Дом в наследство и козёл в придачу

Глава 4. Козлиные провокации

Пришла в себя я уже ночью. Луч лунного света падал мне на лицо, да такой яркий, что я его увидела даже сквозь закрытые веки. В ухо кто-то надсадно дышал. Приоткрыв один глаз, я обнаружила, что это не кто иной, как козёл

— Ты же вроде обиделся? — Я напряглась.

Не то, чтобы я боялась какого-то козла, просто рядом с ним было не по себе. Особенно сейчас, когда я находилась в довольно уязвимом положении. А ещё я отчётливо ощутила отголоски некромантии. Он что, обладает силой? Или не живой, а поднятый некромантом? Вроде нет, вполне себе тёплый, мертвечиной не пахнет, хотя амбре от него специфическое, конечно.

— Надеюсь, ты закрыл за собой дверь?

Ехидный фырк был мне ответом. А ещё кивок в сторону двери, которая действительно оказалась закрытой. «Гороха», которого он сыпанул, тоже не наблюдалось, прибрал, что ли, за собой?

— Ладно, давай так договоримся: ты ведёшь себя прилично, в доме не гадишь, а я тебя не выгоняю. Мир?

Козёл скептически оглядел мою фигуру, склонил голову набок, словно в размышлении, стоит ли со мной иметь дело. Потом и вовсе ткнулся рогом в моё плечо. Сверкнули бусины в лунном свете, я же почувствовала, что они действительно заряжены бабушкиной магией. Теперь уже и моей магией.

Печать. Она поставила на него печать. Хм, странно, что бы это значило?..

— Ты хочешь снять бусины? — спросила я его.

— Ме! — Интонации явственно выражали мысль: «наконец-то ты догадалась».

— И что потом будет? — Я прекрасно понимала, что этого делать нельзя.

Если бабуля что-то там в козле запечатала, и это что-то отдаёт некромантией, значит, всё не просто так. По крайней мере, нужно для начала разобраться, что к чему, а потом уже решать.

Козёл тяжело вздохнул, видимо, понимая, что сейчас ему точно ничего не обломится. Даже глаза закатил, хотя я знать не знала, что козлы так умеют.

— Ме, — коротко выдал он и двинулся к печке.

Демонстративно улёгся возле неё, снова вздохнул и замолк.

Что ж, хотя бы так, а вот мне надо вставать. И есть снова хочется, и мыться бы надо, вещи, так и быть, завтра разберу. Легко сказать, да трудно сделать! После магической встряски тело лихорадило, ноги подкашивались, несмотря на внутреннюю энергию. Она сейчас не особо помогала в координации.

— Ох, что ж я маленьким не сдох? — прокряхтела я одну из любимых студенческих поговорок, которую мы регулярно повторяли после занятий по физической подготовке.

Препод у нас был просто лютый. Гонял всех, невзирая на пол и личные особенности, да ещё и приговаривал, что потом мы ему спасибо скажем. Не знаю, пока он порождал у нас исключительно желание подкараулить его в тёмном переулке и сделать с ним что-нибудь ужасное. Единственное, что вызывало у нас горячие споры – что именно. И только поэтому наш коварный замысел так и не осуществился.

Учитывая, что я больше не студентка, то принять участие в мести уже не смогу. А жаль. Хотя, по сравнению с подставой Пшедровского всё это воспринимается уже не так остро. Зато как остро пахнут мои подмышки после всего пережитого! Нет, срочно зажевать ещё пару бутербродов и в баню! Не обязательно её топить, просто подогреть магией воду – уже хорошо.

Стиснув зубы, я наконец-то поднялась с дивана. Осторожно, стараясь не потерять равновесие, дошаркала до стола, взяла новый бутерброд и даже не заметила, как проглотила его. Не жуя! Потом второй, третий, очнулась, когда все запасы закончились. Что характерно, тело дрожать почти перестало, но жутко захотелось пить. Что ж, это дело нехитрое, особенно когда руки почти не трясутся.

Удивительно, но до бани я дошла уже почти ровным шагом, правда, надела не босоножки, а бабушкины калоши. Во-первых, они удобные, каблуки для меня сейчас – нечто недостижимое в плане координации. Во-вторых, перед кем мне тут красоваться? Не перед козлом же.

Эх, мало человеку для счастья надо – просто помыться в тёплой воде. Без Пшедровских, соседей и прочих парнокопытных.

В бабушкину спальню я даже заглядывать пока не решилась, протопала к комнате, в которой всегда жила, когда гостила у неё. Воздух там был затхлым, что неудивительно – здесь давно никто не проветривал, поэтому пришлось открывать окно. Ничего, ночь тёплая, простыть не должна. На окне сетка от комаров, что не может не радовать, кровать небольшая, но с мягкой периной и отличной подушкой. Я как раз такие люблю, чтобы не большие и не маленькие. Ночнушка в комоде, намного маловатая, но на один раз сойдёт. Не хочу сейчас лезть в чемоданы, до завтра постоят.

Сознание отключилось ещё до того, как голова коснулась подушки. Более того, наконец-то мне не снилось НИЧЕГО! Не представляете, какое это счастье, ведь после того, как Пшедровский нагло оболгал меня, я только и делала, что мучилась от кошмаров. Пыталась доказать, что он врёт, что никакой эликсир с приворотом я ему не подливала. Клялась всем, чем только можно, ревела от того, что мою магическую клятву не засчитали, мол, я могла действовать не своими руками. А так как в том самом зелье были мои компоненты, причём полученные не насильственным способом, то и копать глубоко нет смысла. Причём, судя по заключению экспертизы, кто-то добыл мою кровь и волос.

То есть ко мне реально хотели приворожить Пшедровского!

Зачем – вот главный вопрос. Мне он никоим образом не сдался, да я его терпеть не могу, потому что он чванливый самодур. Он тоже меня не переваривал из-за того, что порой я разбиралась в его предмете лучше, чем он. Бабушкина школа, что уж тут поделать. И если бы он был адекватным, то вместо того, чтобы затыкать меня на занятиях, наоборот, прислушался бы. Да, выращивать растения я не могу, но это не значит, что не разбираюсь в них.