Дом престарелых для монстров

Глава 5

- Что случилось? - Мне стало не по себе. Я даже шагнула назад, хотя сама не заметила, когда.

Она резко поднялась. Воздух дрогнул, и веретено начало вращаться само, сплетая нити гнева. До этого дня я думала, что Макоши не знает гнева. Оказалось, она просто ждала повода вспомнить, кто она есть.

- Мало того, что ты посмела влезть в мое хранилище, так ты додумалась отдать свирель Маре! - Макоши, кажется, впервые за наше знакомство перешла на повышенные тона.

Сейчас она не казалась спокойной женщиной, как накануне. Передо мной стояла та самая богиня судеб и могущественная ворожея.

- Если Мара внушит через сны, что нашего дома нет, к нам никто и не придет! - В ответ в панике выкрикнула я. - Мы сможем защитить всех, кого оберегаем!

- Мы не сможем никого защитить, как ты не понимаешь, глупая девица? Полотно уже соткано!

- Никогда не бывает так, чтобы не было пути назад.

- Хуже того, твоя пособница додумалась пойти прямо к городничему и сейчас насылает кошмары на его семью. Как ты думаешь, когда весь город содрогнется от ночных ужасов - это тебе поможет нас защитить? И, знаешь, кто гостит в доме городничего?

- Князь… - прошептала я, зажав рот ладонью. - Мне надо в город, остановить ее.

- Тебе надо было делать то, что я велю с самого начала, - процедила Макоши, вставляя свои спицы в высокий пучок: одна спица знала, как подлатать петлю в полотне событий. Вторая — как рассечь чужую нить судьбы, если уж придется. А третья просто держала волосы, чтобы не мешали.

Я их всегда боялась.

- Что случись, проще на месте заштопать, - резко бросила она, увидев мой напряженный взгляд. - Пошли.

Порой люди бегут в спешке по своим делам, а потом спотыкаются обо что-то, сами не понимая, за что зацепились. Я часто видела их недоуменный взгляд, когда они пытаются найти препятствие. Потом просто пожимают плечами и идут дальше по своим делам.

А ведь все куда хитрее, чем людям кажется.

Макоши нас скрыла от людских глаз, но сейчас неделя ярмарки. О нас тут же споткнулся местный житель навеселе.

- Да чтоб тебе чарка без дна досталась! - Ругнулся он, но стойко продолжил свой путь.

Даже медовухи не разлил.

После кабинета мы через несколько мгновений очутились посреди улицы. Никогда не любила эти перемещения. И, честно говоря, очень их боялась. Будто тебя одновременно вывернули и всунули обратно, но не в тот мир.

Макоши может притянуть к себе любого обитателя дома, но только лишь на его территории. Потому что мы связаны с ней.

А на длинные расстояния нас переносят навьи: души умерших. Вот только они не бродят по домам, стеная о прошлой жизни, они застряли на границе миров. У них нет постоянного тела. Они существуют там, где грань тонка — в отражениях, тенях, зеркалах, воде, дыме, снах, порогах.

Но навьи всегда знали короткие дороги. Где живой пройдет за день, они скользнут за вздох — по теням, по снам, по воде. Только с каждой дорогой теряют что-то свое. Потому старые навьи молчат — им уже нечего вспоминать.

Они помнят Макоши, и всегда окликаются на ее просьбу.

Как и сейчас, они нас перенесли, заставив ощутить их пустоту и забвение. Паршивое чувство.

Словом, я предпочитаю избегать навьих дорог.

- Не ожидала такого размаха, - Макоши с интересом рассматривала дом, который был даже больше, чем наш. А наш, между прочим, дракона вмещал.

- Сколько вы не выходили к людям?

- Со времен Темной Охоты, с ночи последней жатвы, - тихо проговорила она, стараясь не смотреть на простых смертных.

- Мара там? Вы ее чувствуете? - Тревога, закравшаяся еще в кабинете Макоши, сейчас только усиливалась.

- Мара не там, - раздался ехидный голос, - Мара и не была там.

Мы синхронно обернулись. Владычица снов стояла со свирелью на плече, сердито глядя в окна дома городничего.

- Это не ты кошмары насылала?

- Я даже не успела, - выдохнула она. - Мало того, что половина посада не спит, а здесь танцует, так еще только забралась под звезды, только начала играть колыбельную, так тут мелодия вернулась ко мне! Да проявитесь вы, наконец! А то подумают, что я с пустым местом разговариваю.

В отличии от Макоши, Мара лучше понимала людей. Во снах — и мысли, и опыт, и самые откровенные чувства. А Макоши по природе своей обязана оставаться холодной и непредвзятой. Иначе она не могла бы быть судьбой.

Но и Мара, похоже, скучала по миру людей, и сейчас не могла скрыть своего интереса к ним, хоть и очень старалась.

- Там ваша сестра? - Спросила я, обернувшись на окна, будто могу отсюда увидеть.

- Все мои сестры были казнены, - прошипела она, тыча мне в грудь свирелью. - Там кто-то другой, кто нагоняет кошмары. - Мара застыла, словно принюхивалась, - ах, зараза! Он пьет детские кошмары! Даже я себе такого уже не позволяю!

Не успели мы опомниться, она уже растворилась в ночи, ничуть не смущавшись возможных свидетелей.