Дом там, где сердце

Сердцу не прикажешь

Прошла минута. А он так и стоял в полусогнутом состоянии с закрытыми глазами.

Я попыталась освободить свою руку из его цепких длинных пальцев. Аккуратно вынула руку, но его рука так и осталась висеть в воздухе, словно он окоченел.

Я поднялась и быстро покинула комнату. Хотелось быстрее уйти, сбежать, пусть даже в халате и босиком. Вот как бежать? Я тяжело вздохнула, оказавшись в коридоре. Не зная дороги, не понимая, где я нахожусь, и что здесь вообще происходит, я немного замешкалась.

Из-за угла в коридор вышли двое мужчин в черном. Увидев меня, они остановились. Глаза у них приобрели желтый оттенок, а губы искривились в хищный оскал.

- Что за?.. – удивилась я, когда эти мужчины одновременно превратились на моих глазах в огромных лохматых полусобак-полудемонов. По другому бы я не сказала. В холке они были около полутора метра. Почти с меня ростом. Три головы, каждая из них имела желтые глаза, огромную пасть с острыми клыками. И они все шесть голов скалились в мою сторону. Теперь я понимала Надима, который покорно выполнял все, что они говорили.

- Церберы, - пронеслось у меня в голове. Но это же миф. Сердце отчаянно забилось, страх сковал мои руки и ноги. Бежать? Да тут бы начать дышать.

Церберы зарычали, постепенно приближаясь.

- Хорошие песики, - прошептала я, очень медленно дотянулась до ручки двери и дернула ее. Но дверь была заперта.

Она же не была закрыта!

Снова дернула ручку – закрыта. Церберы медленно, целенаправленно приближались, не отводя глаз желтых глаз от добычи.

Стало жутко страшно, сердце забилось быстрее, бросило в жар, потом в холод, ноги стали слабеть, руки трястись. Я уже как сумасшедшая тянула ручку снова и снова, но дверь была заперта. Вспомнила слова Робби. И постучала.

Дверь аккуратно открылась, и на пороге оказался господин, перегородив мне путь.

- О, ты решила вернуться, – невозмутимо заметил он, затем выглянул в коридор. – А нет, решение было не твое.

- Убери их.

- Зачем? Мне они ничего не сделают, - господин явно наслаждался ситуацией.

Церберы продолжали наступать, уже были совсем близко.

- Пожалуйста, - прошептала я, не зная уже как быть дальше.

- Ты сама попала в эту ситуацию, сама и выпутывайся.

Я попыталась его втолкнуть внутрь комнаты, положив руки ему на грудь, но тот не шелохнулся, лишь удивленно поднял бровь.

А я ощутила под ладонями твердые мускулы, словно притронулась к скале, приласканной солнцем. Теплый, вздымающийся камень. Приласкать? Мысль пролетела, щеки залились румянцем, а страх оттеснило другое чувство. А почему бы и нет? Введу в ступор и смогу прорваться в комнату. Эффект неожиданности.

И я сделала то, что мне показалось самым рассудительным на тот момент: приблизилась вплотную, обхватила шею господина руками и, наклонив, поцеловала.

Что там церберы, весь мир перестал существовать. Все исчезло, остались только я, он и мои чувства. Сердце остановилось и забилось с новой силой и новым чувством. Хотелось летать, смеяться, радоваться – и все сразу. Бабочки в животе? Нет, ты - эта бабочка и взлетаешь ввысь, оголяя свои чувства, свою душу перед натиском его губ.

Я резко вырвалась из объятий господина. Тот обескуражено смотрел на меня. А я попыталась сделать шаг назад, чтобы немного успокоиться, но почувствовала прикосновение теплых рук на талии. И снова я оказалась прижатой к каменному торсу.

- Еще, - требовательно заявил он и потянулся к моим губам.

- Нет-нет! – я успела закрыть ему рот ладонью.

Господин недовольно нахмурился, завел мою руку за спину, а потом впечатался губами в мои губы. Это был жадный, требовательный поцелуй, совсем не похож на предыдущий. Я попыталась вырваться, так как почувствовала отвращение, мне хотелось быстрее закончить это прикосновение губ.

Он отступил также, как и поцеловал – внезапно. И тут же нахмурился, как будто чего-то не понимал.

Зато я понимала свои нахлынувшие чувства: гнев, досада, стыд. И в запале этих чувств я приняла единственно правильное решение – дала звонкую пощечину.