Должники

Глава 2. Как наркоманка

Она проснулась в 5 утра. На улице ещё темно Но ранее утро всегда очень радует Лику, даже если она и не выспалась.

«Ну, подумаешь – проснулась в такую рань. Ну и что, что темно. Зато утреннее моё удовольствие – это ловить само ранее утро. Не хочу больше ничего, что связано с Марксом, вспоминать. Спасибо ему за всё былое, пусть живёт, как хочет. То, что Маркс так с мной дурно обошёлся – это очень плохо. Бог ему судья. Не мне его судить. Он поступил жутко, подло».

С этими словами Лика тихо подошла, и так пришла на полтора часа, как жвачка. Хорошо, что дома тихо. Полная тишина. Никто, ничего не слышит. Всё хорошо. Можно побыть спокойно наедине с собой. Но стоило насладиться этой тишиной, какое-то время Лике, как вдруг она услышала нечто отвратительное. Матерное ругательство. За её окном слышны знакомые ей голоса. Её же девочки, и, откуда, непонятно тут обнаружен с ними сам Маркс. Ведь вчера же ещё Маша при ней разговаривала с ним, а потом дала Лике трубку, чтобы она успела жестоко с ним поговорить и как-то попрощаться. Что он тут забыл возле её дома? Вот интересное же кино! Действительно, Маша, видимо, тоже решила принять табак, или те же самые наркотики и душить самого Маркса, влезая с ним в драку. Диалог у них пошёл такой:

– Ты что от меня хочешь? Зачем за мной погналась? Сказано же вчера тебе было, что всё – значит всё. Верни мне мою Лику!

– Она больше, не твоя. И ты не её. Ты забыл, что ты мне и ей лично вчера сказал? Ты её предал! Ты вытер об её ноги! Поздно! Твой поезд уже ушёл. И все места уже другими забронированы.

– Я возьму билет в кассе. В следующее время. На этот же поезд и поеду.

– Куда ты это ехать собрался?

– К Лике. Мне другая не нужна.

– Увы, тебе придётся другую себе искать, – держа его и продолжая драться воскликнула Маша. – С Ликой у вас дружба уже всё. Прожита. В мутных оттенках всей серой палитры делать и переделывать в более в яркие цвета уже не получится. Ты поступил с Ликой подло. Так поступали с ней и другие, так что смирись и отстань от нас с Ликой.

– Ну хотя бы в последний раз дай мне её увидеть.

– Нет! – наотрез отказала Маша, после чего над его слезами громко засмеялась остальные девчонки. И его мальчики.

– Не дам! Ты всем нам доказал, что из себя представляешь, и вся твоя ложная доброта – это твоя маска. А под ней твои подлость и грязь, которой ты облил мою подругу и все её чувства к тебе, всё, что она тебе подарила, так что уходи.

Но стоило ему выйти из рук Маши, как его забрала полиция. Полицию успела молча, втихаря вызвать Маша.

– Блин! Что там творится! Ещё веселее оказывается, чем я могла себе представить, – сказала сама себе Лика. – Надо же. Хах. Меня захотел после того, как сам меня поранил.

За пять минут только и успела быстро одеться, умыться, как-то привести себя в порядок Лика, как в дверь резко раздался звук. Это беспокоит её Маша.

– Лика, открой. Это я, Маша.

– Да. Я сейчас.

(Дверь открылась)

– Проходи.

(Маша вошла.)

– Нам нужно поговорить.

– Что-то срочное?

– Да, Лика. Это очень нужное, срочное дело.

– Ну так проходи, что у двери стоишь? Проходи.

– А никто тут нас не услышит? Разговор ведь пойдёт серьёзный.

– Да. Я уже чувствую, что будет он серьёзный. Мы тихо будем говорить, так что выкладывай всё мне, что там успело произойти, Маша.

– Ну, ладно. Коли коту под хвост, – согласилась Маша, – значит, слушай, детка. Я по пути к тебе когда шла, встретила наших девочек – Глорию с Аннетой

Они с другой стороны откуда-то тоже шли. С ними ещё Вика была.

– Вика какая? Вик у нас много.

– Вика Горохова. С тобой в техникуме училась. Такая, низкая по росту. Полу-блондинка. Со средне русыми волосами.

– А-а, всё. Что-то припоминаю. Да. Мы на то время общались, потом из-за Глории перестали Хоть и не ссорились.

– Так. А это ты мне и не рассказывала.

– Рассказывала.

– Ладно. Значит, я уже забыла.

– Ну и что? Как рядом с ней Глория очутилась? Она в наши отношения вмешалась. Влезла во все наши с Викой разговоры, и благодаря ей стало всё плохо. Влиять на все наши важные и какие-то срочные с Викой дела. Без ведома также Глория смотрела и лезла во всё – все наши телефоны, все книжки и другие документы. Заблокировала все наши отчёты, договоры и счёта. Также отняла наши ноутбуки.

– И даже мой? – подпрыгнула на одной ноге Маша, открыв рот.

– И даже твой, Машуль.

– Оп-па! Во она какая, оказывается. Дело ещё серьёзней, чем я о ней думала. – Об этом я и говорю, Маш.