Дом ста детей. Целительница для Генерала-Дракона

Глава 19

Ива разглядывал стрелу недолго.

– Эта наших воинов, – кивнул он утвердительно, не обращая внимания на столпившуюся вокруг детвору, обращаясь лишь к Арго, – совершенно точно. С другой стороны, стрелять мог и бандит. Сейчас, где только оружие не отыщешь…

И пока дети с важными лицами обсуждали произошедшее, а Милах всем желающим (и не желающим, девочка-куколка вот, например, с визгом отбегала в сторону) показывал свою продырявленную и испачканную рубаху, я, лёжа в холле на старенькой софе, глаз не сводила с дракона.

Он успел уже слетать и вернуться обратно с припасами Ларо. Так звали нового мальчика. И теперь, не шевелясь, стоял у окна, задумчиво наблюдая за угасающим закатом.

Не знаю, о чём он думал и можно ли ему доверять. Но отчего-то сердце моё щемило. Словно мне было больно за этого дракона…

Так я то приходила в себя, то забывалась тяжёлым сном, пока навязчивая мысль: «детям теперь можно приготовить поесть. Их нужно накормить. Нужно накормить. Нужно…» не заставила меня с трудом разомкнуть веки.

Оказалось, я пролежала так почти до полуночи, если верить громоздким часам, что больше напоминали маленький шкаф и стояли у лестницы.

Славка дремал, свернувшись калачиком в моих ногах. А у изголовья, сидя на полу и облокотившись о край софы, сонно сопел Арго.

Кто-то укрыл меня шерстяным пледом, а тронув раскалывающуюся от боли голову, я обнаружила, что некто заплёл мне несколько тонких косичек. Весьма недурно, стоит признать. Можно даже не расплетать или не собирать волосы в хвост. Пусть остаются распущенными.

Но самое удивительное, это то, что по всему приюту витал аромат свежей выпечки и… мяса?

Жареного мяса!

Здесь-то я и поняла, что никакая усталость не остановит меня от того, чтобы сходить на кухню.

Я хотела есть до одурения, до смерти. Мне хотелось спать сильнее, чем жить, но есть хотелось сильнее, чем спать! Настолько я вдруг оголодала.

Стараясь не потревожить мальчишек, я поднялась и по стеночке добралась на кухню. И там обомлела от очередного сюрприза.

Прибрано было всё. Каждая баночка рассортирована, окно, в котором отражался огонёк свечи на подоконнике, блестело от чистоты. Засохшие горшки с цветами убраны, вместо них там стоял один, с зелёным политым ростком. Под потолком свежие венички целебных трав. В шкафчиках расставлены новые припасы в деревянных бочонках-коробках. Дощатый пол вымыт и сделался светлым и золотистым, словно яичный желток. Один из столов, липких от жира, грязи и старости, выброшен, вместо него был поставлен другой, невесть откуда взявшийся. А на нём поднос полный булочек с хрустящей, румяной корочкой, но нежнейшим и невесомым мякишем внутри!

И зажаренное мясо в плите на железных шампурах.

– Я дракону помогала, – словно призрак, появилась в дверях Софи. – И другие дети. Он говорил, что делать – они делали. Я пекла лепёшки. А он из леса принёс дичь. И зажарил! Это настоящее чудо, ведь с охотой сейчас беда…

– Почему? – я села за стол, зачерпнув кружкой стылой воды из ведра на полу. Не могу есть всухомятку, но чай заваривать неохота, ведь его нужно ждать.

Софи устроилась напротив, составляя мне компанию.

– Битвы велись страшные, распугали они многих. Потом вражеские воины истребить пытались всю живность вокруг, чтобы людям она не досталась. Но Рейн, – на губах её заиграла мечтательная улыбка, – оказался охотником самым лучшим. Даже лучше Ивы. Можно, – потянулась она за лепёшкой, – мне тоже?

– Почему спрашиваешь?

– Рейн всех напугал, чтобы сразу не съедали всё. Дети не все послушались, бегали сюда воровать, но всё же…

– Можно, если ты не много съела до того. Вы ведь голодали, вредно теперь переедать. А дракон наш глупый.

– Это почему?

На этот раз вопрос задал сам Рейн, и я вздрогнула от неожиданности, однако не растерялась.

– Ты правда верил, что дети удержаться и еда доживёт хотя бы до утра? – изогнула я бровь, сама не заметив, как продолжала при этом жевать.

Видимо, для дракона выглядела я комично, с косами в волосах, в «мужских» штанах и кофте, жадно пьющая воду и уплетающая за обе щеки лепёшку, наплевав на правила приличия.

Он ухмыльнулся, разглядывая меня со странным удовольствием во взгляде и недоумением.

– Прости, – произнёс, наконец, – что ты сказала? Задумался.

Я закатила глаза, вздыхая.

– Ничего.

– Пусть едят, – протянул он, ворча, – лишь бы плохо не стало. А запасы у нас ещё будут. Вот увидишь.

– У нас? – оживилась Софи.

– Конечно, я ведь теперь у всех вас в долгу, – обаятельно улыбнулся он ей. – Да и к Марье у меня есть дело. Очень важное.

Сердце моё пропустило удар. Я ожидала, что дракон пообещает вскоре открыть мне со Славкой путь назад, как я и просила. Но дальнейшие его слова меня ошарашили.

Он подступил ближе, не обращая внимания на пожирающую его обожающим взглядом Софи, и положил мне на плечи горячие ладони, слегка сжимая на мне пальцы.

Приятно… И будоражаще. И страшно, что уж душой кривить. За моей спиной ведь остановилась настоящая стихия, буря, шторм под личиной человека.

И стихая эта бархатным, тихим голосом поделилась со мной:

– Марья, я намереваюсь сделать тебя своей женой.

И запястье моё обхватило жаром.

– Ч-что? – часто-часто заморгала я.

– Понимаю, всё слишком быстро, но не каждый день встретишь судьбой назначенную тебе пару…

– Так, постой, – я собиралась с духом, чтобы отстраниться от него, в идеале встать и заглянуть ему в лицо. Но так и не собралась… – Ты, как минимум, ничего не помнишь. Вдруг у тебя вообще есть жена и дети?!

– Дети, – прошептал он странно, крепче сжимая пальцы на моих плечах. – Дети… Возможно… Я не помню. Но точно знаю, что сердце моё не занято.

– Но оно ведь не занято и мной! – я, наконец, смогла подняться, и развернулась к нему.

Чем он тут же воспользовался и за талию притянул меня к себе ближе, заставив рефлекторно упереться ладонями в его крепкую грудь.