Допустим, я тебя прощу

Глава 13

Будильник срабатывает ровно в шесть утра. Сразу же распахиваю глаза и несколько секунд смотрю в потолок, по всей поверхности которого пляшут солнечные зайчики. Сейчас, когда рассветает рано и на улице тепло, вставать гораздо легче, чем в промозглую погоду и серость ранней весны.

В груди что-то давит. Даже знаю, что – камень на сердце. Именно так.

Мама спит на диване в противоположном углу комнаты. Не хочу разбудить, поэтому стараюсь не шуметь. Осторожно откидываю одеяло, спускаю ноги на пол и босиком шлёпаю в ванную. Быстро привожу себя в порядок, надеваю спортивный костюм, кроссовки, хватаю наушники и выхожу из дома.

На улице хорошо: солнечно, пока ещё тихо и безлюдно, ведь сегодня выходной. Пахнет скошенной травой и цветущей сиренью.

Ещё недавно сердце переполнялось радостью, стоило выскочить из дома и вдохнуть свежий воздух раннего утра. Мне нравилось безмолвие пустынных улиц, разбавляемое, взбудораженными весной, птичьими голосами.

Но в последнее время что-то неуловимо изменилось. Внутри меня. Радость пропала. Я не знаю, что именно на это повлияло, но чувствую — рубеж пройден, обратного пути нет. А может быть, просто не готова признать очевидное, и намеренно закрываю глаза?

Вроде бы всё как обычно... Или не всё?

Наверное, дело в Косте. Он стал реже приходить, проводить со мной меньше времени. Стараюсь не думать об этом, отмахиваюсь от тревожных мыслей, как от навязчивых мух, но они не отстают, разъедают сознание, кружат поблизости, ища способ испортить настроение.

Я отчаянно пытаюсь убедить себя, что наши отношения не изменились, но с каждым днём отдаление Шувалова чувствуется всё сильнее.

Может дело в том, что мы целовались? Ему не понравилось. Скорее всего, это так. Я ведь неумеха, краснеющая по поводу и без! Глупо надеяться, что он в восторге от моих поцелуев, которые таковыми и назвать сложно. Убожество, одним словом.

Ну нет, что за глупость! Костя ведь ничего такого не сказал... Но и не стал бы, наверное, говорить... Он ведь хороший.

Да, он хороший. Это я плохая. Некрасивая, не умеющая пользоваться косметикой, скучная и застенчивая. Удивительно, что Костя вообще обратил на меня внимание.

Нет, не хочу об этом думать. Не буду.

Надеваю наушники, включаю музыку на полную громкость и, сделав небольшую разминку, бегу в парк.

Движение помогает отвлечься. Грохот басов в динамиках гонит прочь неприятные мысли.

Если что-то изменится, Костя мне скажет. И раз он ничего не сказал, значит, всё хорошо?

Но блин... Не уверена...

По ночам мне снятся тревожные сны. В них Шувалов уходит. Просто молча уходит, а я бегу следом и не могу догнать. И сколько бы я ни шептала после пробуждения поговорку, знакомую с детства: «куда ночь, туда и сон», — это не помогает успокоиться.

Он уйдёт. Рано или поздно уйдёт. Со мной не останется точно.

Может быть, это подсознание даёт подсказки?

В попытках найти хоть какое-то утешение, я начала искать в интернете толкования сновидений. И если эзотерические сонники советовали воспринимать ночные видения с точностью наоборот: приснилось плохое, значит, будет хорошее. То, по мнению психологов, это означает, что мозг даёт подсказки, анализируя все события, происходящие днём, даже те, что на сознательном уровне я не замечаю. Или не желаю замечать, потому что больно.

Эх... А я ведь просто хотела счастья! Мечтала о нём, как маленькая глупая девчонка. Но забыла, кем являюсь. Такие, как я его не заслуживают. Вот если получится измениться, добиться чего-то в жизни, может, тогда... А сейчас я всё та же никчёмная неудачница Тяпа, и нет никого смысла притворяться, что это не так.

После пробежки сажусь за учебники. Нужно готовиться к экзаменам, они совсем скоро. Удаётся сосредоточиться, но лишь на время. Всё чаще и чаще поглядываю на телефон, ожидая звонка или хотя бы короткого сообщения. Но экран мобильного остаётся тёмным, вызывая острейшие приступы разочарования.

Ещё пару недель назад Костя звонил каждое утро и писал по десять раз в день. А сейчас... Сейчас я ему звоню. Когда выдержка заканчивается. Он отвечает, старается вести себя как обычно, но теперь не горит желанием встречаться со мной так часто, как раньше. В школе, правда, приходит на переменах. Но теперь уже один раз в день, а не на каждом перерыве.

Ладно. Пусть так. Я всё равно ему благодарна. В какой-то степени меня нормально приняли в новом классе из-за Кости. Он сразу показал, что у меня есть парень, способный вступиться, в случае чего. И это значительно упростило и улучшило мне жизнь, потому что никто из новых одноклассников не пытался меня обидеть, возможно, именно благодаря ему.

Да и моя самооценка на время улучшилась. Ведь Шувалов заставил поверить, что я могу понравиться молодому человеку. Он делал меня счастливой. Спасибо ему за это.

Вздыхаю, переворачиваю телефон, прячу его под тетрадью, чтобы не пялиться на экран, и утыкаюсь носом в учебник.

Хорошо, что сегодня не нужно идти на работу. Там у меня слишком много времени на размышления, от которых голова пухнет. Решать уравнения всё же лучше – помогает отвлечься.

Мама тарахтит кастрюлями на кухне, слышу, что делает это слишком нервно. Часто роняет что-то и ругается себе под нос. Уже не пугаюсь, хотя отлично знаю, что это означает. Её нервное состояние – предвестник нового кризиса. Сначала мать начинает всё раздражать, потом откровенно бесить, и наконец, когда справляться с эмоциями не хватает сил, она уходит в очередной запой.

К счастью, период раздражения может длиться достаточно долго – до нескольких месяцев. Думаю, что сейчас, когда давит школа и органы опеки, она будет держаться. Посторонние люди имеют на неё влияние. Мать не любит казаться плохой, ей обязательно нужно сделать вид, что она справляется.

– Лиз, я на работу. Ты встреть меня вечером. У нас сегодня скидки, хочу продуктами затариться. Поможешь дотащить пакеты. Поняла? – мама оставляет многострадальные кастрюли в покое и заглядывает в нашу единственную комнату.