Дорога к счастью

Глава 24

День рождения — это праздник, который может вызвать в душе не только радость, но и печаль, особенно если он омрачён утратой счастья.

В квартире именинника царила атмосфера праздника. Мужчины вели непринуждённую беседу, а их спутницы восхищались друг другом, осыпая комплиментами и отмечая, как прекрасно выглядят. Вера не могла найти себе места, она металась, словно пчёлка. Она обещала Марку, что всё пройдёт замечательно.

Именинник выглядел безупречно, словно сошедший с обложки журнала. На нём была чёрная шёлковая рубашка с расстёгнутыми пуговицами, открывающими золотую цепочку. Брюки были белыми и длинными. Образ дополняли серебряные запонки с инициалами на рукавах рубашки. Волосы были красиво уложены набок, различными гелями.

Сегодня особенный день, и ты должна быть рядом со мной, — эти слова Марка поставили Веру в неловкое положение. Она и так была растеряна, а после его слов ей захотелось сбежать, пока никто не видит. Что ж, пусть он празднует свой день рождения, как хочет.

Атмосфера на празднике была шумной, как и положено в такой день. Все поднимали бокалы за именинника, наполняли их алкоголем и наслаждались вкусными угощениями. Марк не стал экономить и заказал самые лучшие блюда из известных ресторанов. Вера же испекла его любимый торт «Наполеон» и купила тёплый свитер ручной вязки, чтобы Марк не мерз.

Вера решила помочь с подачей закусок на стол. Она не любила сидеть и слушать громкие речи. Она появлялась, ненадолго уделяла внимание гостям, одаривала их быстрыми улыбками и снова исчезала, ссылаясь на неотложные дела. Марку она дарила мимолетные поцелуи в щёку, а когда он хотел поцеловать её по-настоящему, она отстранялась.

— Прекрати. На нас все смотрят, — говорила она. — Давай сегодня не будем показывать наши чувства на людях, — и уходила на кухню, не давая ему опомниться.

Возможно, Марк хотел продемонстрировать своим знакомым и друзьям, насколько он счастлив и любим. В этом нет ничего плохого, но у Веры не было времени на показуху. Ею обладала усталость, и предчувствие, что сегодня что-то должно поменяться.

Вера стремительно вбежала в кухню, тяжело дыша, словно за ней гналась свора собак. Она с трудом затворила за собой дверь, подперев её стулом, и прислонилась к стене, пытаясь восстановить дыхание. Силы её были на исходе.

На кухне, помимо неё, была Катя, которая выглядела взволнованной и обеспокоенной. Она не могла оставить подругу в такой день, и это было лучше, чем думать о том, что двое влюблённых мечутся перед ней, избегая друг друга.

— Надо же было быть у него на побегушках! — вспылила Катя. — За что я вас обоих так люблю, скажите мне! — Ещё и торт ему сделала!

— Я бы вместо крема перца насыпала, чтобы бегал за водой до конца вечера. Это было бы ему моим поздравлением! — Катя кипела от возмущения, не обращая внимания на то, что она уже не одна на кухне.

Она думала, что именинник зашёл с очередным поручением или его чеконутый дружок Влад. Минут пятнадцать он заходил, чтобы познакомиться, но Катя дала понять, что лучше к ней сейчас не подходить. Катя уже была готова взорваться:

— Вам что, всем мёдом намазано?

Вера запрокинула голову, щурясь от яркого света, а по уголкам глаз потекла тушь.

Катя подошла к подруге и с нежностью начала гладить её руки.

— Что случилось, дорогая? — с тревогой спросила она. Если бы это было в её силах, она бы забрала всю боль своей подруги. Но пока она могла лишь облегчить её страдания или привести того, кто мог бы это сделать. Но где же этот человек?

— Катя, я так измотана, — произнесла она безжизненным голосом. — Устала быть с ним, когда не хочу. Устала улыбаться и отвечать на его поцелуи, когда хочется сказать: «Давай расстанемся». Я устала от того, что все завидуют мне и говорят: «Как тебе повезло». Моя мама не может на него насмотреться и ждёт не дождётся, когда мы поженимся, хотя мы ещё слишком молоды. Как представлю всё это, хочется сбежать на необитаемый остров и спрятаться там ото всех. Не хочу, чтобы мне везло, я просто хочу быть счастлива с тем, кого выберу сама. Если нет, то я готова быть одна, но не предавать саму себя. Я так устала...

Катя нежно гладила её по голове, вытирая слёзы с её щёк. В этом творческом хаосе она обнаружила успокаивающий чай.

— Как же они довели моего ребёнка! — пробормотала она себе под нос, наливая чай с мятой.

— Держи крепко и пей, — сказала она, протягивая чашку. — Посмотри на себя, какая ты красавица! — добавила она, открывая своё зеркальце.

— Ты очень добрый и душевный человек. Ты видишь сердцем, а не глазами. Ты всегда готова прийти на помощь, даже если тебя об этом не просят. Ты мечта для всех. Сначала ты замечаешь красоту внутри, а потом оцениваешь внешность. Ты даёшь Марку шанс, потому что видишь его хорошие качества, несмотря на то, что он неидеален, и его либидо слишком зашкаливает, а самоуверенность доводит до белого коленья.

Самое главное — люби себя. Зачем тебе чужое мнение? Ты независимая женщина. Неважно, что скажут другие. Это твоя жизнь, и тебе жить и ставить перед собой цели. Что бы ни сказал Тимур, что бы ни сказал Марк, ты — это ты! Тебя ещё полюбит настоящий мужчина.

Катя нежно провела рукой по волосам своей подруги, приводя её образ в порядок.

— Какое великолепное платье на тебе! — восхищённо произнесла она.

Платье было цвета морской волны, шлейф струился за спиной, золотистый пояс подчёркивал талию, вырез на груди открывал ножку, а на груди сверкали голубые стразы, придавая образу особую нежность. Волосы были собраны заколкой, что придавало им объём. По кухне распространялся аромат духов Good girls come to Bad от Kilian, в которых угадывались нотки жасмина, цитруса и дикой розы.

— Как можно не заметить такую красоту? — продолжала Катя. — Мужчины — слепцы! — и она начала щекотать подругу.

— Признавайся, для кого так нарядилась? Для именинника или… — спросила она, уже зная ответ.

— Или… — ответила Вера, улыбаясь своему отражению в зеркале.