Дом, в котором можно остаться.

Та, что изменила всё

Его внезапный переезд к сестре, с которой они не общались больше трех лет, казался сном. Илья все еще не понимал, зачем Алина решила вернуть общение. Но, несмотря на тревогу, ему казалось, что это его последний шанс начать хорошую жизнь.

На остановке Илья достал телефон из кармана штанов. Экран ярко загорелся, завибрировал и показал сообщение от Алины в мессенджере:

Сообщение от Алины:

— Илюш, тебе вызвать такси?

Он нахмурился и быстро напечатал ответ:

Сообщение от Ильи:

— Не нужно, я дойду пешком.

Сообщение от Алины:

— Но тут же больше трех километров!

Сообщение от Ильи:

— Ничего страшного. Я привык.

Он несколько раз перечитал переписку, прежде чем убрать телефон. «Просто так никто ничего не делает», — подумал он. По крайней мере, раньше Илья такого не видел.

Повернув по навигатору, он задумался. Раньше он знал свой родной город наизусть, а здесь чувствовал себя потерянной овечкой. Ведь находился он тут всего второй раз в жизни и не хотел думать, что все настолько плохо. Хабаровск — довольно большой город по сравнению с его прежним домом. Ему нравилось, что здесь очень шумно даже в девять вечера. Это доказывало, что он больше не будет вести себя как мальчик из деревни. Он уже вырос, хотел быть взрослым и расчетливым. К тому же его сестра — человек дела, а не слова, как их мать.

Алина и мама были чем-то похожи, но точно не характером. Сестра росла рассудительной и спокойной девушкой — по крайней мере, таковой она была три года назад, сейчас же утверждать этого Илья не мог. В свою же очередь его мать… Она часто говорила, что Илья — цветок её жизни, но сколько раз она выгоняла его, не сосчитать на пальцах. Алина пережила почти то же самое, и они оба понимали, что их мать волнуют только деньги, а не семья.

Спустя полтора часа раздумий наедине с собой Илья поднял голову и увидел высокий девятиэтажный дом. Не очень новый, но намного лучше, чем старое общежитие, в котором он жил с матерью. Он зашел в переписку с Алиной и нашел сообщение, в котором были указаны этаж и номер квартиры. Домофон не работал, но сестра предусмотрительно отправила ему ключ курьерской доставкой перед приездом.

Из сообщения Алины:

«Девятый этаж, квартира сто шестьдесят».

Дверь подъезда издала писк, после того как Илья приложил ключ к домофону. Изнутри тянуло сыростью, а не мочевиной и калом, как раньше. Для него прежний запах когда-то был обыденностью, сейчас же он ни за что не хотел бы вернуться в общежитие. Да и не мог. Мать решила сдавать их комнату, после того как Алина дала ей и Илье шанс жить в её новой квартире.

Он подошел к лифту и нажал на кнопку. Спустя мгновение двери открылись. Внутри лифт оказался довольно обычным, совсем не таким грязным, как в малосемейках его родного города. В нем не пахло гарью или мусором, скорее — каким-то резким стариковским парфюмом.

Поднявшись на девятый этаж, Илья посмотрел вокруг. Справа он увидел дверь с нужным номером. И все же он не решился сразу подойти и постучать. В голове крутился вопрос: «Чего от него ждет сестра? Стука? А может, чтобы он просто открыл дверь сам?»

Илья не успел решить, что делать, как вдруг дверь перед ним распахнулась. В проходе показалась Алина с улыбкой во весь рот.

— Братец, я так и знала, что это ты приехал! — вскрикнула она.

Илья ошарашенно посмотрел на нее и спросил:

— Чего это ты такая энергичная? — он и вправду не понимал, почему сестра так себя ведёт.

— Как это чего? Воссоединение семьи же! — с ехидной улыбкой ответила она.

Илья промолчал, ему было чуждо такое отношение со стороны окружающих. Он шагнул ближе. Сестра вытянула руки в разные стороны. Илья понял, что Алина хочет его обнять, и знал, что лучше ответить на этот жест, иначе она расстроится. По крайней мере, большинство людей именно так реагировали на отказ от «обнимашек». Илья давно привык изображать из себя тактильного человека, понимая, что окружающим в большинстве случаев такое нравится.

Он так же вытянул руки и уткнулся головой Алине в плечо. Она крепко сжала его, и в этот момент Илья почувствовал что-то незнакомое. Раньше, когда он обнимался с людьми, он знал, что все делают это машинально, просто чтобы проявить дружеский жест. Но в этот раз все было совсем иначе. Он почувствовал тепло сестры, ему до боли захотелось крепче прижаться к ней и рассказать все, что было на душе. Но он не стал. Привык, что людям это не интересно.

Алина разжала руки и немного отстранилась.

— Готов к новой жизни и новому дому? — спросила она, не скрывая улыбки.

— Ну, вроде, — растерянно ответил Илья.

— Ой, всё, проходи уже! — с притворной досадой воскликнула Алина.

Илья прошел в квартиру. Сестра уже скрылась в глубине коридора, и он смог осмотреться. В комнатах пахло свежими цветами. Он к такому не привык — в старом жилье всегда было затхло. Его мать не любила открытые окна, в отличие от Ильи, но сам он открывал их, только когда она уходила на несколько недель. А то и месяцев.

Он осмотрел прихожую и зал. Квартира не блистала евроремонтом, но тут было уютно. Хотя, впрочем, неудивительно: Алина купила её недавно и только собиралась обновлять интерьер.

Илья снял куртку и кроссовки, выпрямился и на секунду замер, раздумывая, проходить ли дальше.

«Ладно, пройду», — решил он.

Пройдя в зал, он осмотрелся и собрался было направиться в свою комнату, которую им с матерью выделила Алина в прошлый раз. Но на полпути раздался громкий крик с другого конца квартиры. Звук донесся из кухни.

— Куда собрался? Сначала ужин! — донеслись громкие слова Алины.

Илья решил ничего не отвечать. Ужин был для него чем-то чуждым, ведь любой прием пищи он воспринимал всего лишь как способ утолить голод.

Пройдя на кухню, он увидел сестру, сидящую за столом. На нем стояли две тарелки супа с ложками и большая салатница. Хлеба не было — Алина не любила его так же, как и Илья. Это навеяло ему воспоминания о том, как они с друзьями ели из одной большой тарелки пельмени и пили чай из общей кружки, которую купили на сложенные деньги. Тогда им было по одиннадцать.