Долина Теней. Последний артефакт

Глава 26. Эльф и духи света

Солнце неохотно выползало из-за горизонта, словно напуганное событиями предыдущей ночи. Большинство горожан уже покинули гостеприимные стены монастыря, некоторые возносили хвалу божествам в главном дворе монастыря.

Настоятель с группой монахов всё ещё находился в святилище, его коленопреклонённая фигура неподвижно застыла напротив алтаря. Сегодня боги собрали богатую жатву, и возникала надежда, что они будут более восприимчивы к молитвам и просьбам людей. Настоятель поднял голову – жертвенник был залит розовыми лучами, проникавшими сквозь узкое окно в дальней стене, и бронзовый дракон нежился в огненном ореоле. Хороший знак – в первый раз за многие годы.

Монахи затянули песню в честь нового дня, и настоятель, тяжело поднявшись на ноги, присоединился к ним.

Арис лежал на широкой кровати с балдахином. Его лицо, совсем недавно землисто-серое, понемногу приобретало нормальный оттенок, дыхание выравнивалось. Рана была глубока, но не смертельна. Стрела, направленная в сердце дракона, во время трансформации лишь пробила плечо, однако Арис до сих пор не пришёл в сознание.

Рауни не отходила от раненого ни на шаг. Она только что закончила менять повязку, и теперь готовила лечебный бальзам. Очень скоро ей потребуются ещё травы для заживляющих мазей, пока же она обходилась своими запасами.

На пороге комнаты неслышно возник Никлар. Вид у него был виноватый. За его спиной стояли Бену и Эйн Штейн. Лекарь душ нашёл для себя работу во дворе монастыря, утверждая, что без его помощи люди ни за что не оправятся от пережитого ужаса.

К слову, большая часть горожан забыла о драконе сразу после восхода солнца, и поддержка была нужна разве что самому У-ку. Он ходил следом за прихожанами и убеждал их не бояться. Люди слушали, улыбались и кивали больше из вежливости. У них были свои заботы, нужно было собирать по полям разбредшихся овец и коров, приниматься за повседневные дела.

– Я должен был сразу догадаться, – сокрушённо пробормотал эльф, передавая наёмнице сумку с травами. – Я видел на Арисе наведенные чары, но не сразу понял, что это такое. Думаю, так монахи пытались держать под контролем оборот. Он выживет?

– Опасность позади, – ответила Рауни. – Спасибо, Никлар, ты сделал всё, что мог.

– Мы можем помочь? – спросил Бену, который по какой-то причине чувствовал ответственность за происходящее.

Рауни поблагодарила его и тут же отказалась. Она была уверена, что справится собственными силами.

Бену же искренне считал, что страх и темнота сыграла с его друзьями злую шутку, и они приняли человека за дракона. Переубеждать его никто не стал. Вселенная молодого антрополога была построена на строгих научных фактах, и не было никакого практического смысла разрушать ее. Появление еще одного дракона в этой вселенной было исчезающе малой вероятностью.

– Держите доктора У-ку подальше отсюда, – сказала Рауни с усталой улыбкой. – Этим вы заслужите мою глубочайшую признательность.

– Хорошо, – Бену кивнул с серьезным видом. – Мы как раз едем к Плите. Никлар тоже может поехать с нами.

– Отличная мысль, – Рауни улыбнулась эльфу. – Он всегда мечтал там побывать.

Никлар от имени всех эльфов хотел заявить, что это далеко не так, но вовремя прикусил язык. Хотя ему определённо нечего делать около Плиты, он поедет, чтобы доставить удовольствие Рауни. Очевидно, наемница хочет побыть с Арисом наедине. Он проснётся совсем скоро, и им будет о чём поговорить. К тому же у эльфа давно возникла теория относительно города вельдов, и теперь ему выпадала возможность проверить её.

Глядя на Рауни, Бену задумался. Он давно перестал воспринимать её как наёмницу. Хотя ей по-прежнему платили жалование, Бену не мыслил своего отряда без Рауни. Ему оставался лишь шаг до осознания, что она, помимо неоспоримых боевых качеств, красива и изящна, и он сделал его сейчас.

Лицо девушки утратило привычную резкость и настороженность, стало мягким, в глазах появилась теплота, которую он раньше не замечал. Он знал, что она готова вскочить в любой момент с мечом в руке и сражаться, и тогда он мог не опасаться за свою жизнь, Бену никогда не представлял её иной. Он сравнивал её с дикой кошкой, опасно отточенным клинком, и никогда – с прекрасным цветком, раскрывающимся навстречу солнцу. Да и сама Рауни вряд ли оценила бы такое сравнение. Но сейчас она была именно такой, и Бену немного пожалел, что не он сейчас нуждается в её заботе.

Однако странные чувства владели Бену лишь несколько мгновений. Антрополог вспомнил о Плите, и его мысли заработали в привычном направлении. Теперь он уже не мог бы сказать, что на него нашло.

– Пойдём, – обратился он к Никлару. – Ты увидишь, какую работу мне пришлось провернуть. Уже есть первые результаты.

Эльф с явной неохотой поплёлся следом за ним. Научные изыскания Бену его не интересовали. Заброшенные строения вельдов навевали на него тоску. Каждый камень, каждый зияющий сводчатый проём напоминали о катастрофе, случившейся много веков назад. Есть раны времени и пространства, которые не заживают никогда. Вельды усугубили ситуацию, призвав последних духов света – их иссушающие огненные тени всё ещё таились среди развалин.

Духи не были опасны для людей, а лишь для существ с открытым сознанием, какими были все древние расы. Памятуя об этом, эльф повязал голову чёрной повязкой с охраняющими заклинаниями. Какая-никакая, а всё же защита.