Долго и счастливо

Глава 14-1. Булавку на титул

К вечеру у здания таверны ждала повозка Боракса, нагруженная пятью огромными мешками ячменного зерна. Они равнялись где-то трем золотым или тридцати серебренникам, при условии, что зерно хорошее.

– Забирайте!

– Подожди. Знаешь мельника поблизости? – спросила извозчика.

– Где ж ты тут видишь мельницу, Мэгг? – он почесал бороду. – На окраине, разве что...

Ив запрыгнул в повозку, обхватив мешок, как дитя родное.

– Туда и поедем!

Доехали часа за два – без драконьего огня, зато дешевле. Однако мельник нас не обрадовал:

– Денег нет на все, – сказал он, поглядывая на мешки. – Я на днях уже потратился на зерно.

– Денег нет, а что есть? – допытывался Ив.

– Обождите.

Мельник с важным видом вынес нам маленький мешочек и раскрыл его, демонстрируя внутри мелкие овальные «камушки».

– Бобы чагао. Свежайшие. Их покрошить, сварить, и ум прочистит на раз.

Сомнительный довесок...

– Нам такое надо, – загорелся Ив.

– А что у вас в углу?

– Да, газеты старые... Все не выкину, собираю. Собирательный я, – выдал мельник.

– Новости со всех королевств, – я присела, начав воодушевленно просматривать стопку.

– Берите, коли надо, в долг одного серебряного, – предложил он. – Я их уже раз пять перечитал.

От мельника вышли с дюжиной серебряных монет, бобами и стопкой газет. Оставалось куда-то пристроить еще два мешка зерна. Иоанн вспомнил про кашу из ячменной муки, которую мы ели еще в трактире. Решили отправиться туда.

Первой нас увидела Дольха и злорадно выдала:

– Приползла-таки на коленях?

– Приехала в повозке, – исправил Ив.

– Дольха, нам к Тиберу.

Хозяин трактира выслушал про мешки, сходил оценить качество зерна, глубокомысленно помычал и спросил:

– Сколько хотите?

– Двенадцать серебренников за два мешка.

– Шли бы вы отсюда.

– Между прочим, ячменная каша – блюдо королей, воинов и...

– И коней, – завершил Ив.

Я хотела добавить, что ею кормят заключенных в темницах, но так даже лучше вышло.

Тибер поискал что-то в сундуке и положил перед нами на стол большую старую монету:

– Возьму один мешок. В обмен на это.

На сегодняшний день в ходу были разные монеты, но все – чеканные, и чеканились они по единому правилу, утвержденному правителями пол века назад. Тибер же предлагал буквально сплав металлов, который не примут нигде, кроме как в магазине у ювелира.

– Золотая? – поинтересовался Ив. Трактирщик кивнул. – А внутри?

– Внутри серебро.

Это еще проверить надо. Однако при первом взгляде одно покрытие монеты уже тянуло на два золотых. Которые, к слову, сами по себе тоже чеканились из более дешевых металлов: золото на них наносилось лишь сверху.

Потянулась к старой монете, чтобы взвесить ее, но Тибер хлопнул меня по перчатке.

– Ишь вы! Она выйдет больше, чем на один мешок зерна.

– Так берите два.

– Мне столько не нужно. Вы хоть знаете, как долго это зерно на кухне очищать и дробить в крупу ячневую?

Если бы меня допускали не только до мытья посуды, но и до готовки, я бы, может, и знала.

– А если его кафтан добавить? – показала на царевича.

– Мэгг! Ни за что, – Ив с негодующим видом взялся за полы кафтана.

Мне до последнего не хотелось прибегать к запасному варианту. Сняв перчатку, я продемонстрировала Тиберу частично скрывавшийся под ней тонкий серебряный браслет. Когда-то у меня был комплект из ожерелья и браслета – самое первое украшение, подаренное родителями на день рождения. Довольно скромное, по сравнению с теми драгоценностями, что появлялись у меня позже. Более тяжелое и тонко выполненное ожерелье я продала сразу же по приезде в Ровгород, а браслет оставила на память и порой надевала, как талисман. Вот и пришло его время.

Положила ободок перед Тибером. Тот придирчиво повертел его, нащупал клеймо Триодиннадцатого королевства на внутренней части и кивнул. Сделка состоялась.

– В ювелирную лавку, – скомандовал Ив, когда мы сели в экипаж. — Целый день туда-сюда мотаемся. Все трактирщики такие жадные?

Не все, но, пожалуй, многие. Большинство просто делают свое дело и пытаются заработать себе на хлеб. Не каждый ведь рождается в царских палатах.

Я на какое-то время притихла.

– Мэгг? Может, не стоило отдавать твой браслет? Хочешь, вернемся?

– Все в порядке.

Что толку цепляться за прошлое? Это всего лишь металл.

Чем больше денег – тем лучше.

Вскоре мы поняли, почему Тибер так долго не относил свою монету на оценку. Спорить с ювелирных дел мастером пришлось чуть ли не до хрипа. Не хотел он возиться со сплавом из нескольких металлов, еще и обменять монету на другой сплав попытался, но я все-таки настояла на чеканке.

Под конец дня мы имели кипу газет, горстку каких-то бобов, завернутых в тряпицу, дюжину серебренников, два золотых и... один несчастный мешок зерна.

– Аристократы, – плевался Ив. – Пять мешков зерна, как же! Она теперь дочь барона Дарского, не могла деньгами заплатить?! Чтоб еще хоть раз я согласился на подобное!

– Боракс, возвращаемся на Торговую, – устало произнесла я.

Идеи, кому впихнуть последний ячмень, у меня кончились.

Извозчик тронул лошадей. Когда повозка остановилась у здания таверны, Ив вдруг прозрел:

– Боракс? Боракс, твоим коням мешок зерна не нужен? Давай, с нас ячмень, а с тебя парочка бесплатных проездов.

Боракс задумчиво пощипал свою бороду.

Мы были спасены.