Дорога к тебе

Глава 5. Как лечат драконы

Что-то щекотало мою шею и ухо, что-то мелкое надоедливое. Я, не разлепляя глаз, попыталась почесать шею, но рука так сильно затекла, что отказывалась повиноваться. Наконец, кое-как получилось. А через секунду щекотка вернулась, усиленная раз в десять.
И сон мгновенно пропал.
Когда так зудит, помимо воли проснешься.

Кстати об этом, где же я сплю?
Скрипя и приглушенно ругаясь села на… Внизу, под пятой точкой колосилась изумрудная травка, а сверху ярко светило солнышко. Но своей основной задачей справлялось откровенно плохо, потому что тепла почти не было. Во всяком случае, снимать куртку не хотелось, хотя куртка была темная и, по идее, солнце должно было ее поджаривать, превращая меня в Веру, запеченную в собственном поту.

Вообще наличие куртки крайне смущало.
Почему-то не получалось сообразить, что я делаю в зимней одежде на траве и под солнце? Я нахмурилась, пытаясь вытащить хоть-какие-то куски воспоминаний сквозь плотный заслон внезапной амнезии. Последнее, что всплывало в голове, к траве не имело никакого отношения. Я вспомнила, что сидела на своей кухне и пила чай, а потом…

— Ты уже проснулась? А я есть хочу, но твой рюкзак не трогал! Там молоко было и печенье, я тебя ждал, чтобы ты сама поделилась! Ты поделишься?

Откуда-то сверху спикировал зеленый дракончик и завис у меня перед носом, размахивая кожистыми крыльями. Черный гребень залихватский съехал на бок, кошачьи глаза горели восторгом, а шипастый хвост все время дергался, будто дракончик собирался закосить под собаку и потому так усиленно этим хвостом размахивал. Он и был не крупнее большой собаки. Наверное, с овчарку, которую выгуливает моя соседка на длиннющем поводке.
Выгулива-ла.

Надо привыкать к этой мысли, потому что я где угодно, только не дома.

— Изыди, галлюцинация. — простонала я, отмахиваясь от назойливой драконьей морды.
Рюкзак обнаружился у меня в ногах и это было хорошей новостью. По крайней мере его я узнавала. Если там и была еда, то делиться ею с посторонними драконами не стоило. Потому что ничего съедобного поблизости не торчало, а я у себя одна.

Зарывшись в рюкзак с головой, я достала пачку печенья и быстренько спрятала ее за спиной, подальше от пронырливого чешуйчатого носа.

— Я не галлюцинация! — обиженно заявил дракон, вытягивая шею, чтобы добраться до печенья. — Я Тэ и ты сама говорила, что берешь печенье для меня! Сама! А сейчас делаешь вид, что забыла!

— Я не делаю… Я честно не помню.

Кроме печенья, в рюкзаке еще нашлось молоко и сейчас красная крышка бутылки назойливо выглядывала наружу. Молоко я редко пила и то, что оно оказалось среди собранных вещей — говорило о многом.

Я нахмурилась. При попытке активизировать мирно дрыхнущую память, начиналась головная боль.

— Понятия не имею, как поить драконов, но похоже это тебе. — я вытащила молоко и аккуратно подкатила бутылку к порхающему глюку. — Я сейчас должна кричать и падать в обмороки, потому предупреждаю: не зли меня. Если закричу, ты оглохнешь. Лучше не доставай, меня нет, я в шоке.

Я снова свалилась на траву и уставилась на странные ветвистые деревья, почему-то без листьев, но зато с какими-то мелкими желтыми цветочками.
Может, я с ума сошла? Пока это самая разумная версия. Оттого и деревья странные, и трава слишком зеленая, и дракон этот… приставучий.

Из ниоткуда появилась мысль, что этот дракон не дурак пожрать. Будто мы с ним уже встречались я лично в его прожорливости убедилась.
Вот только сам момент встречи никак не припоминался.

Интересно, почему здесь такое холодное солнце и зачем я валяюсь на земле? Так и простыть можно… Простыть! Точно! Я сидела и пила чай дома, потому что объявили карантин, и тогда… Внезапно я зацепилась за деталь, которой на цветущем дереве быть не должно.

Не так погода и высота ненормальная.
Будто местная заблудившаяся Мэри Поппинс летела мимо и случайно обронила свой зонтик. И тот застрял между веток.

Зонт был небольшой и наполовину сломанный. Он крепко увяз спицами и никак не мог свалиться, хотя ветер во всю терзал макушку дерева, ломая мелкие ветки и охапками срывая желтые цветочки. Цветочки сыпались на землю как снег, а зонт упрямо торчал, как звезда на новогодней елке, устремляясь выгнутой ручкой в небеса.

У меня был дома такой же. Я никак не могла перестать на эту ручку пялиться.
У моего зонта была подлая черта: он раскрывался в самый неподходящий момент, даже после того, как я честно его закрывала, скрепляя для верности липучкой. Липучка не выдерживала и коварный купол растопыривался на всю маршрутку, или на весь вагон метро, как повезет.

Может, и у этой Мэри Поппинс так же вышло? Она все собрала, а тут вжух и… Полный вжух!

Кстати, местный ветер тоже был с причудами. Он раскачивал только два особенно высоких дерева, игнорируя весь остальной жиденький лес. И внизу был полный штиль. Разве такое возможно? Не то чтобы я интересовалась метеорологией, но мне почему-то казалось, что дуть должно везде. Где-то сильнее, где-то слабее, но если ветер есть, он есть. Он не может резко отключаться, ограничившись парой-тройкой метров.

Что там наверху такое? Жалко, не умею я летать. Я все-таки не дракон…

Не такой дракон, как этот, что сопит у меня под боком, бросаясь непонятными взглядами:

— Я Тэ, — снова напомнил дракон, вздыхая. — Не понимаю, почему тебя так приложило. Ты не должна была меня забывать!

— Я Вера, и всем кому должна — прощаю, — отмахнулась я — Если это из-за травмы, то скоро пройдет. Помню не помню, пока без разницы. Надо понять, где мы, и что сейчас делать.

— Ну с этим просто. Мы у меня дома, все сработало, представляешь? Ты кинула зонт и вдруг влетела сама, а я… Ты говорила, чтобы я не лез, но не мог же я один остаться? Тем более сзади что-то заорало и огни синие мигали. Вот я и прыгнул. Ты упала сюда, а я в воздухе завис и ждал, пока ты не очнешься. Ну что, вспомнила? — и дракон снова уставился на меня с зашкаливающей жизнерадостностью.