Долина Теней. Последний артефакт

Глава 17. О том, что пророчества иногда исполняются

Могучий воин занимал за столом пространство, достаточное для троих. Он уже осушил полбочонка доброго пива, которое хозяин таверны гостеприимно выкатил из дальнего угла погреба, и уже подумывал о том, как распорядиться второй половиной. Его попутчики – трое северян – братья-близнецы и их светлокудрая сестра, эльф и двое воинов-дираков сидели с выражением затаённого нетерпения на загорелых обветренных лицах. Ожидание для них слишком затянулось. Вторую неделю они без дела бродили по Змееграду. Их разношерстый отряд неизменно привлекал внимание конников, наблюдающих за порядком в городе, но и только.

Нужный человек всё не появлялся.

С приближением полнолуния воин всё больше приходил в ярость. В том, что они прибыли по назначению, он не сомневался. В какую сторону не взгляни, явственно заметны признаки присутствия в городе злобного распущенного царя. Никто на улицах не говорит слишком громко, опасаясь стать пищей дракона, которого никто никогда в глаза не видел. Не дракон, одно название, всего лишь безмерно разросшаяся ехидна. Нет никакой чести в том, чтобы быть съеденным этой ничтожной тварью.

Однако представители жестоко попираемого народа не очень спешили упасть в ноги своим спасителям. Это было необъяснимо.

Воин опустил на стол тяжёлый кулак.

– Ничего не понимаю, – проговорил он густым басом, от которого задрожали стёкла. – Неужели нам пришлось идти на край земли только за тем, чтобы поглазеть на каменных змей? За этим ли позвал нас за три пустыни и семь морей глас пророчества? Где барды, слагающие оды в нашу честь? Где неувядаемая слава, воспетая в веках? Где те жалкие семьсот монет и где, наконец, этот дьявол, посланник дома мудрецов и магов?! Не могучая ли сила Шады объединила нас и бросила в бой со злом?

– Всё так, предводитель, – с легким поклоном сказал один из братьев-северян.

– Ты прав, о могущественнейший и мудрейший из воинов Шады! – нараспев произнёс зеленоглазый дирак.

– О, великий! – хором подхватили остальные воины и дружно подняли кружки за здоровье вождя.

Вождь окинул их гневливым взглядом.

– Довольно! Берите своё оружие. Мы выступаем немедленно. Если нас не зовут, то мы пойдём сами. Так или иначе, мы исполним пророчество, и будет лучше для этого поганого города, если нам за это заплатят! Я всё сказал.

Он поднялся из-за стола и укрепил на поясе огромный меч, один вид которого наводил смертельный ужас на врагов. С громким боевым кличем воины последовали примеру вождя.

***

День близился к концу, и небо приобрело зловещий бардовый оттенок. Бену, который никогда прежде не верил в приметы, это показалось плохим предзнаменованием. Он глубоко вздохнул и покрепче сжал рукоять меча. Плохо было уже то, что он стоял во главе этого маленького отряда, идущего навстречу крупным неприятностям. Почему он, учёный с громким именем должен заниматься столь неблагодарным делом? Благополучного исхода он не ждал.

Чародей, который втянул их в это сомнительное предприятие, неуверенно плёлся сзади и что-то бормотал себе под нос – то ли заклинания, то ли ругательства, и это навевало на Бену тоску. Нефрит нёс с собой какие-то склянки, некоторые выпали из его дрожащих рук и разбились о мостовую, распространяя вокруг устрашающее зловоние.

Гораздо позднее, когда Иеро при случае высказывал сожаление о том, что в отряде нет настоящего волшебника, лицо Бену серело, а волосы вставали дыбом.

«Весь город знает, что мы идём во дворец, и цель наша известна каждой собаке.

У гостиницы колдуны провожали нас грустными взглядами и совали амулеты в нашу одежду и упряжь лошадей. А это их «да не убоитесь, глядя в глаза смерти» и «пусть высшие силы оберегают ваши тела от растерзания» могут насторожить кого угодно!

Вот уж не подозревал, что когда-нибудь мне придётся оказаться так далеко от дома, да ещё сомневаться, приведётся ли снова увидеть родные стены.

Боюсь, никто не позаботится о моих ковриках».

– Мы пришли чествовать короля, – сказал Бену двум дородным стражникам, вооруженным алебардами.

До последнего момента антрополог надеялся, что охрана проявит бдительность и твёрдость духа и прогонит нежданных просителей прочь, но двери дворца гостеприимно распахнулись. Никто их не задерживал и не требовал сдать оружие. Так ли поступает жестокий король, которому должно опасаться гнева своего народа? Или же это хитрая ловушка?

Как правило, проблемы начинаются тогда, когда кажется, что всё просто. Поднимаясь по парадной лестнице с причудливо изогнутыми перилами, Бену мысленно проклял всё на свете. С чего он взял, что королю ничего не известно о пророчестве, и он не принял мер, чтобы спокойно дожить до старости? Или у короля нет верных советников, наблюдающих за ситуацией в городе или астрологов, которые зорким оком отслеживают небесные интриги?

Наверное, Иеро думал о том же. Его лицо было совершенно непроницаемо, лишь взгляд выдавал обеспокоенность.

Из всего отряда один Никлар сохранял бодрость духа. По-видимому, внутреннее убранство дворца произвело на него впечатление. У основания лестницы возвышались две колонны в виде переплетающихся змей, подпирающих клобуками свод. Стены были украшены барельефом – орлы, чёрные, золотые, красные, застыли в молчаливом поединке. Казалось, они могут ожить в любой момент.