Дом, где сердце

Мой дом – мои правила

Глава 24

Напряжение все возрастало. Я сжала кулаки. Какая наглая. Она не спрашивает, а приказывает. Она считает, что имеет право распоряжаться в чужом доме. Ну что ж... Попробуем.

И в эту секунду дверь снова открылась. В гостиную, еще сонные, в пушистых пижамах с забавными рисунками, вошли Филипп и Лия.

Они потягивались, растирая кулачками глаза, пока не увидели незнакомых людей.

- Надин! – Лия бросилась ко мне, не замечая напряжения. – Мы хотели тебе кое-что показать…

Филипп важно добавил:

- Мы еще вчера в саду нашли новые цветы. Тебе, наверняка, понравятся.

Они подбежали, обняли меня за талию с двух сторон. Неформально, по-домашнему. Лия прижалась щекой к моему боку. Филипп нырнул под руку, словно птенец спрятался под крыло.

«Именно так, - подумала я, крепче обнимая детей. – Именно таким и должно быть утро. А не как у тетушки с ее сыночком – с накрахмаленными манжетами и холодом в глазах. А теплыми объятиями, искренними взглядами и теплом в ладонях».

Альбина замерла. Ее лицо, еще секунду назад холодное и спокойное, начало кривиться. Как будто ее маска треснула от непредвиденного зрелища.

- Это еще что?! – вырвалось у нее, голос взвился от возмущения. – Что за непристойное зрелище!

Она указала на детей, будто они были грязными пятнами на ее безукоризненном платье.

- Что эти дети себе позволяют?! Почему бродят здесь, как… как какие-то нищие? – ее губы скривились в ядовитую улыбку. – Давно розог не получали?

Вот оно. Она ждет, чтобы я сдалась. Начала просить прощения, говорить, что я не хотела.

Но сейчас…

Я крепче обняла детей, притягивая их к себе. Не сказала ни слова. Слова сейчас не нужны. Это мои дети.

Да – мои.

И этого достаточно. Я никому не позволю их обидеть или несправедливо наказать. Да я не позволю даже смотреть на них так еще раз. Я встану горой, чтобы никто не посмел навредить этому дому и его обитателям.

- Дорогая тетушка, — произнесла я, и мой голос прозвучал так твёрдо, что Альбина на мгновение потеряла дар речи. — Я хозяйка в этом доме. И я сама буду решать, как себя вести моим детям. Никто не имеет права их и пальцем тронуть. Никто. Понятно?

Альбина, увидев мою решительность, фыркнула, хотела что-то добавить в своей властной манере – приказным тоном, как будто уже видела, как я склоняю голову в покорном согласии. Габриэль даже начал подаваться вперед, готовый подхватить мать, но…

Я вдруг словно мысли госпожи Делари прочитала: «Она не опустила глаз, - думала Альбина, пристально глядя на меня. – Раньше племянница дрожала, когда я хотя бы немного повышала голос. А теперь…»

Перед ней стояла не кроткая девушка, привычно соглашающаяся со старшей родственницей. Это была львица. Та, что встала на защиту своих детенышей, не дрогнув перед оскалом.

Альбина резко сменила тактику. Ее голос, еще секунду назад стальной, стал плаксивым, как будто она вот-вот разрыдается.

- Ох, дорогая, я так устала… - вымученно выдохнула она, прикладывая ладонь ко лбу. – Дорого была такой тяжелой… А эта ужасная погода…

Она бросила взгляд в окно, где яркое осеннее солнце заливало сад золотом, а кроны деревьев переливались всеми оттенками алого.

- Неужели, ты не видишь, как мне тяжело? – страдальчески закатила глаза тетушка.

«Погода ужасная? – мысленно ухмыльнулась я, глядя на сияющее небо. – Вы даже лгать не умеете, дорогая тетушка. Просто боитесь признать, что проиграли».

Но просто так выставить их из дома я все же не могла. Карета, на которой они приехали, давно умчалась, наемная, без обратного заказа. Они застряли.

И моя доброта, даже сейчас, не позволила бы мне бросить родственников на произвол судьбы.

«Дальних родственников, - напомнила я себе. – Но все-таки семья».

- Прошу, - сказала я ровным голосом, без тени насмешки. – Анна скоро подаст завтрак.

Габриэль, как всегда, изобразил скуку, будто сам проявлял щедрость и снисходительность, оставаясь в этом «провинциальном захолустье».

Но в какой-то момент я поймала на себе его скользящий взгляд. Оценивающий. Как будто я не хозяйка в этом доме, а добыча.

«Показалось» - передернула плечами. Надеюсь, показалось.

- Господин Торес, - обратилась я намеренно официально и церемонно к Рэймонду, который как раз вошел в гостиную, но пока не вмешивался. – Пожалуйста, разместите наших гостей.

Я сделала паузу, глянула на Альбину и ее сына.

- В левом крыле.

Рэймонд кивнул.

- Разумеется, госпожа, - ответил он с легким поклоном, а потом добавил тише, так, чтобы слышала только я. – Буду присматривать.

«Левое крыло, - подумала я, наблюдая, как тетя Альбина морщится, - там тихо. Там далеко от наших с детьми комнат. Да еще и двери запереть можно… случайно».