Дом, милый дом... (и Баба Яга при нём). Часть 2

Глава 6

Глава 6

Шагать по болоту оказалось крайне малым удовольствием. Правый сапог подозрительно хлюпал. Кочки все норовили нырнуть и утянуть ногу за собой. А еще Кате казалось, что из зеленой мути вот-вот потянет к ней лапы какая-нибудь болотная нечисть. Что тут, в трясине, на таком избытке магической энергии могло завестись, и думать было страшно.

Катерина с тоской оглянулась. Вернуться и сказать, что так и задумывалось? Неловко. Вон целый остров под их нужды приспособился, если верить озерницам, значит, потребность в мече имелась и немалая. И вообще, оказаться за Гранью, в Кощеевом царстве, и артефакт каким-нибудь колюще-рубящим не обзавестись?

Катерина помечтала о том, чтобы одним прыжком перенестись к виднеющемуся впереди камню, сделала шаг и… перенеслась. Взлетела с писком над болотом, пронеслась над кочками, со всей дури припечаталась подошвами сапог к камню.

Было больно. И скользко от грязи, налипшей на носы обувки. Только Катерина решила, что отделалась легким испугом и ноющими пятками, ее отбросило вверх, перевернуло и из сапог треклятых вытряхнуло. Прямо в болотную жижу. Но повезло, что не в самую, донесло до относительно подсохших под солнцем кочек.

Хорошо, что дети были далеко, такого заковыристого лексикона от сестры они еще не слышали. Брань свелась к жалобным охам. А потом и затихла, поскольку Катерина была жива, здорова, мокра только и то слегка.

Возле камня пульсировала магия. Катя впервые такое ощущало. Волшебства тут клубилось много, щедро, когда тогда, при появлении колдуна Владимира с его куклой-накопителем, только здесь магия была мягкой, сладкой – глазурью оседала на губах и с каждым вздохом наполняла тело силой.

Сапоги чинно стояли на камне. Только слегка попятились, шельмы, при Катином приближении. Что довелось ей крайне оригинально испытать еще один полуразумный артефакт, она даже не сомневалась.

— Предупредить шнурки развязались бы? — свирепо спросила она.

Вопрос адресовался скорее Избе и Дуняше. Сапоги деликатно промолчали.

— Скороходы, что ли? — пробормотала Катерина, охнув, – головой и туловищем она попала на кочки, потому промокла лишь на локтях, лопатках и пониже спины, а вот ноги ледяной грязищи попробовали по полной.

— И что там? — громко спросила Катя, наклоняясь над камнем.

А там под странным полупрозрачным слоем чего-то, напоминающего эпоксидную смолу, лежал меч. Как положено мечам-кладенцам – длинный, острый, блестящий.

Катя постучала по «эпоксидке», и розовая масса покрылась трещинами… и еще трещинами… и превратилась в пыль, которую понес над болотом ветер, щедро окропив Катину макушку.

— Тьфу, — Катерина отряхнулась и отплевалась. — А ларчик просто открывался. И никто не догадался стукнуть?

Она откопала кладенец из-под пыли. Схватилась за рукоятку с фигуркой воющего волка на навершии. Меч поддался не сразу, закис, должно быть, от долгого лежания. Катерина попыталась поднять его двумя руками и не смогла – сдвинула только. Попробовала уложить не так криво – тоже не получилось. Так кладенец и остался лежать, перекошенно.

— Ну не Артур я, не Артур. И не претендую. Что вытаращились? Помогли бы, — пробурчала Катерина, обращаясь к скороходам.

Сапоги спрыгнули на землю и потопали прочь. Катя взвыла от негодования. Ей как раз недоставало босой прогулки по ледяному болоту.

Скороходы вернулись, потоптались и снова сделали вид, что уходят. И опять вернулись к камню, выразительно пощелкивая каблуками… До Катерины дошло, наконец: пора валить отсюда. Она свое дело сделала.

***

— Отстранены, — сухо сообщил Чуриков. — Все трое. Леонтьев, молчать. Знаю заранее все, что ты скажешь. Нет. Ситуацией займутся уполномоченные и специально подготовленные кадры, а вам предстоит разбирательство. Есть что сказать прямо сейчас? Молчим? В таком случае готовьтесь к беседе с… — Чуриков многозначительно ткнул пальцем вверх. — Сдаем все имеющиеся в пользовании артефакты. Валентина, тебя это особенно касается.

Валя неохотно вынула из-за уха Карандашик. Иномирянин недоуменно поползал по столу Чурикова и сел на задние лапы. Смена обстановки его явно не радовала. Вроде стол, да не тот.

— Это… который живой? — брезгливо уточнил Серсемыч, отодвигаясь. — Его кормить надо? Тогда отбой. Сдай… это биоспецам. Чтоб сдала! Я проверю!

Валя клятвенно пообещала оправдать высокое доверие начальства. Однако во дворе ММТС вместо того, чтобы отправиться к биологам, двинулась к транспортному отделу.

Иван молча развернулся и пошел к воротам.

— Леонтьев, стоять! — рявкнул Виктор ему в спину. — Ты что удумал? Забудь! Только вместе!

— Вы не понимаете. Там Катя. Там… дети. Раз от Чурикова никакой помощи, я сам… — у Леонтьева дергалась скула.

Виктор и Валя переглянулись, подхватили Ивана под белы рученьки и поволокли к транспортникам. Валентина велела парням остаться во дворе, подкрасила губы, взбила прическу и зашла в отдел, нацепив на лицо улыбку. Вышла минут через пять, озабоченно покачала головой.

— Ковер-самолет списали, у него что-то с подзарядкой, — озабоченно сообщила Валюха. — Ступа в Избе, сапоги-скороходы… с ними вообще все непонятно, да их-то всего два, а нас трое. Так… есть еще… печь. Печь?

— За Грань на обычном транспорте не доберешься, — пробормотал Леонтьев, медленно постигая Валюхину задумку. — Так-так-так.

— Так-так… — передразнила его Валя. — А ты как думал? Что я буду сидеть и ждать, когда уполномоченные и специально подготовленные удосужатся найти способ пересечь границу Яви? Ага! Что мы тебя одного за Грань отправим? А этот паршивец за это время мир наизнанку вывернет, да? Зла на вас не хватает, ребята. И женской находчивости. Что бы вы без меня делали, а?

Валюха вздохнула и уткнулась в телефон, гугля виды магического транспорта на форуме ММТС.

— А ты часом не в курсе, что с Оладьевым? — задумчиво поинтересовался у нее Виктор. — Странный он какой-то в последнее время. Раньше в каждую мелочь вдавался, а сейчас пустил все на самотек.