Дорога из перламутра. Гамбит наследницы

Глава 1

Как воспримет появление третьего мужчины Киан, пока даже представлять не хотелось. Мне хватало мимически выраженного недовольства моего Корня.

Он молчал. Зато его тело говорило со мной на языке, гораздо более понятном, чем обычные слова. Брови сошлись на переносице, образовав глубокую складку, глаза смотрели с прищуром, словно пытались разглядеть в дикаре сразу все его недостатки. Губы сжались в тонкую линию, а подбородок выдвинулся вперед, демонстрируя упрямую решительность. Кадык слегка подрагивал, выдавая внутреннее напряжение. А руки непроизвольно сжались в кулаки, намекая на готовность к драке, хотя внешне Рин старался сохранять спокойствие.

Я повернулась в сторону террасы и переглянулась с тетей Каэдэ. Та едва заметно кивнула – одобрительно и по-деловому.

– Распорядись, чтобы его доставили к нам домой, – тихо, но твердо сказала я, вновь вернувшись взглядом к нашему новому «приобретению». – И чтобы связали. Не хочу, чтобы он перевернул полдома, пока мы не вернемся.

После моего приказа Рин все так же молча склонил голову и что-то шепнул подошедшему Стволу.

И почти сразу несколько достаточно сильных с виду парней окружили дикаря. Тот не сопротивлялся, лишь пристально смотрел на меня, пока его не увели куда-то прочь – наверное, в сторону служебного телепорта. В его янтарных глазах сверкали ненависть и вызов, как напоминание, что я купила не источник радости, а громаднейшую проблему. Пожалела. Проявила слабость…

Мало того, я только что победила в бурных напряженных торгах наследницу Моруир, отчаянно нуждающуюся в жизненной энергии. И сейчас мне надо будет явиться на аудиенцию к королеве, чьей тенью и правой рукой является Касуми Моруир, мать или тетя Элиры.

Волна паники накатила внезапно, сжимая горло. Я была на взводе, все внутри дрожало от пережитого напряжения. Весь бал – постоянное противостояние, вместо спокойных танцев, и аукцион, на котором торгуют живыми людьми, – как вишенка на пирожном.

Мы отошли в тенистый уголок за колонной, скрытые от большинства глаз кружевной листвой декоративных деревьев. И я ожидала, что сейчас мне выскажутся по поводу новой покупки: нагрубят, конечно в матриархальном местном стиле, но все равно обидно и резко. Но Рин приятно удивил.

– Вы… вы были совершенны, госпожа, – прошептал он. Синие глаза горели обожанием, нерастраченной энергией, азартом, преданностью. Обняв за талию, он притянул меня к себе. – Они все видели. Видели вашу силу, ваш ум, вашу власть. Вы покорили их!

– Мы покорили их. – Его возбуждение передалось мне, сжигая напряжение, страх, волнение. Внизу живота вспыхнула волна жара. Наэлектризованное за день тело требовало разрядки. – Ты был моим щитом. Моей опорой.

– Позвольте… позвольте служить вам сейчас, госпожа. – Голос Рина стал низким, хрипловатым. Он наклонился и нежно коснулся губами моей шеи, чуть ниже уха. По коже тут же пробежали искры. – Здесь. Сейчас. Я горю. Вам нужна сила для аудиенции, а я… хочу чувствовать себя нужным.

Танцующие пары были недалеко. Стволы с подносами проходили мимо. Кто-то мог увидеть. Но этот риск, эта близость опасности только подливали масла в огонь. Яростное желание переполняло меня. Мне тоже хотелось утвердить нашу связь. Здесь. Среди этого великолепия и лицемерия.

Запрокинув голову, я подставляла шею поцелуям, вцепившись пальцами в его шелковистые волосы. Тугой узел прически не выдержал, и светлые пряди рассыпались по плечам.

– Да, – прошептала я, чувствуя, как магия внутри откликается, словно хищный зверь в клетке, учуявший запах сырого мяса на ужин, – служи мне, мой Корень. Отдай свою силу…

Рин прижал меня к прохладной колонне, сминая руками платье. Мир сузился до его прикосновений, поцелуев, ласкового шепота и ревнивой, яростной энергии, вливающейся в меня, как нектар. Мы были спрятаны и одновременно выставлены напоказ. Опасность быть замеченными возбуждала еще больше, а этерийская стыдливость уплыла на последнем вечернем корабле.

Аура бала, тревога дня, гнев на Хаюру, жалость к Элире – все переплавилось в этом ослепительном моменте соединения. Магия пульсировала в жилах, звенела в крови, делая меня непобедимой.

Королева? Аудиенция? Я ко всему готова. Я Лиэн Нэнигвер. И этот бал, со всеми его испытаниями и триумфами, был только началом моего восхождения по их проклятой иерархической лестнице!

Когда мы вернулись к тетям, те лишь обменялись красноречивыми взглядами, но не сказали ни слова. Однако уверена, они все поняли. И кажется, одобрили.

***

Воздух в маленькой приемной королевы был густым и холодным, словно вымороженным ее взглядом. Я стояла, ощущая на себе тяжесть этого взгляда и пытаясь не дрогнуть. По бокам, чуть позади, замерли тетушки. Рин – за моей спиной.

Никогда раньше не осознавала, насколько же пугающим может быть простое молчаливое ожидание. Илмариэль медленно провела пальцами по ручке своего белого кресла.

– Возвращение потерянной ветви Нэнигвер вышло очень громким. – Ее голос, мелодичный и безжалостный, наконец-то разрезал звенящую от напряжения тишину. – Ты продемонстрировала силу. Контроль. Изящество. Все, чего я ожидаю от матроны твоего рода.

Она сделала паузу, давая мне прочувствовать каждое слово.

– Но сегодня я увидела и нечто иное. Мне показалось, что на аукционе тобой двигало не желание приобрести ценный источник жизненной энергии, а жалость.

Сердце ухнуло в пятки. И похоже, сейчас за ним рухнет все остальное. Все мои труды, вся игра…

– Жалость недопустима, – продолжила королева, и ее голос стал жестче. – На аукционе ты победила честно, добиваясь победы любой ценой. Элира проявила слабость, а слабые не получают желанных игрушек. Но… – Илмариэль в упор посмотрела на меня, и все рядом со мной напряглись. И тетушки, и Рин. Только во мне неожиданно вспыхнул непонятный, необъяснимый азарт. Я расслабленно плыла по течению, как советовала Аяма. – Дикарь – не ручной Корень. Это зверь. И ценен он лишь своей неукротимостью. Надеюсь, ты сумеешь его… оседлать. И через три месяца, на следующем балу, продемонстрируешь его мощь на Арене против такого же зверя из моей личной коллекции.