Дом, где сердце

Господин управляющий

Глава 7

Мы с Элинор еще немного посидели за столиком, потягивая остывший чай и доедая последний кусочек пирога, я ложечкой гоняла по тарелке одну особенно своенравную земляничку, которую мне никак не удавалось поймать, словно она была заколдованной.

За окном сад медленно погружался в сумерки. Это была не полная темнота, а мягкое предвечернее сияние, будто сам воздух подсвечивался изнутри.

Я как раз подбирала слова, чтобы осторожно, не вызывая лишних подозрений, спросить о женихе, может мельком упомянуть: «А надолго ли обычно граф уезжает из поместья?», как вдруг раздался стук.

Тихий. Неуверенный. Как будто кто-то боялся войти.

Я замерла, не сразу сориентировавшись, что это – к нам. Но Элинор тут же встала, поправила фартук и чуть склонила голову.

- Наверное, это Тилана, - прошептала она. – Это она обычно так стучит.

Я кивнула.

- Пусть войдет.

Дверь приоткрылась. И на пороге появилась девушка – та самая, что была сегодня на пляже. Теперь она выглядела совсем иначе. Не бодрая, не оживленная, как тогда, когда она почти готова была прыгнуть за мной в воду.

Теперь же она выглядела очень скромно, почти прозрачно. Светлые локоны собраны под чепец. Глаза опущены. Пальцы теребят край белого безупречно накрахмаленного фартука, будто пытаясь стереть невидимое пятно.

- Простите за беспокойство, госпожа Надин, - произнесла она тихо, голос ее чуть-чуть дрожал. – Мне велено передать… что управляющий желает Вас видеть.

Я слегка приподняла бровь.

- Господин Рэймонд?

- Да, госпожа. Он ждет Вас в кабинете. Вы сможете к нему подойти?

Она сделала шаг назад, будто боялась, что ее остановят. Но я не дала ей уйти так сразу.

- Спасибо, Тилана, - сказала я мягко, но не снисходительно. – Конечно, я приду. Сейчас найду туфли и спущусь.

Девушка подняла на меня глаза. Удивление на мгновение отразилось в них. Будто она не ожидала, что с ней заговорят как с равным, а не как с безликим вестником.

- Да, госпожа, - прошептала она и вышла, прикрыв за собой дверь так тихо, будто это и не человек вовсе, а привидение.

Я посмотрела на Элинор.

- Странно, - пробормотала я. – На пляже она вела себя куда смелее.

- Это от переживаний, - сказала Элинор, собирая чашки. – Кто-то впадает в панику, у кого-то вызывает браваду. А вот Тилана в таких ситуациях собирается, хотя обычно робеет и отмалчивается.

Я встала с уютного низкого диванчика и прошла в спальню. Там, на полу у кровати, как я успела заметить, стояли домашние туфли – мягкие, из светлой замши, с тонкой вышивкой по краю.

«Почему Тилана так изменилась? – подумала я, наклоняясь, чтобы надеть их. – На пляже она первой бросилась ко мне, звала, и даже смеялась. А теперь – будто тень».

Я в задумчивости провела рукой по поверхности туфли.

Нет, это был не страх передо мной. Она не боится меня, как человека. Она боится той роли. Боится ошибиться. Боится, что ее прогонят за дрожь в голосе, за взгляд, который какой-то не тот.

Я помню таких детей. Тех, кто в классе молчит, хотя знает ответ. Тех, кто прячет руку, когда спрашивают: «Кто хочет попробовать?»

Они не глупые и не ленивые. Они просто боятся, что их увидят, а потом разочаруют.

И Тилана не слабая. Она – осторожная и, возможно, в прошлом ее наказывали именно за то, что она была самой собой.

Я выпрямилась.

- Ну что ж, - прошептала я. – Попробуем быть тем, кто не разочаровывает.

Я поправила халат, затянула потуже пояс на талии, ткань приятно облегала и холодила кожу, напоминая, что сейчас лето.

- Я пойду, - сказала я Элинор. – А ты отдыхай. Спасибо за чай. И за компанию.

Девушка улыбнулась, тихо, но с теплом.

- И Вам спасибо, Надин.

Я вышла в коридор, освещенный неярким мерцающим светом потолочных светильников. Тилана уже ждала меня у лестницы, все так же опустив глаза. Но когда я подошла ближе, она чуть выпрямилась.

- Пойдем, - сказала я. – Покажешь дорогу.

Она кивнула и не торопясь пошла вперед, ступая тихо, аккуратно, будто шагала по яичной скорлупе. Я шла за ней, по пути разглядывая обстановку дома.

Стены были светлыми, местами декорированные деревянными панелями. Фонарики, что свисали с потолка на тонких серебряных цепочках, представляли собой стеклянные шары, мягко светящиеся, как луны. На полу лежали ковры с узорами из листьев, который, казалось, чуть шевелился, если смотреть на него боковым зрением.

- Тилана, а ты давно здесь работаешь? – спросила я, чтобы немного разбавить тишину.

- Около одного года, госпожа. – ответила она.

- А до этого?

- В соседнем поместье. Но там… не сложилось.

Я не стала расспрашивать. Некоторые тени лучше не тревожить.