Дом для Золушки

2.4

Близился обеденный перерыв, и сотрудники ожили, оторвавшись от рабочей волокиты, в предвкушении положенного перерыва. Более удачливые секретари уже спешили донести до начальства их заказанную по четкому расписанию еду, тогда, как Инессе с таким привычным заданием сегодня не повезло. Она в очередной раз наблюдала, как на табло над лифтом сменяют друг друга цифры этажей, когда наконец его двери разъехались, и среди выходящих она заметила нужного и знакомого ей курьера.

Она постучала указательным пальцем по циферблату часов и сурово покачала головой.

– Вы опоздали на пятнадцать минут.

– Пробки, – сияя профессиональной улыбкой, ответил ей совсем молодой на вид парень.

Можно было предположить, что тому только стукнуло восемнадцать лет, но пару дней назад он по секрету признался ей, что ему уже двадцать пять, а затем, с той же словно прилипшей к лицу улыбкой, спросил номер ее телефона.

Инесса требовательно выхватила заказ и с кислым лицом заглянула внутрь. Сверху находился контейнер с несъедобного вида вареными и свежими овощами, зато снизу благоухала – карбонара. От вида пасты в сливочном соусе, да и еще с кусочками бекона, сердце ее оттаяло.

Интересно, что из этого собрался съесть Юлик?

– Приятного аппетита, – не теряя позитива, пожелал ей курьер.

– Это не для меня, но спасибо, – она неохотно расписалась в получении.

Еду она несла со всей старательностью и ответственностью. Ей то уж не понаслышке было известно, что плохой обед может испортить весь рабочий настрой.

Тем не менее, все что она получила – раздраженный взгляд и ни единого слова в благодарность.

Юлиан придирчиво открыл первый контейнер и недовольно заявил:

– Это ты так неаккуратно донесла мой обед?

– Что? – не поняла Инесса и с содроганием посмотрела на овощи. – Поверь, даже плюнь я туда, они не стали бы от этого хуже. Но я ничего не делала, клянусь.

Губы его в невысказанном неодобрении поджались, и он махнул, жестом прогоняя ее из кабинета.

– А вторая порция – кому? – почесав кончик носа, решилась спросить она.

– Это, – Юлик раскрыл контейнер словно ящик Пандоры, и Инесса почувствовала, как ее сознание молниеносно подверглось греху чревоугодия. – Для тренировки воли.

Он отодвинул от себя пасту и на ее округленных глазах засунул в рот зеленое соцветие брокколи.

Не выдержав, такого кощунственного отношения с нормальной едой Инесса поспешила оставить его одного.

Вернувшись за свой стол, Инесса прочитала записку, в которой Нина Алексеевна сообщала, что ушла на чаепитие в бухгалтерию. Со своей коллегой, она все меньше проводила времени вместе, пожилая секретарша стала часто внезапно заявлять о необходимом походе к очередному врачу, а сегодня и вовсе поставила перед фактом, что завтра уходит в отпуск.

Инессе осталось лишь распаковать заготовленный дома скудный обед в полневшем одиночестве.

Ничего, - мрачно откусив от безвкусного яблока, думала она, зато ей спортзал не нужен.

За перекусом она пролистала фотографии, выложенные вчера Розой, на которых была либо белая и гордая мордочка Мими, либо ее улыбающаяся хозяйка. Оставила пару сообщений с предложениями бросить уже бесполезного Юлиана и встретиться с ней поужинать. Потом вернулась к составлению отчетов: одного настоящего и двух других для подлого преступного шпионажа.

У нее провибрировал телефон и она, мельком покосившись на него, прочитала информацию про обновление социальной сети Юлика.

Чудесно, этого ей еще не хватало. Инессе приходилось отслеживать его только из необходимости; как и большинство людей, он выкладывал почти каждый свой шаг, что значительно облегчало слежку за ним.

Она поморщилась и со страхом открыла его страницу. Там на новой фотографии Юлиан демонстрировал свой скучно-полезный овощной обед и белоснежную улыбку. В совокупности это раздражало еще сильнее.

И пока Инесса раздумывала какую гадость написать под вторым – неизвестным никому аккаунтом, на ее глазах число поставленных ему лайков возросло до ста – за какие-то пару минут!

– Поверить не могу, что твоя физиономия собирает больше сердечек, чем кошачья мордочка Мими!

Эмоционально затрясла она телефоном, когда влетела без стука в его кабинет.

Обращалась она при этом к его напряженно застывшей спине, скрытой за спинкой кресла.

– Ты меня слышишь? – позвала Инесса еще раз.

Юлик медленно развернулся к ней лицом, с полными щеками, набитыми почти опустошенной карбонарой.

От возмущения у нее рот приоткрылся.

Вот ведь наглец! А где-то дома сидит Роза и правда считает, что он одной морковью и сельдереем питается.

– Для тренировки воли значит? – приподняв брови, поинтересовалась она.

Юлик попытался проглотить еду, но под тяжелым взглядом Инессы у него никак не получалось это сделать. А стоило бы спешить, пользуясь его унизительным положением, она сделала серию компрометирующих снимков и теперь пересматривала их, разрываясь от выбора самого неудачного их них.

Он уже почти задыхался, когда сумел справиться с застрявшей поперек горла пастой и сдавленно прохрипеть:

– Никогда не заходи ко мне без стука.

Юлик прокашлялся и во весь голос крикнул предупреждение снова. Инесса рассмеялась, но, когда в его руке опасно оказался контейнер с нетронутыми овощами, поспешила удалиться.

А Юлиан вдруг с парализующим страхом осознал, что находился на волосок от смерти.

И по чьей вине?

Пасты и Злобиной.

Провожая выходящего из кабинета Юлиана взглядом, она украдкой ухмыльнулась.

– Задержался на сорок минут, – указала Инесса в сообщении для Герман Валерьевича. – Ушел на час раньше.