто увязался за мной.

Мы миновали Торговую улицу, повернув в сторону ремесленного района. Ясный денек сулил отличную прогулку. В корзинке у меня была пара костей, которые передала Лиона из таверны, и кусок пирога.

– Не увязался, а решил проконтролировать.

– Зачем меня нужно контролировать?

– Затем, чтоб ты еще одну работу себе не взяла. Да-да, я вижу, как ты каждый день объявления на доске у таверны просматриваешь.

– Интересные дела. А тебе не нужна работа?

– Нет, – он вдруг задумался, – хотя деньги куда-то уходят.

– Я тебе скажу, куда, – на меня устремили полный недоумения и надежды взгляд, – на еду.

– Да мы же просто в таверну ходим!

– А надо на рынок ходить иногда, дешевле будет.

– Но кухни же у нас нет, чтоб готовить.

– Кухни нет, – согласилась с ним.

– Но нужно что-то делать с едой.

– Меньше есть? – неуверенно протянула я.

– Я вообще-то царевич. И есть мне надо по-царски.

– А скромности царевича не учили? Сам высмеивал мою любовь к марципану.

– Точно! Надо набивать животы за счет клиентов, как мы тогда во дворце Кибелы объелись.

– Ну, жди клиента. Дней через сто. Сможешь сто дней не есть?

Отворила калитку ключом, который мне однажды дали, и прошла к старенькому одноэтажному дому, с одной стены увитому плющом. Еще на подходе послышался лай. У меня на грани сознания возникла какая-то важная мысль... но ускользнула.

Ив, который молчал некоторое время, в итоге выдал:

– Да я вообще могу не есть. Мои предки жили в диких полях. Они питались силой земли и солнца и познавали тайны бытия.

– Меня искренне восхищает то, что ты готов уйти в поле голодать, лишь бы не работать.

– Уйти и познать тайны бытия, – уточнил Ив.

Кто я такая, чтобы с ним спорить?

Навстречу выбежал здоровый черный пес, и я сходу бросила ему косточку.

– Вот это да, – Ив присвистнул, заглянув за приоткрытую дверь. Я уже знала, что внутри стены увешаны искусно выкованным оружием. – Почти как меч кладенец!

– Отдам за девять золотых, – прозвучал басовитый голос, и царевича заслонила грузная фигура мужчины в фартуке.

– Девять... Мэгг! Сколько это порций гренок в таверне?

Рурдок по-медвежьи обернулся. Он был как всегда с короткой темной бородой, неровной, как будто ее с края подпалили. Я с улыбкой оглядела крупно вырубленные черты лица.

– Не дури его, он не умеет торговаться, – тихо сказала кузнецу.

– А я и не дурю. Тебя в трактире не видно. Ушла от Тибера? – рассеяно кивнула. – Давно пора. С ним живешь? Мальчишка, – прищелкнул языком в сторону царевича.

– Я-то? – возмутился Иоанн, который хоть и выглядел юнцом, но по здешним меркам считался уже взрослым.

– Не одобряешь? – вновь улыбнулась я кузнецу.

– Хлипковат. Но еще окрепнет. Для меня? – довольный, он взял пирог. – Пошли, смородину заварю.

В коморке смежной с мастерской стояли стулья и стол, который Рурдок сколотил сам. А скатерть для стола ему подарила я. Немного стыдно было, что она такая простая, и я часто порывалась купить ему другую, когда появились деньги. Но Рурдок наотрез отказывался. «Хочешь сделать мне приятно – заходи почаще, не забывай старика», – так он всегда отвечал.

– Никаких убийств подозрительных или краж не было, Рур?

Ив рядом поперхнулся.

– Все тихо, – кузнец свел брови. – И ни один беглец не объявлялся. На вас напал кто-то?

– Я кинжал выронила, – ответила уклончиво. – Новый нужен будет.

– Посидим, выберешь, – кивнул он.

– А так, в общем, есть что-нибудь из новостей?

Рур вздохнул. Он не очень любил, когда я работала наемницей. Но что поделаешь – так мне платили больше, чем за смену в трактире.

– Все тихо, Мэгг. Недавно Боракс заглядывал, – он усмехнулся. Боракс где только не ездит и знает побольше газетчиков, да только попробуй из него что вытяни – забесплатно даже шуткой не поделится. – Он слышал, у барона Дарского все семеро сыновей исчезли. Говорят, был еще один ребенок, восьмой, но его потеряли много лет назад.

– Как можно потерять ребенка? – посетовал Ив.

– Ты свою жабу в маленькой комнате теряешь.

– Для тебя дети и жабы – одно и то же, что ли?

– Нет, – я смутилась. – Жабы не разговаривают.

– Странные дела, одним словом. Разом все исчезли, да.

– Бьюсь об заклад, их выкрали ради выкупа, – Ив шумно запил пирог настоем смородины. – Хочешь навестить Дарского и предложить помощь?

– Может быть.

Лишиться наследников для барона большое горе. И от мысли, что мы можем взяться за это дело, но не справиться с ним, становилось тревожно.

– Ишь как волосы у тебя отросли, – потрепал меня Рурдок по макушке.

Пшеничного цвета пряди доходили мне почти до лопаток. В этот раз решила не остригать их сильно. Раньше они были очень длинными... В какой-то момент этот вес стал для меня слишком тяжелой ношей.

***

Пару лет назад я впервые очутилась перед трактиром на окраине города. Я была голодной, замерзшей и не знала ничего о том, как живут в Ровгороде. При виде безумной девчонки на пороге в порванном платье господин Тибер и глазом не моргнул. Такие, как я, появлялись на дорожном тракте по двадцать раз за день. Хозяин заведения отвел меня в темную комнату и усадил за стол.

– Значит, ты теперь без роду без племени? – выслушал он и пальцами забарабанил по столешнице. – Личико-то миловидное, приодеть тебя – и для глаз услада будет. Ты, деточка, с успехом можешь податься в ночные леди.

– А что они делают? – я старалась не встречаться с ним взглядом.

– Ведомо что – постель греют. Как тебя зовут?

– Магдалена.

– Звучит оно по-благородному, но очень уж длинно. Ты возьми какое-нибудь сокращение, чтобы клиентам легче запоминалось.

Молчу некоторое время, продолжая смотреть в пол.