Дорога к счастью

Глава 16

Помните, как там, у А.С. Пушкина: «Мороз и солнце день чудесный, ещё ты дремлешь друг прелестный».

Так начался этот дивный день после событий, наполненных ночными впечатлениями. Вера провела всю ночь рядом с Тимуром, не замечая, как её сморил сон. Они держались за руки — и в реальности, и во сне, — с любовью и нежностью.

Тимур возвращался, что-то бормоча и откашливаясь. Вера, казалось, слышала его сквозь сон и ещё крепче сжимала его руку.

Катя вошла в комнату немного позже назначенного времени, заранее предполагая, что будет лишней на этом празднике. Но она всё равно была рада сложившейся ситуации, ведь это означало, что она всё сделала правильно.

Катя осторожно приоткрыла дверь, стараясь не шуметь. Под утро она принесла одеяло и укрыла им Веру, ведь становилось холодно. Аптечка была обновлена новыми лекарствами, а суп уже не требовался, поскольку все спали, да и он остыл. Катя укрыла Веру, нежно обняв за плечи, и мягкое тёплое одеяло сразу же избавило её от мурашек на коже.

Она посмотрела на их переплетённые руки и заметила, как они не хотят отпускать друг друга. Улыбнувшись, Катя прошептала:

— Наконец-то! Будь счастлив, братик! А остальное — утром.

С лёгким сердцем Катя вышла из комнаты, не подозревая, что это лёгкое сердце будет биться за братика совсем недолго.

Морозное солнце, словно нежными лапками, постучалось в окно. Его лучи начали играть с тёмными волосами Веры, собранными в хвостик. Они медленно, словно волны, касались закрытых век, которые Вера то и дело дёргала.

Солнце, будто напевая нежную мелодию, постепенно возвращало Веру из мира грёз в реальность. Вера, щурясь от поцелуев солнечных лучей, прикрыла лицо ладонью, прячась от них.

Повернув голову, Вера с улыбкой потянулась, приветствуя новый день. Её глаза то открывались, то закрывались, избавляясь от сна. Когда взгляд стал ясным, Вера смогла наконец-то рассмотреть комнату.

Комната была очень светлой для мужской спальни, но при этом уютной. Обои были белыми, с узорами волн моря. Ночник на тумбочке был полукруглым, с белыми и чёрными полосками. Шкаф-купе был белым, с встроенными зеркалами. Было понятно, что хозяин комнаты предпочитает спокойные тона.

Вера завершила осмотр и взглянула на свою вторую руку. Она всё ещё держалась за Тимура, хотя и чувствовала его слабость, но в то же время ощущала силу. Другой рукой она нежно гладила его кожу. По её прикосновению было ясно, что жар спал, но остался лёгкий озноб, который вызывал мурашки.

— Доброе утро, любимый! — произнесла она с радостью в сердце. Теперь она могла свободно говорить эти слова. Она будет произносить их постоянно, где бы ни находилась — рядом или вдали от него. Это было так удивительно.

К Марку Вера испытывала иные чувства — не любовь, а скорее симпатию и привязанность, как к близкому человеку, который всегда рядом. Это было нечто большее, чем просто дружеские отношения, но и не любовь в полном смысле этого слова.

Но…с Тимуром за эту ночь, совсем его ещё не зная, Она чувствовала, как его любовь окутывает её, словно нежный кокон, защищая и оберегая.

Вера медленно поднялась с постели и, стараясь не разбудить Тимура, взяла с тумбочки градусник. Ночью температура его тела была высокой — тридцать девять градусов. Рядом стоял таз с прохладной водой, и Вера, намочив полотенце начала нежно обтирать его тело, снижая жар, жаропонижающими.

Она повторяла эту процедуру снова и снова, пока наконец градусник не показал тридцать семь градусов. Вера облегчённо вздохнула и улыбнулась.

— Слава богу! Ты идёшь на поправку! Ты мой герой, — прошептала она, нежно целуя его в щёку. Тимур продолжал спать, не просыпаясь, вот, что значит работать до упадка сил.

Слышался шум на кухне, наверное, Катя проснулась и пошла делать кофе.

Вера встала с кровати, потянулась, и её улыбка была такой искренней и счастливой, что казалось, она готова взлететь. На цепочках она подошла к двери, повернула ручку, вышла из комнаты.

— Чего мы такие счастливые? — сразу заметила Катя, когда подруга вошла на кухню.

— Он выздоравливает, — ответила Вера, её голос дрожал от волнения. — Температура спала, и он больше не ворочается.

— Отлично, я рада! и всё?! — Катя посмотрела на неё с облегчением и с ухмылкой, явно ожидая продолжения.

— Да, а что ещё? — Вера покраснела, но её глаза продолжали светиться.

— Ладно, садись, попей кофе, — ответила Катя, ушла от расспроса, боясь поставить её в неловкую ситуацию. Подруги сидели, попивая кофе, бросая друг на друга кокетливые, вопросительные взгляды, и молча улыбались.

— Что? — спросила Катя.

— Ничего, — ответила Вера, и они обе расхохотались.

Их смех был прерван неожиданным звонком в дверь. Вера и Катя переглянулись, они никого не ждали. На часах было только десять утра. Катя жестом показала, что сама откроет. В коридоре она включила свет, чтобы попасть ключом в замок. Повернула его три раза и открыла.

На пороге появился темноволосый шатен Марк. Он был не меньше Кати изумлён, поскольку знал, что пришёл по адресу. Был здесь несколько раз, а дверь ему открывает девушка. Катя же смотрела на него сначала со страхом, а затем с отвращением, вспоминая свой день рождения.

— Вам чем-нибудь помочь? — спросила она, стараясь быть как можно более любезной.

Марк смотрел на неё в замешательстве. Возможно, он ошибся, но успел одарить её своей обезоруживающей улыбкой, которая обычно действовала на всех девушек, а иногда и женщин. Неважно, что ему в паспорте двадцать пять лет.

«Ха-ха, не на ту напал, юноша», — улыбнулась Катя своей дьявольской улыбкой. «Я бы на твоём месте спрятала свою модельную улыбку, а то останешься без неё», — сказала она про себя, едва сдерживаясь. Вся её ярость и сила были направлены на дверную ручку, которая, казалось, вот-вот сломается.

— Простите, — наконец Марк обрёл дар речи. — Я ищу своего друга, возможно, я перепутал квартиру, его зовут Тимур.