Дом для Золушки

14.1

Пока Инесса уже поздним субботним утром пересказывала в подробностях свои отношения с Песцовым, Роза успела доесть собственный завтрак, сбегать к холодильнику за совсем не полезным ведерком мороженого, купленным еще подругой, а затем прикончить и его.

Роза виновато поморщилась, когда Инесса поскребла ложечкой по пустому дну ведерка.

– Это все переживания из-за тебя, – обвинила Янко подругу.

Но в глазах у той уже горел жадный огонек, предвкушающий обжорство.

– Тогда я закажу еще пиццу!

И отказаться она ей не смогла, из-за чего к вечеру ощущала себя ленивым тюленем, способным только перевернуться на другой бок. Роза ущипнула себя за складку на боку, напомнившей про необходимость диеты, и широко зевнула. С темы обсуждения отношений между подругой и ее начальника они за прошедшее время так и не перескочили.

– Просто веди себя как обычно, – дала Янко возможно не самый действенный совет. – Ведь за что-то твой Песцов уже полюбил тебя.

– Говорю же: не любим мы друг друга, – возмутившись, закатила глаза Инесса. – И мне, и Тимуру нужны свободные отношения. Мы будем как бы вместе, но одновременно каждый сам по себе.

Роза с сомнением пыталась представить подобную модель семьи. Не совсем уникальную, если вспомнить про отношения отца и мачехи. И, судя, по холодным расчетливым эмоциям подруги, именно пример матери и толкал ее в объятия к сухарю, – по личному мнению самой Розы Янко, – Песцову.

Даже более, Инесса сама подтвердила, когда довольно заметила:

– Наконец-то я утру нос матери и стану даже чаще мелькать перед ее глазами…

– Мой отец, – напомнила еще про главу их семьи Роза, – он будет в шоке.

Злобина ехидно захихикала.

– Кстати, про твою мать. В последнее время, – поморщилась Янко и почувствовала неловкость, когда посмотрела на Инессу, – я на дух ее не могу переносить.

Она не могла сказать, было ли это связано с дурацкой историей с портретом матери, который все-таки вернулся на прежнее место. Или же из-за того, что она внутренне стала ощущать, как отдаляется от родного и любимого отца, и кроме как вины мачехи ничьей другой не находила.

Инесса напряглась на секунду, но, как ни в чем не бывало, продолжила смотреть телевизор.

– Ты еще долго продержалась, – пожала она плечами.

Собственные воспоминания Розы о родной матери выцветали со временем, словно старинные пожелтевшие фотографии. Но светлый образ, запечатанный глубоко в сердце, мешал пониманию чувств подруги. Конечно, Светлана не была чудовищем, но от такой как она, неосознанно хотелось держаться подальше, даже не пытаясь, узнать ближе.

– А зачем ты ищешь с ней общение? – спросила она, не отводя взгляда с напряженной тонкой спины Инессы. – Почему ты даже отношения заводишь только назло ей?

- С Тимуром Аркадьевичем я буду встречаться не только из-за нее! Но я хочу ее понять, наверное, – задумчиво поковыряла Злобина узор на покрывале. – Как это жить с в роскоши, но не с любимым человеком?

Так ничего не понимая, Роза тяжело перекатилась на другой бок, взбила поудобнее подушку и предположила:

– Так значит Песцов – твой экспериментальный аэродром, – нашлось в ее словарном запасе подходящее определение.

– Что? – фыркнула Инесса и рассмеялась.

– Я считаю, что ты просто используешь его.

Роза уколола ее и кивнула собственным мыслям, сама она тоже ни раз заводила отношения без взаимной любви, но Инесса, как ей раньше казалось, трепетно относилась ко всей этой романтической чуши.

– Вовсе нет! – возмутилась та. – Тем более сейчас…

Инесса замолчала, чтобы избежать ответа, закинула в рот последний соленый орешек и запила их апельсиновым соком.

– Что именно – сейчас? – Роза вцепилась в оговорку подруги, как ищейка нашедшая верный след.

– После того, как я его узнала ближе… - Злобина взмахнула руками, неловко пытаясь что-то объяснить.

Но ее неуклюжая пантомима вызвала у Роза только раздражение. Инесса тоже потеряла собственную мысль, поэтому вздохнула:

– Я буду честной с ним, – не совсем уверенно, но твердо заявила она. – Тем более не думаю, что мне по силам разбить сердце Песцова на щепки.

Хмыкнув Роза, притянула ее к себе. Разговор о любви вызвал у нее дикий аппетит, но прежде чем отправить Инессу найти еще что-нибудь пожевать, она предупредила:

– Смотри, чтобы мне не пришлось вытаскивать занозы из твоего сердца.