Дом призрения для бедных сирот

Глава 11

С обратной стороны мэрии меня ожидал неприятный сюрприз. Какой-то умник догадался огородить здание забором. Достаточно высоким, чтобы я не сумела забраться.

Только и оставалось, что подглядывать сквозь щели. Я прошлась вдоль ограды, выискивая слабое место и одновременно стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Приближалось обеденное время. Вокруг то и дело сновали прохожие. Конечно, лучше бы приехать сюда попозже, когда уже стемнеет. И народ разойдётся по домам.

К счастью, на меня особо не глядели. Кое-кто, поравнявшись со мной, даже отводил взгляд. Я решила не обращать внимания на странности. Мало ли что у людей в голове.

А потом услышала голос:

– Иди, дорогая, подай нищенке монету.

Я обернулась и увидела пожилую женщину и девочку, которая как раз направлялась ко мне по расчищенной дорожке.

– Возьмите, – пропищала она, протягивая мне ручку.

Я автоматически подставила ладонь и смотрела, как в неё опускается золотой кругляш, нагретый теплом детских пальчиков.

– Купите себе покушать и ещё валенки и шубку, а то ножки простудите, заболеете, придётся пить горькое лекарство, – серьёзно, почти по-взрослому посоветовала мне девочка и вприпрыжку побежала обратно к бабушке.

Или воспитательнице, решила я мгновение спустя, когда снова услышала её негромкий голос:

– Катиа, помнишь, мы говорили, как ходят воспитанные барышни?

Девочка тут же перешла на шаг. Видимо, она старалась придать походке плавность, выходило очень забавно.

Затем Катиа взяла свою сопровождающую за руку, и они двинулись дальше.

– Подождите! – наконец отмерла я и бросилась следом. – Постойте!

Они успели пройти лишь несколько шагов. И сейчас, обернувшись, смотрели на меня. На лицах обеих читалось удивление. Кажется, они не привыкли к такому обращению. Или не ожидали, что я соберусь их догонять.

Первой очнулась бабушка. На её лице мелькнуло понимание.

– Милочка, вы больше ничего не получите, – строго произнесла она. В голосе не осталось ничего от прежнего благодушия. – Скажите Катиа «спасибо» и идите по своим делам.

– Спасибо, – послушно произнесла я, поспешно добавляя: – Но вы ошиблись, я не нищенка. И не прошу милостыню.

Скрепя сердце, протянула монету обратно. Ужасно жалко было её возвращать. Знаю, что эти деньги пригодились бы мне самой. Однако с моей стороны будет нечестно воспользоваться ошибкой девочки. Если я учу детей жить праведно, значит, и сама должна соответствовать собственным требованиям.

И ещё было ужасно стыдно, что меня приняли за побирушку.

– Думаю, вы найдёте того, кто нуждается в этих деньгах гораздо больше.

К моему удивлению, никто не спешил забирать у меня монету. А на лицо женщины снова вернулось благодушное выражение. Она тепло улыбнулась. Сначала мне, затем Катиа.

– Дорогая, ты как всегда не ошиблась в своём выборе, – с нежностью сказала она девочке. – Душа этой женщины честна и благородна, она заслуживает помощи.

Катиа тоже улыбнулась и тихонечко захлопала в ладоши. Они словно бы обменивались информацией на невербальном уровне. Обе знали нечто, не доступное мне.

А вот я совершенно не понимала, что происходит. Однако спросить не успела.

– Милочка, если Катиа выбрала вас, значит, вы нуждаетесь сильнее всех. Моя внучка никогда не ошибается.

– Но… – мысль, что монета и вправду предназначается мне, и я вернусь в приют не с пустыми руками, сбивала с толку. Я с трудом подбирала слова. И спросила о том, что, наверное, и не было важным: – Причём здесь тогда душа?

– Мы помогаем только честным людям, которые не способны пойти на хитрость и обман, и поэтому нуждаются в помощи сильнее остальных.

Я перевела ошарашенный взгляд на Катиа. Девочка выглядела очень довольной, словно легко разгадала сложный ребус, не поддающийся другим.

– Не переживайте, моя внучка не владеет магией. Инквизиторы проверяли её неоднократно. Вы ничем не рискуете, принимая у нас деньги.

Я понимала всё меньше и меньше. Инквизиторы и магия? Мы что, в Средневековье? Или в ролевой игре? Почему я рискую, принимая монету у этой милой девочки?

Однако вслух я сумела произнести только самое неуместное слово. Не уверена, что вообще произносила его когда-либо. Да и выговорила не с первого раза.

– И-инквизиторы?

– Говорю же, не переживайте. Это точно не магия, может, лишь зачатки дара, настолько слабые, что сумели стать лишь развитой интуицией, – в голосе женщины зазвучали первые нотки раздражения.

Наверное, здесь мне нужно было поблагодарить их и уйти. Но второе слово тоже было уместным лишь в детских сказках.

– Магия?

– Если вы брезгуете, можете передарить монету кому-то другому. Или вообще выбросить! Это ваше дело, – резко произнесла женщина и схватила Катиа за руку: – Пойдём, дорогая, кажется, в этот раз ты всё же немного ошиблась.

Они быстро пошли прочь, совсем позабыв, как должны ходить воспитанные барышни и зрелые дамы. Я стояла на месте и смотрела им вслед.