Дом для Золушки

11.4

***

Утро Юлиана Пирогова началось со звонка матери, которая уже пару недель настаивала на знакомстве с его девушкой. Он продолжал молчать о том, что никакой девушки у него больше нет, но, даже, если бы и отношения с Розой и не закончились, то он сомневался, что она поехала бы с ним в родительский дом – деревенский и обычный. Не то, что особняк семьи Янко.

***

У Олега Потрепалова не было совсем этого утра. Он приехал ночью с очередной конференции, успел принять душ дома, сменить костюм, а потом отправился на работу. Проблем было много, дел еще больше. Некогда ему отдыхать, решил он, а тем более думать о Розе Янко и своей неудавшейся затянувшейся первой любви.

***

Герман Валерьевич опаздывал на работу. Неприятное сообщение от дочери и подавленное состояние жены, вызвали у него очередной приступ боли в спине. Он с трудом доехал до спа-салона, где его уже поджидала массажистка. От слов и прикосновений которой ему становилось легче – все-таки она была не только мануальным терапевтом, но и целителем душ.

***

Роза Янко как раз выходила из аэропорта и спешила найти такси. Шум, жара и толпа народа заставили ее поморщиться. Внутри у нее было противно пусто, только в мыслях расцветала обида: на мачеху, отца, Потрепалова и себя саму.

Если бы только можно было все исправить.

***

Больше всего повезло Песцову.

Он зашел в офис, переполненный идеями, кофеином и зарядом бодрости. Тем более на рабочем месте его уже ожидала Инесса с довольной и широкой улыбкой, что могло быть приятней?

– Доброе утро, Тимур Аркадьевич, – поправила она очки в толстой оправе.

Привычно невнимательный к подобным мелочам Песцов, только тогда и обратил на этот аксессуар и сделал вывод, что, даже строгие очки подходили Инессе Злобиной.

– Сменили имидж? – поинтересовался он.

– Потеряла правую контактную линзу, – пояснила Инесса и, стянув съезжающие очки с кончика носа, прищурилась. – Я тут долго думала и решила, что нам нужно поговорить.

Оторопев, Тимур нелепо переспросил, кого именно его секретарь сейчас имела ввиду.

– Вас и себя, конечно же, – подтвердила она его худшие опасения и внезапно выпалила: – Совершенно случайно я была в том ресторане, когда вы были на своей личной и встрече, и у меня появились вопросы... Тоже личного характера.

Они напряженно друг друга изучали, пока Песцов не пожал плечами.

– Тогда слушаю вас.

Инесса выдохнула, скрестила руки на груди и отвела взгляд, уткнувшись в пол.

– Ваша девушка вам изменяет, – негромко промямлила она и не дала ему и секунды на объяснения. – Когда вы ушли, к ней пришел другой мужчина и тоже подарил букет.

Очевидно, чтобы его успокоить, Злобина тут же добавила:

– Но ваши цветы были лучше, – не забыв, похвалить и себя: – Ведь я их выбирала.

Улыбка у нее получилась натянутой и чересчур доброжелательной. Инесса подошла, неловко похлопала Тимура по плечу, выражая поддержку, и поспешила уйти.

– У меня там дела… – уклончиво заявила она.

Тимур остался один. Внутри его разбирал смех, и он хмыкнул. А затем, с облегчением вздохнув, вспомнил, что скоро выпишется из больницы его прежний секретарь и странности Инессы Злобиной перестанут быть его проблемой.

***

Оксана Петровна, находившаяся в тот момент в палате Славика, чихнула, но сейчас ей было не до размышлений: простыла ли она или же ее кто-то вспоминал. Ведь ее утро началось с предложения руки и сердца.

И она согласилась.