Допустим, я тебя прощу

Глава 4

День проходит, как обычно – тускло и бессмысленно.

У мамы в гостях подруга, которую бросил сожитель. Ярко накрашенная дама с одутловатым лицом громко причитает и якобы нуждается в утешении. Вместе с мамой они бурно ругают «негодяя», не забывая успокаиваться известным способом. А затем врубают какую-то заунывную музыку и начинают подпевать. Стыдно-то как, это слушать!

В холодильнике пусто, но на кухонном столе, вокруг переполненной пепельницы рассыпана мелочь, видимо, сдача с последней тысячи. А до зарплаты ещё две недели. Хотя, что толку? На еду её никто тратить не планирует. Эх...

Собираю монеты и спускаюсь в магазинчик на первом этаже, чтобы купить булочку и бутылку кефира. Да, я знаю, что такое питание вредно для желудка, в конце концов, приведёт к гастриту или чему похуже. Но выбора нет.

Ем в подъезде. На всякий случай. Запихиваюсь мягкой булкой, потому что живот урчит от голода, проглатываю, даже толком не разжевав. А вот кефир пью без особого удовольствия, мне не очень нравится, но вроде бы он полезный.

После возвращаюсь в квартиру и делаю уроки, закрывшись в ванной комнате. Если поставить стул возле стиральной машины, то можно вполне удобно устроиться, и здесь гораздо тише.

Справившись с этим, стираю в тазу свою многострадальную блузку. Стиральный порошок закончился, поэтому натираю её куском мыла, выполаскиваю и вывешиваю на балконе. К утру на таком холоде она вряд ли высохнет, но ничего, досохнет на мне. Зато вонять не будет. Надеюсь.

Взглянув на часы, понимаю, что опаздываю и бегу в супермаркет, где работает мама. Драю полы в зале и подсобных помещениях. Уборщицы здесь работают посменно, но, к счастью, руководство магазина позволяет мне выходить только в вечернюю смену. Знают, что в семье происходит.

Домой возвращаюсь поздно, зябко кутаясь в пуховик и боязливо поглядывая по сторонам. Ненавижу ходить по опустевшим тёмным улицам, да только выбора нет.

Я вообще много чего боюсь, помимо темноты. Высоты. Боли. Пауков. Сороконожек, до жути просто. Но больше всего – людей. Когда меня кто-то зовёт или хуже того, приближается, сразу сердце ёкает и тарахтеть начинает как бешеное. Потому что от себе подобных я не жду ничего хорошего. Не привыкла.

Где-то читала, что мы сами создаём свой мир. Говорят, что если думать о нём в позитивном ключе, то и всё вокруг будет складываться наилучшим образом. Хочется верить, но это так трудно. Но я пытаюсь. Я, правда, пытаюсь. И у меня есть план. Нужно только хорошо сдать экзамены и поступить в универ на бюджет.

Возле парка притормаживаю. Здесь ходить не люблю особенно. Аллеи освещены кое-где фонарями, но основная масса голых деревьев погружена во мрак. Жутко бежать по растрескавшейся асфальтовой дорожке, чувствуя, как темень выползает из гущи зарослей и обступает со всех сторон. Летом на многочисленных скамейках собирается разные компании. Но, впрочем, так ещё хуже. Толпа шумных парней пугает больше, чем мрак и тишина.

У входа на аллею тушуюсь. Обойти? Нет, слишком долго, а я так устала! Делаю глубокий вдох и шагаю под своды старых деревьев, негромко поскрипывающих ветвями под порывами ночного ветра.

Метров сто пролетаю на автомате, не смотрю по сторонам и стараюсь не вслушиваться в неясные шорохи со всех сторон. Домой, нужно скорее домой!

Вот только стоит мне свернуть на боковую аллею, наискосок пересекающую парк и оканчивающуюся практически возле нашей улицы, как за спиной раздаются шаги.

Блин...

К ночи похолодало, но я мгновенно перестаю ощущать холод, напротив, меня будто кипятком обдаёт. Морозный воздух обжигает лёгкие, стоит сделать вдох, а сердце бомбит грудную клетку с таким усердием, что больно делается.

Ускоряю шаг, тороплюсь, за малым не срываясь на бег.

Но это не помогает – шаги за спиной приближаются.

Быстро оборачиваюсь. Взгляд выхватывает мужской силуэт. Тёмная куртка, на лицо надвинут капюшон.

Вот попала! Прямо как в низкопробном фильме ужасов! Ночь, безлюдный парк и незнакомец, не отстающий ни на шаг.

Ускоряюсь на максимум. Ноги гудят от напряжения, сердце бахает с перебоями, да ещё так некстати начинает колоть в боку!

– Погоди, не бойся! – незнакомец переходит на бег и в два счёта догоняет, хотя я и не думаю останавливаться.

Перестаю дышать, но не делаю резких движений и внешне стараюсь не показывать, что паникую. Продолжаю, как робот, двигаться вперёд.

– Ты что тут делаешь так поздно? – голос смутно знаком, хотя, возможно, я ошибаюсь.

Осмеливаюсь посмотреть на парня внимательнее. Кажется, он из нашей школы. Но не из моего класса и даже не с параллели, это точно.

– А ты? – отвечаю вопросом на вопрос.

– С тренировки иду.

– Понятно, – продолжаю шагать вперёд.

Сердце чуть успокаивается. Но всё равно чувствую себя не в своей тарелке рядом с ним.

– Меня Костя зовут, а тебя?

– Лиза... – говорю, но тут же чувствую тяжесть в груди.

Не стоит с ним знакомиться. Это же глупо. Он ведь просто не понял, с кем имеет дело. А как поймёт, отвернётся, брезгливо морщась. Мне же самой будет больнее.

– Ты не ответила. Так что делаешь здесь так поздно?

Сглатываю ком, застрявший в горле. Стискиваю пальцами подкладку внутри карманов, ладони покрылись испариной, несмотря на то, что совсем недавно мёрзли.

Делаю вдох. Надо сразу предупредить, дать понять, кто я на самом деле.

– Иду домой с работы. Я уборщицей работаю в супермаркете на Матросова, – бросаю быстрый взгляд в сторону парня.

Что, съел? Познакомиться он надумал!

Костя склоняет голову набок и тоже смотрит.

– Ясно. Давай провожу.

– Не надо, – вновь смотрю, даже с некоторым удивлением.

Странно. Неужели этого недостаточно?

– Давай, чего ты? Я вижу, что тебе страшно. А меня не бойся, я не маньяк.

– Мне не страшно, – стараюсь принять независимый вид.

– Да ладно! Поэтому так улепётывала? Идём, я всё равно не отстану. Да и мне скучно тащиться через парк одному.