Дом Блэков. Итан

Глава 1

Анабель.

Имя выбрал Итан, и оно прижилось сразу, будто всегда ждало именно её. В тот миг, когда он впервые взял на руки крошечный тёплый свёрток, внутри него что-то сдвинулось. Не просто нежность — странное, почти болезненное чувство важности. Он вдруг стал не просто старшим братом. Он стал нужным.

Сириуса он любил яростно, по-братски, но к Анабель тянуло иначе: трепетно, щемяще, будто она была хрупким доказательством, что он может быть хорошим.

Он бежал домой после школы, перескакивая через ступеньки, и едва переступив порог уже спрашивал: «Где она?» Ему казалось, что за эти несколько часов он невероятно соскучился. Но вместе с нежностью в сердце поселилась тревога.

Семья Блэк выглядела идеально. Калеб — знаменитый футболист, глава корпорации, мужчина, на которого равнялись. Кира — хранительница дома, мать, женщина, которая ещё и управляла фондом «Чистые сердца» и играла на рояле так, что у слушателей перехватывало дыхание. Итан унаследовал от неё слух.

Со стороны всё сияло: красивая любовь, блестящие карьеры, образцовые дети. «Сказка», — шептали вокруг.

А внутри Итана эта сказка медленно душила.

Шестнадцать лет. Первенец. Наследник. «Золотой мальчик». Он учился на отлично, ходил на шахматы, музыку, плавание, был активистом и всегда — «всегда» — правильным. Люди улыбались: «Смотрите, какой принц!» Никто не видел, как он вечером снимает эту корону и чувствует, что голова уже не держит. Хотелось просто быть. Ошибаться. Кричать. Иногда просто молчать и не оправдываться. Но статус не позволял.

В тот день отец прислал сообщение в семейный чат: вырезка из журнала, где Итана назвали «образцом молодого поколения». Рядом смайлик с большим пальцем вверх. Итан смотрел на экран, положил телефон и не прикасался к нему до вечера.

И однажды струна лопнула.

Всё началось невинно: Арчи и Джей-Джей придумали «просто сгонять в пригородный бар». Итан пошёл. Не потому что хотел. А потому что устал быть тем, кто всегда говорит «нет». Алкоголь. Кальян. Лёгкость, которой он никогда раньше не пробовал. Девушки, смех, дым, чужие руки на плечах. Время растворилось.

Сначала накатила эйфория. К ним присоединились какие-то девушки, потом женщина постарше, потом ещё парни. Всё слилось в хаос. Спутанные голоса, спёртый воздух, время потеряло смысл.

Арчи толкнул Итана локтем, почти опрокинув его стакан.

— Смотри, принц-то наш наконец-то живой! — крикнул он сквозь музыку. — Я уж думал, ты до конца вечера будешь сидеть с лицом «мне надо домой к маме».

Итан фыркнул неожиданно для самого себя искренне.

— Иди ты. Просто… непривычно.

Джей-Джей перегнулся через стол, глаза блестят от выпитого.

— Непривычно? Да ты сейчас выглядишь, как будто первый раз в жизни без реферата по биологии! Расслабься, Блэк. Никто тут не будет тебя фотографировать для семейного альбома.

Арчи подхватил:

— Точно. Сегодня ты не наследник империи. Сегодня ты просто Итан, который может напиться и накосячить, как все нормальные люди. За это и пьём!

Он чокнулся пластиковым стаканом об стакан Итана так сильно, что жидкость плеснула на стол. Итан инстинктивно дёрнулся убрать локоть, но потом передумал и тоже поднял стакан.

— За нормальных людей, — повторил он тихо, почти себе под нос.

Арчи ухмыльнулся шире.

— Вот это я понимаю. Ещё по одной, и ты вообще забудешь, как правильно галстук завязывать.

Джей-Джей заржал.

— Он и трезвый не умеет. Помнишь, на выпускном он пришёл с узлом, как будто его собака жевала?

Итан закатил глаза, но уголки губ всё-таки поползли вверх.

— Вы оба — идиоты.

— Твои любимые идиоты, — парировал Арчи и махнул бармену. — Ещё круг, за счёт принца!

Итан не стал спорить. В тот момент ему действительно было почти легко.

Потом что-то пошло не так. Он не сразу понял, когда именно. Слова, которые не стоило говорить. Чужой человек, которому не понравилось. А дальше вспышка.

Очнулся он уже в такси. Родители Арчи довезли его до дома. В машине Итан заметил спящего друга и только тогда почувствовал, как ноет челюсть, как болит всё тело, как от него разит перегаром и чужим дымом.

Перед особняком он глубоко вдохнул.

У крыльца стоял отец. Руки скрещены. Взгляд свинцовый.

— Ну и откуда мы такие разукрашенные? — голос Калеба был тихим. От этого ещё страшнее.

Итан поднял мутные глаза. Только сейчас до него дошло: на лице следы драки.

— Я отдыхал, — бросил он, пытаясь держать взгляд.

Из-за спины отца вышла Кира. Её молчаливое, печальное лицо резануло больнее любого крика. Итан ненавидел заставлять мать плакать.

— Отдыхал, значит, — повторил Калеб без эмоций. — Надрался. Обкурился. И подрался. Отлично.

«Ему уже всё рассказали», — понял Итан.

— Да, отдохнул! — сорвался он. — Разве я не могу? Мне хочется жить, а не только соответствовать! Я устал быть идеальным!

Калеб вспыхнул.

— Устал он! Живёт в золотой клетке, но устал! Захотел приключений — получил. Твоя физиономия это подтверждает.

Кира только сжала руки. По её щекам уже бежали слёзы.

— Мне надоело ждать одного лишь совершенства! — кричал Итан. — А если я хочу быть обычным парнем?!

— Ты мог хотя бы ответить на звонки матери, — голос Калеба стал низким, опасным. — Она рыдала, представляя тебя в канаве.

— Я не слышал звонков!

— Конечно. Ты был слишком занят, играя во взрослого.

Спор раскалялся. В конце концов отец оборвал:

— Марш в комнату. Ни шагу из дома, кроме школы и кружков, на месяц. И приведи себя в порядок, от тебя разит.

Итан сжал кулаки, но спорить было бессмысленно.

Поднимаясь по лестнице, он услышал приглушённый разговор родителей. Голос матери дрожал:

— Может, мы слишком многого от него ждём?..

Калеб ответил неожиданно тихо:

— Может. Но я не хочу, чтобы он повторил мои ошибки. У меня не было никого, кто бы остановил. Меня спасла только ты. А у Итана есть мы.