Дом, где меня не ждали. Место у очага занято

16

Вечер опускался на замок, раскрашивая небо в золото и алый бархат. В зале, где был накрыт ужин, всё выглядело безупречно: свечи, тонкий фарфор, мерцание бокалов, музыка... Но за всем этим чувствовалось напряжение.

Деарон в последний раз проверял бумаги: военный приказ, маршрут, список подчинённых. Он знал: на южной границе неспокойно. Слишком много слухов и нет подтверждений, что это дело рук кочевников. Именно это беспокоило сильнее всего.

— Если там действительно что-то готовится, я должен быть на месте, — сказал он ранее императору.
На просьбу Элиана поехать с ним ответил жёстко:
— Наследный принц не имеет права подвергать себя опасности. Это не геройство, это безрассудство.

Элиан не был беспомощным избалованным мальчиком. Он сильный маг и воин, учился управлять и воевать, в нём было слишком много огня, чтобы просто сидеть и ждать.

Деарон пытался переубедить его весь день, но безуспешно. Брат стоял на своём. Герцогу не удалось отговорить его от участия в этом походе. Он решил попробовать ещё раз, когда Элиан приедет к ним на ужин.

***

Я спустилась в зал немного раньше назначенного времени. Платье выбрала простое, но элегантное, волосы уложены мягкой волной. Я знала, что ужин будет не просто семейным.

Принц Элиан редко бывал у нас из-за того, что в замке хозяйничала Серинна. С тех пор как её выселили, атмосфера изменилась: Деарон стал мягче, внимательнее. И Элиан начал появляться чаще. Ему нравились разговоры с герцогиней — умные, ироничные, живые.

Теперь, когда мужчины собирались в военный поход, всё казалось хрупким, зыбким, как пламя свечи на ветру. Я старалась не показывать волнения, но мысли вихрем носились в голове.

Что, если Деарон не вернётся?
Что, если Элиан всё-таки уедет вопреки запрету императора?
Что, если Серинна ещё не сказала своего последнего слова?

***

Звук шагов по мраморному полу, в зал вошёл Элиан. Высокий, красивый, с искренней улыбкой, в которой на этот раз пряталась грусть. Я впервые увидела его в военной форме. Всё-таки мужчины в военной форме красивее, чем в гражданской.

— Леди Эвелайна, — с лёгким поклоном он подошёл и поцеловал её руку. — Рад вас видеть. Простите, что нарушаю ваш покой перед своим отъездом. Но мне было важно… — он замялся, затем добавил, — …побыть рядом.

— И я рада, что вы приехали, Ваше Высочество, — ответила мягко.

Когда вошёл Деарон, его взгляд на мгновение остановился на Эвелайне. Он заметил лёгкую бледность, её попытку держаться достойно. В груди больно кольнуло. Чувство вины не покидало его.

Ужин начался.

Слова были о погоде, о военных приготовлениях, о новых изобретениях магов. Но между строк — тревога. Между взглядами — несказанное.
В какой-то момент я поймала на себе взгляд Деарона.

И тогда поняла: этот вечер может быть, последним. Может быть, с кем-то из них я больше не встречусь. И от этого сердце сжалось, но я не останусь просто наблюдателем. Решаются наши судьбы.

Разговор за ужином постепенно стал тише, неформальнее. Лёгкое вино, мерцание свечей, полутени на стенах — всё располагало к откровенности. Слуг отпустили, остались только трое: Деарон, я и Элиан. Герцог отправился в кабинет готовить бумаги к утреннему отъезду. А Элиан и я остались в зале одни, у огня, каждый со своим бокалом.

— Вы кажетесь спокойной, несмотря на все последние события, — сказал принц, глядя на пламя. — Это редкость. Особенно среди женщин нашего круга. Большинство кричат, рвут кружева, а потом теряют сознание от нанесенной им обиды. А вы… вы совсем иная.

Слегка усмехнулась, постаралась сказать уверенно:

— Мне это говорили. Иногда с восхищением, иногда с упрёком.

— А я говорю с завистью, — откровенно признался Элиан. — Если бы мне повезло… если бы моя невеста была хотя бы на четверть похожа на вас, я был бы самым счастливым человеком на свете.

Я опустила взгляд, чувствуя, как сердце сжалось. Не от слов, а от того, с какой болью они были сказаны.

— У вас давняя помолвка?

— С детства. Политика, договоры, династии… Всё это задолго до того, как я вообще начал понимать, что такое женщина. — Он усмехнулся. — Принцесса Ливиана… Она красива. Она грациозна. Её учат танцам, книги она не читает. Её заботит, как сверкают бриллианты на балу, как она выглядит в новом дорогом платье.

Он замолчал. Потом, глядя прямо на меня, тихо добавил:
— А вы говорите со мной не как с будущим императором, а просто как с человеком.

Я долго не отвечала, не могла найти слов. Только сжала бокал.

— Может, именно поэтому мне вас и жаль, Ваше Высочество, — произнесла наконец. — Вы родились в клетке, пусть и золотой.

— А вы? — спросил он. — Ваша клетка когда-нибудь открывалась?

— Я не чувствовала себя в клетке. Мою свободу никто не ограничивал. Выходить замуж за Деарона меня не принуждали. Да, мы были помолвлены с детства, но я уже тогда была влюблена в него.

— Брату повезло, но он не ценил вас. Сейчас пытается исправить ситуацию, но вы, как я понял, не торопитесь помогать ему.

— Он взрослый, пусть учится исправлять ошибки.

***

Утро выдалось беспокойным. С первыми лучами солнца замок наполнился шумом шагов, лязгом оружия, торопливыми приказами и тревожным напряжением, повисшим в воздухе. Слуги сновали по двору, передавая друг другу узлы, седельные сумки и последние распоряжения. Воины стояли в строю, уже в полной боевой готовности, их лица были сосредоточенными и мрачными. Все готовы к походу кроме герцога.