Дом Мёртвой черепахи

Глава 4. Седьмая и страж

— Где мы? — недоумевал Ёнджун рядом с Арым.

Она узнала его голос даже сквозь вязкий морок, который не удавалось сбросить. Ёнджун был жив! Это придало сил.

Арым села и тут же охнула от боли, пронзившей лёгкие.

— Кажется, мы тонули, — отозвался Ёнджун, когда она захрипела вперемешку с кашлем. — Определённо, я помню, как шёл ко дну вместе с тобой, не в силах пошевелиться.

А Арым даже осматриваться не понадобилось. Она по запаху узнала место, которое надеялась никогда больше не увидеть. Но подняла глаза, чтобы посмотреть на красный камень.

Камень, покрытый странным мхом, который казался пропитавшимся кровью, замер совсем рядом, руку протянуть.

Красный камень. Камень, а не черепаха. Вряд ли совпадение, что Арым выкинуло в этом мире к камню. Она вернулась.

— Это мой сон, который я помню лучше жизни до побега, — твёрдо сказала она. Понимала, что теперь ей предстоит учить Ёнджуна здесь жить.

— Твой сон? — попробовал засмеяться Ёнджун. — Он слишком безрадостный. Ты была настолько несчастна?

Арым пожала плечами. Он спрашивал про ту Арым, чьё место она заняла, а она могла рассказать лишь про себя.

— В этом сне тебя не было рядом, — просто сказала она. Горло саднило всё меньше, и это напоминало прошлое пробуждение, когда она оказалась во сне с Ёнджуном.

Арым посмотрела на красный камень. Если, попытавшись обойти его, она попала в тот мир, то, может, получится ещё раз? Но в этом мире у неё были силы, дар, потому она почувствовала, насколько пустыми окажутся попытки вернуться. Если только много позже попробовать.

Она встала, раздумывая, куда им идти.

Ёнджун встал следом.

— Тогда, получается, ты кое-что знаешь про это место?

Арым кивнула.

У них не было ничего с собой, так им точно не выжить. Единственное место, про которое Арым знала, это приёмный дом. При нём сдавались комнаты редким путникам, и сейчас Арым сообразила, что приёмный дом существовал не просто так. В нём был определённый смысл, ускользнувший от неё.

— Пойдём. Хотя бы накормят, — поморщилась Арым. На ней, на удивление, оставался наряд из сна. И Ёнджун выглядел привычно в чёрных джинсах и рубашке.

Да, они отправятся к приёмному дому. Теперь с ней Ёнджун, он не ослаб, переместившись, его силу она ощущала — хотя сам Ёнджун о ней не подозревал.

Ёнджун подхватил её руку, поддерживая даже там, где ничего не знал об опасностях. Арым благодарно сжала его ладонь в ответ.

— Тут недалеко. Приёмный дом на дороге, в котором я выросла, — рассказывать о своей жизни, не богатой на события, оказалось на удивление легко. — Я здесь с младенчества, родители отдали в уплату долгов, я их не помню, но говорят, что я была седьмой дочерью в семье. В приёмном доме много разных детей, сирот и таких же проданных. Когда дети вырастают, они уходят. — Арым произнесла и замолчала, задумавшись. Уходят — слишком расплывчатое определение. Время, когда она негодовала, что подросших детей продают, ощущалось бесконечно далёким. Будто Арым вернулась, но долгие годы спустя.

— Безрадостное детство? — отозвался Ёнджун.

— Наверное, — неуверенно согласилась Арым. И тут же вспомнила, что так уж беспросветно не было в её детстве. Наказывали реже, чем могли бы; играть, пока была маленькой, с другими детьми не мешали; кормили и одевали, укрывали от непогоды, непосильных дел не давали. — Обычное детство. Тут всё другое, Ёнджун, нет ничего, к чему ты привык.

— Я уже понял, — кивнул он, когда она повернулась, чтобы убедить и успокоить одновременно.

— Тут жива магия. В твоём мире она стала сказкой, но тут жива. Смотри, — вскинула Арым руку, надеясь, что получится. На раскрытой ладони тотчас собрался в шар лунный свет.

— Красиво, — протянул Ёнджун. Арым различила в его голосе интерес и напряжение, Ёнджун уже примерялся к этому миру, придумывал, как использовать ещё неизвестное.

— Не уверена, какая сила у тебя, я её ощущаю горячей. А моя — холодная. Как лунный свет. Но мы пришли. — Шар лунного света развеялся с ладони.

Приёмный дом подсвечивался огнями. Ещё не легли спать, только готовились. Широкие ворота стояли закрытыми, но Арым знала, что закрывались они только от злого умысла, а нуждающийся путник в любое время мог попасть во двор и попроситься на ночлег.

Арым стояла и не понимала, что чувствует, смотря на дом, который когда-то считала своим. Пусть мечтала сменить его на покои правителя (если бы и правда родители оказались благородного рода), пусть делила его с десятком других детей, пусть страдала, занимаясь домашней работой изо дня в день — это был её дом.

Теперь она — гостья? Тем более что рядом Ёнджун, он и без магии защитит её.

— Пойдём? — подтолкнул Ёнджун.

Арым шагнула к воротам.

⠀⠀⠀

Матушка Ю стояла посередине двора. Мастера Мина Арым заметила позже, но и он встречал её.

— Арым, — протянула матушка Ю.

— Здравствуйте, матушка Ю, мастер Мин, — пролепетала Арым, борясь, чтобы не броситься привычно им в ноги, ожидая заслуженного наказания. Нет, Арым так больше делать не будет. Ворота пропустили их как гостей, потому и уважать их должны.