Дом дракона. Князья и я

Глава 1. Урок ненависти

– Ты даже меч держать толком не умеешь. – Его голос хлестнул, как удар плетью. – Слабая. Бесполезная. Разве таким полагается жить?

Я стиснула пальцы на рукояти меча, чувствуя, как дрожат руки. Клинок был тяжёлым, он тянул меня вниз, хотел вырваться и рухнуть на каменный пол. Я подняла взгляд. Его глаза горели жёлтым пламенем, и это пламя пожирало меня без остатка.

– Ну? – он сделал шаг ближе. – Подними меч. Или встань на колени и признай, что ты жалкая.

Как же я ненавижу драконов!

Грудь сжало так, что я едва могла вдохнуть. Внутри всё кипело: страх, злость и унижение. Он ждал, что я сломаюсь. Хотел видеть, как я падаю в пыль у его ног.

– Иди к чёрту, Каэль, – выдохнула сквозь зубы, сама удивившись тому, что сказала.

Его губы изогнулись в насмешливой улыбке.

Он ударил первым. Быстро, почти незаметно. Металл звякнул о металл, отозвался острой болью в запястьях. Я едва удержала клинок, отступила, но не упала.

– Забавно, – лениво протянул он, но в глазах зажглась искра интереса. – Пожалуй, поиграю с тобой ещё немного.

Новый удар. И ещё. Он гнал меня по залу, как хищник гоняет раненого зверя. Я спотыкалась, задыхалась, руки наливались свинцом, но каждый раз поднимала меч.

– Ненавидишь меня? – вдруг спросил он.

Наши клинки встретились, разбрасывая искры, и я почувствовала его силу через дрожащий металл.

– Да! – выкрикнула я, и в голосе было больше, чем ненависть. Там был крик души, отчаянный и живой.

Жёлтое пламя в его глазах вспыхнуло ярче. Он выбил у меня оружие, одним движением прижал к стене, холодное острие коснулось горла.

– Живи этой ненавистью, – прошептал дракон, и улыбка стала хищной. – Это твоя единственная сила. Умрёшь – найду другую.

Я чувствовала его горячее дыхание на своей коже. Как его тело прижимается ко мне, чувствовала его жар, проникающий сквозь тонкую ткань рубашки, и как сталь клинка холодит горло.

Он наклонился ближе, прошептал прямо в ухо:

– Хотя можешь признать мою власть над собой. Стать моей покорной игрушкой, моей рабыней… – Он впился зубами в мочку уха, я вздрогнула, резко выдохнув. – Тебе понравится, моя нежная Виктория.

Голос превратился в низкое рычание, и моё сердце заколотилось как безумное.

Его ладонь коснулась моей щеки, а затем медленно спустилась вниз, стирая крошечную капельку пота, скользнувшую по груди. От этого прикосновения по телу пробежала волна мурашек.

– Каэль… – имя слетело с губ срывающимся шёпотом.

– Да, малышка? – его голос стал бархатным, почти ласковым. – Ты хочешь умолять?

Дракон провёл кончиком языка по моей шее, и я задрожала, тщетно пытаясь не выдать своего страха.

– Знаешь, что я сделаю с тобой, когда ты покоришься? – в его глазах вспыхнуло что-то первобытное, тёмное. – Я буду владеть тобой полностью. Каждое твоё движение, каждый вздох, каждая мысль будут моими. И для меня. Я научу тебя подчиняться.

Его пальцы впились в мою талию с почти болезненной силой, и жаркая волна прокатилась по телу. Я почувствовала, как краска заливает лицо, как предательски пульсирует жилка на шее. Каэль заметил это. Его губы медленно изогнулись в понимающей улыбке, в глазах заплясали озорные огоньки. Он наслаждался моей реакцией, словно охотник, играющий с загнанной добычей.

– Видишь, как твоё тело предаёт тебя, – его губы скользили по моей щеке, оставляя за собой огненный след. – Оно знает, кому принадлежит по праву.

Пальцы спустились к бедру. Я всхлипнула, попыталась отстраниться. Его дыхание смешивалось с моим, создавая между нами невидимую связь, которую я отчаянно пыталась разорвать. Но чем больше сопротивлялась, тем сильнее становилась его хватка, тем ярче разгорался огонь в его глазах.

– Но ты можешь выбрать другой путь, Тори. Можешь продолжать бороться.

Я сжала зубы, пытаясь не показать, насколько сильно его слова и прикосновения влияют на меня. Отвести взгляд – значит проиграть.

А я не собиралась сдаваться без боя, даже если внутри всё трепетало от его близости.

– Никогда, – выдохнула я, заставляя голос оставаться ровным, несмотря на бурю эмоций внутри. – Никогда не покорюсь. Лучше умру, чем стану твоей игрушкой.

Его улыбка стала шире, а в глазах вспыхнуло предвкушение. Он знал, что игра только начинается.

А я жила лишь упрямым желанием доказать, что достойна свободы.