Дорога к звёздам. Юта

Глава 8. Ошибка, которая могла бы стать роковой

Реакция этих существ на моё вторжение была самой разнообразной.

Невысокий парень явно смешанного происхождения (прямо как я) поспешно занавесился своими зелёными волосами. Я не успела рассмотреть, что там у него за мутация, но что-то интересное. В руках он держал гитару из прозрачного пластика, внутри которой шла диодная лента, мерцавшая голубым.

Похожая гитара имелась и у другого парня церладского происхождения. Чешуя у него была скромного серого цвета с лёгким серебристым отливом. Перепончатые пальцы ловко перебирали струны, явственно говоря, что передо мной виртуоз своего дела. Он выпучил на меня свои и без того круглые глаза и что-то беззвучно прошептал полными губами.

Да-да, знаю, что у меня необычный цвет волос, причём свой. Результат смешения ген регониан и фаргониан.

Пара мужчин сидела за пультами, и пусть они были спиной к двери, тут же повернулись, видимо, взгляды музыкантов подсказали им, что что-то не так. В отличие от экзотического вида гитаристов, эти выглядели очень даже обыденно – типичные соамцы. Как водится, с дредами, но не столь радикальной окраски, как у Сэмпта, а обычной – цвета чёрного кофе.

Сам Сэмпт, кстати, оказался барабанщиком – он сел за свою установку и взял в руки палочки.

И только полноватый черноволосый парень с шухером на голове стоял за синтезатором и упоённо в нём ковырялся. Кажется, ему было равнофигственно на появление левого гуманоида на репетиции. Правда, стоило ему поднять на меня свои длинные чёрные глаза, как я поняла, что он очень чуткий и ранимый парень. Глубокий. И не совсем типичный для фаргонианина.

— Это кто ещё такая? — раздался чей-то густой голос.

Я сначала не поняла, чей именно, ведь народу было много, а потом из-за огромной колонки выкатился он – берриец. Чтоб вы знали, это очень пронырливые, деловые и наглые существа. Полностью покрытые шерстью, невысокие, с милыми ушками, обсуждение которых они на дух не переносят. При большом желании беррийцы могут продать всё, что угодно и кому угодно. Даже эпиляторы для волос пернатым гу-саанцам.

— Наш первый живой слушатель, — невозмутимо ответствовал Айн. — Садись сюда, рядом с ребятами, чтобы всё хорошо видеть и слышать.

Ой, я и не заметила, как этот странный парень в шапочке достал где-то стул, донёс его до нужного места и ждал теперь, когда я соизволю присесть. Приятно, что сказать. Он точно не страдает звёздной болезнью, несмотря на то, что поёт просто потрясающе. По крайней мере, те две песни, которые я у него слышала.

Что ж, ознакомимся с его репертуаром более полно, раз уж такая оказия.

Берриец недовольно пошевелил своими ушками, но промолчал. А потом и вовсе уселся рядом, правда, надолго его не хватило – спустя пару минут, пока Айн пил и снимал свою чёрную шапочку, он уже укатился в другой конец ангара и принялся копошиться в одном из чемоданов. Впрочем, после первых же аккордов я перестала обращать внимание на что-либо, кроме певца. Меня просто вдавило и размазало по стулу от мощи, и дело вовсе не в громкости звука, он-то как раз был настроен сбалансированно. Просто то, КАК пел Айн, как при этом выглядел и какие движения совершал, буквально растворившись в музыке…

Как смотрел на меня…

Как с каждой новой строчкой на его виске проявлялись голубым вшитые кибер-нити (интересно, для чего они?), а глаза, которые буквально пять минут назад были обычными серо-зелёными, вдруг тоже стали голубыми…

Как белые волосы, довольно длинные, взметались в такт музыки, дополняя хореографию…

Уф, кажется, гу-саанцев, ждёт невероятный концерт, вот только…

— Ну как тебе? — пытливо спросил Айн, когда закончил песню.

И снова передо мной скромный парень. Кибер-нити потухли, глаза перестали быть голубыми, а сам он неловко переминался с ноги на ногу, почти как гугусик.

— Просто отвал башки! — честно призналась я. — Но есть один нюанс – эта песня не годится для гу-саанского менталитета. Совсем.

— Много ты понимаешь, девица! — взверещал берриец.

Меховым шариком, полным праведного гнева, он наступал на меня, отчего захотелось спрятаться за колонку или ещё какое-нибудь оборудование. Ибо я знала, что эти существа имеют очень даже острые зубы и могут впиться ими так, что хрогс отдерёшь. Но я сдержалась, поскольку отступать перед ними нельзя – потом вообще за гуманоида считать перестанут.

— Вообще-то я учусь на ксенопсихолога. — Встала, чтобы добавить веса своим словам. Ну и драпать, если станет совсем страшно, так куда сподручнее. Точнее сподножнее. — А ещё только что прошла практику именно на Гу-саане и получила отлично от самого представителя МИСа этой планеты! Мы даже контактами обменялись, более того, после окончания университета меня будут рады видеть в штате посольства – настолько высоко там оценили мои умственные способности!

Уф, как я раздухарилась. Меня даже немного затрясло, пришлось сжать кулаки. Ибо на больную на мозоль.

— Спокойствие, только спокойствие. — Айн подошёл ко мне, приобнял за плечи и улыбнулся. — Паунд, во-первых, ты разговариваешь с девушкой, а во-вторых, зачем делать поспешные выводы, когда не знаешь, с кем общаешься? Видишь, она разбирается в теме, значит, стоит её выслушать, а не кричать.

Берриец аж сдулся от таких слов. И даже не столько слов, сколько от общего посыла. Айн говорил спокойно и в то же время довольно жёстко. В его тоне слышалась сила, которая подействовала даже на меня, хотя слова предназначались другому.