Дом престарелых для монстров

Глава 12

Круглое творение с румяной корочкой, посыпанной семенами льна, дымилось перед нами. Пицца, всплывшая у меня в памяти, была смазана тертыми томатами с чесноком и травами. Сюда просилась колбаса, но я ее никогда не покупала, никто ее не ел. Но ломтики бекона вполне себе живенько контрастировали с белыми грибами, и все это под плавленым полутвердым и козьим сырами.

Выглядело просто прекрасно!

- Интегхесно, - склонился Люсьен, с сомнением вглядываясь в наше чудо, - это вкусно?

- Я не знаю, - Пантелей поправил очки, пытаясь понюхать, - слишком просто. Сочетаемо.

Ну конечно, после киселя из квашенной капусты с полынью-то да. А его блюдо «на завтра» еще даже помереть не успело.

- И свежее, - Прохор с отвращением отодвинулся.

- А как мы узнаем, что людям это понравится? – Озвучила я, наконец, тот самый вопрос.

Мы все уставились на Фому, сопящего на шуликуне в виде изящного стула с бархатной обивкой. Его пухлые щеки были перепачканы всей стряпней, которую домашние совали на пробу бедному домовому.

В конце концов у него началось несварение, которое усилилось после презента в виде кровяной колбасы (сырой) с червями (живыми) от Горазда. Это любимое блюдо упыря.

- Э-э-э нет, - встрепенулся Фома, - отставить! Больше ни-ни! Че зырите? Сча в штаны напузырите! Я вообще по маковым сушкам и молоку.

И ушел, оставив нас с пиццей, которую никто не может оценить.

- Сложите ее мне в корзину, - хлопнула я в ладошки. – нам все равно муки много надо. И еще продуктов. Нормальных.

- А не поглядеть ли ты на красавчика дознавателя пойдешь? – С хитринкой сверкнула глазами русалка.

- Нет! – Чересчур поспешно пошла я в отрицание, - нет.- Добавила уже более спокойно. - Просто разведаю обстановку и угощу кого-нибудь пиццей. Должны же мы понять, можно ли этим кормить обычных людей!

- Наша Велимира собралась под венец? – Фифи закружилась по залу, - ой, как я рада!

- Вай, джан, ты же знаешь, моя внучка получит самое лучшее приданное! Но только если человек хороший будет. И свадьбу надо делать так, чтобы дедушке Ашоту не стыдно было!

- А мы пиццей на свадьбе когхмить будем? – Люсьен жеманно откинул прядь волос в привычном жесте, - это как-то плебейски.

- Ну дык а холодец на тухлых костях?

- Мы такие венки заплетем! Цветы будут петь песни!

- А я вам выращу целый сад!

- Надо будет правую голову разбудить, авось не удачный муж попадется.

- Ну дык в трясине его похороним!

- Так! – Гаркнула я, - никакой свадьбы! Никакого тухлого холодца и никаких утопленников в трясине. Нас и так еще не факт, что не сожгут к лешему на костре.

- Так из нас не все горят, - зачем-то добавила Бабка Люська. – Ашот, вон, сам огонь.

- Вай аствац, красавица, правду говоришь, хорошая моя, да?

За окном стояла непогода. Пасмурное небо почти готово разрыдаться дождем. Быстро накинула магическую шаль, чтобы не сильно выделяться нарядом, и пошла в посад, оставив шум кухни позади.

Корзинка с пиццей на углях печурника, что никогда не остывают, если он их погладит, тихо плыла рядом, почти прикасаясь к моей ладони.

Гуляние в центре продолжалось.

- Здравствуйте! – Поздоровалась я с булочницей, та тут же расплылась в улыбке.

Добродушная женщина была чуть ли не единственной, кто не бросал на меня косых взглядов. Это льстило и располагало к ней. Все же не зря о ней идет хорошая молва, вон, даже, бездомного Еремку приютила, какую-никакую работу дала мальчику, помимо крова.

- Ой, Велимира Ашотовна, холодно сегодня, да? Здравствуйте, здравствуйте!

Она засуетилась за прилавком, собирая мне привычный заказ выпечки, который я брала десятки раз.

- Бруня, простите, - остановила я ее, незаметно «приземлив» корзинку с пиццей на ее прилавок, - я здесь по другому вопросу.

- Конечно, - она тут же подобралась, - это по поводу слухов? Не берите в головку, Велимира Ашотовна, народ поболтает, да забудет. Вон про Аглафиньку уже все забыли, как она по сеновалам за ленты гуляла с мужиками!

Ну да, прям забыли. Каждый раз вспоминают.

- Нет, - я подавила саркастичную улыбку, - вы должно быть слышали, что мы открываем небольшой ресторан?

- Вот это вы нас поразили, скажу я вам! Да так скоро!

- Вот именно, что я не планировала так скоро, думала, может, к следующему лету. – Я закусила губу, пытаясь не сорваться и не начать ныть малознакомой, пусть и доброй женщине, но что-то детское внутри все же вырвалось наружу, - это все эта Пелагея из святейшего синода! Ляпнула, что открытие, а кто ж так делает? Пол посада слышало, небось придут, а если не понравится?

Чем больше я ябедничела, тем с большим пониманием кивала Бруня:

- Эта пстричка, если честно, со всеми себя отвратительно ведет, не только с вами. Она нашей купчихе, что шалями промышляет, такое сказанула, что сегодня бедная Танюшка не вышла за свою лавку. Все дети ее боятся, а говорит, что Господу служит, тьфу! Разве так воспитанная барыня будет за мужиком увиваться, хоть и князем? Что там у вас?