Дом для Золушки

17.6

Олег выглядел так, будто его кто-то побил.

Осталось только угадать – кто именно?

Ее отец? Роза тут же отмахнула эту бредовую мысль. Во-первых, никто и ничего не знал, во-вторых, Герман Валерьевич никогда бы не поднял руки на Потрепалова.

– Ты в порядке? – задала она самый дурацкий и бесполезный из всех существующих в мире вопросов.

– Твой парень обвинил меня в том, что я… – дернув бровями, он слегка замялся, пытаясь смягчить свои слова. – Что я тебя соблазнил.

В его глазах Роза Янко явно была той самой загадочной и прекрасной леди, которую можно было только соблазнить, а не обвинить в том, что, напившись, она залезла в его постель.

– Он – не мой парень, – и зачем-то уточнила она, ничуть не смутившись, – уже давно.

– Роза, ты мне, конечно, нравишься, – сразу в лоб и честно признался Олег Потрепалов. – Но я бы никогда не воспользовался твоим бессознательным состоянием. Понимаю, что очевидно ты неправильно что-то поняла. Но ты сама в тот вечер сняла с себя облитое платье и обмоталась покрывалом. Готов поклясться, что и пальцем тебя не тронул.

Ее рот приоткрылся от удивления.

Мечтая умереть прямо здесь и сейчас от стыда, Роза Янко растеряно склонила голову вниз, пробормотав:

– Прости.

«Получи, Роза», – сказала она самой себе со злостью.

Он даже коснуться ее не хотел.

Самолюбие было разнесено в щепки.

Она прикрыла глаза ладонью, как можно незаметнее смахнула выступившие слезы и попыталась изгнать облик побитого Олега из своей памяти. Когда у нее этого не получилось, Роза украдкой бросила взгляд на его лицо и спросила:

– Сильно больно?

Он растерялся, дотронулся до разбитой губы, вспомнив, как выглядит прямо сейчас и невесело усмехнулся.

– Не очень. Но я наслышан, что шрамы украшают мужчин.

Фыркнув Роза, порылась в сумке, но ни платка, ни пластыря в ней не оказалось. Не вышло из нее заботливой и чуткой девушки.

– Так значит он… – замялся Олег. – Я имею ввиду – это ребенок Юлиана?

– Нет.

Когда на лице у Потрепалова отразился испуг, шок и еще ворох стремительно сменяющихся эмоций, Роза поспешно замахала руками, попыталась что-то возразить, но он ее перебил:

– Это не важно. Просто знай, что я тебя всегда поддержу и… – Олег затараторил. – Даже, если еще кто-то кроме…

– Да никого у меня больше не было, – не дав ему договорить, она вздохнула.

Снова сказать о своем постыдном промахе оказалось легче. Тем более напротив нее стоял всепрощающий и понимающий Потрепалов.

– Я просто ошиблась – не было никакой беременности.

Вид у нее стал еще более виноватым и несчастным.

– Но подумать только ты только, что предложил помочь с воспитанием ребенка, которого даже не существовало, – она смущенно улыбнулась. – Спасибо, буду теперь хотя бы знать к кому обращаться с такими вопросами.

Шутка не удалась. Потрепалов все также опечаленно на нее смотрел.

– Ох, Роза… – только и произнес он.

Олег вытянул руку, и она, шагнув вперед, взяла его ладонь в свою и попросила прощения.

Отметив, что на расстоянии нескольких сантиметров его ушиб выглядел еще хуже.

– Юлик – самый настоящий псих, – недовольно заявила Роза, не в силах отвести взгляда от покалеченного лица Олега. – Надеюсь, ты ему как следует врезал!

– Я не пускаю кулаки в ход, – напомнил Потрепалов.

Чем вызвал ее тяжелый разраженный вздох.

Точно. От Олега такого вряд ли следует ожидать, скорее он предложит решить все проблемы за чашечкой кофе.

– Знаешь, что? Мое сердце отныне будет свободно навсегда, – провозгласила Роза и рассмеялась. Она положила ладонь себе на грудь и торжественно пообещала: – Никаких больше мужчин в жизни Розы Янко!

Этой фразой она хотела перелистнуть страницу и остаться друзьями. Олег Потрепалов это понял.

Но надежда, последней самой яркой звездой, все еще продолжала гореть.

Подвернется ли у ему еще шанс когда-нибудь?

***

– Так, что учудил Юлик?

– Нес всякую чепуху, – поморщился Тимур. – Не думай об этом.

А в ушах, так и раздавался эхом его голос. Он закрыл глаза, открыл снова – Инесса Злобина с нечитаемым выражением лица смотрела на него.

– Ты странный сегодня, – поджала она губы.

Невесомо мазнула поцелуем и потерлась носом об его шею. Но расслабиться у него не получалось. Стоило забыться, как воображение услужливо рисовало идеального Юлиана Пирогова, соблазняющего его Инессу.

Он резко отцепил ее от себя, и от объяснений своего поступка его спас только телефонный звонок.

– Это Роза, – объяснила ему Инесса и ушла в другую комнату.

Тимур воспользовался временной передышкой и немного успокоился к возвращению Инессы. Возмущение которой теперь с такой силой плескалось в ее зеленых глазах, что готово было накрыть и его с головой.

– Ты чего?

Она раздраженно скинула тапки и плюхнулась на кровать, обиженно скрестив руки на груди.

– Роза рассказала мне, что было сегодня на работе. Ей-то Потрепалов пересказал все в красках.

Песцов напрягся. И она села, указала на него пальцем, обвинив:

– Ты ввязался в драку с Юликом? – укорила она его. – Серьезно? Тебе сколько лет? Пятнадцать?

Тимур передернул плечами.

– А ты его защищаешь? – неуверенность никак не уходила из его мыслей, и он в сердцах воскликнул: – Может тогда он сказал правду про ваши отношения?