Дорога сквозь Лабиринт

Ч. 1 Гл. 21

Глава 21

- У меня всего шесть, - виновато улыбнулся мужчина. – Умение создать Стену, непробиваемую для магической атаки, Умение создать Стену, непробиваемую для физической атаки, и Умение создать Стену непробиваемую для Магической и Физической атаки. Следующие три Умения, - продолжал он, — это возможность долго находиться под водой, воздавая вокруг тела воздушный пузырь (но нырять на глубину невозможно), Умение нырять на большую глубину и Умение плыть с большой скоростью, - Олимпиада задумчиво посмотрела на мужчину.

- Спорим, вы были моряком?

– Точно, улыбнулся Сергей Леонидович. – Был мичманом, служил на небольшом катере, а потом списали по ранению… - он не стал уточнять, что с ним произошло, но теперь Олимпиада поняла, что видимо с этим ранением связано то, что он ходит с палочкой, и в случае, если нужно посмотреть в сторону, вместо того чтобы повернуть голову, разворачивается всем корпусом.

- Я считаю, что создание Стены, защищающей от магических и физических атак, это, то, что нужно! – уверенно сказала она, и Сергей Леонидович, послушно нажал на эту строку.

- Уже прошел час и возможность применения Умения Ириной Витальевной восстановилась, - тихо напомнила Юля. Поскольку Олимпиада так и не придумала, что же такого ей хочется вспомнить больше всего на свете (и не удивительно, ее голова в последний час была забита совсем другими мыслями), поэтому к Ирине Витальевне подошла Алевтина. Она как-то слишком осторожно посмотрела, где в этот момент находится Олимпиада. Олимпиада мгновенно просекла этот взгляд и сразу догадалась, что Алевтина не хочет, чтобы хоть кто-то слышал, какое забытое событие мучает ее. Разумеется, любопытство Олимпиады тут же прыгнуло до потолка, и она, дождавшись, когда Алевтина отвернется, так осторожненько, бочком-бочком, неслышным, крадущимся шагом, приблизилась к женщинам почти вплотную, навострив, при этом, уши.

- Я хочу вспомнить день, - тихо говорила Алевтина, - похорон моей мамы, - она замолчала, потом продолжила. – Я хочу вспомнить куда я положила свое обручальное кольцо. – Олимпиада была потрясена. Потеря обручального кольца мучила Алевтину столько лет? Это же всего лишь колечко! Сколько оно могло стоить? В любом случае не столько, чтобы помнить о нем долгие годы. А Алевтина между тем продолжала: - Я была в положении, у меня был сильный токсикоз, я похудела так сильно, что кольцо постоянно соскальзывало с пальца, я боюсь, - почти шепотом закончила она, - что это кольцо попало в гроб и его похоронили вместе с мамой. Эта мысль не дает мне покоя все годы. Я гоню ее гоню, но она снова и снова возвращается. Я хочу вспомнить момент, когда видела это кольцо в последний раз. – У Олимпиады от жалости к Алевтине, и от стыда за свои мысли сжалось сердце, и она осторожненько отошла подальше, чтобы Алевтина не догадалась, что Олимпиада подслушала ее тайну. Ирина ладонями сжала виски Алевтины, потом приказала:

- Вспоминай! – Несколько секунд ничего не происходило, потом лицо Алевтины нахмурилось, потом успокоилась, и легкая презрительная улыбка мелькнула на ее губах. Как же Олимпиаде хотелось узнать, что такого вспомнила Алевтина, на смотрела на нее таким вопрошающим взглядом, что та не выдержала.

- Я хотела знать, что случилось с моим первым обручальным кольцом, - почти весело сказала она. – Оказывается я его положила на подоконник, когда резала салат, и его заметила одна женщина, далекая родственница, скорее всего она его забрала. Она так на него тогда посмотрела. Надеюсь, оно ей пригодилось, - просто и спокойно сказала Алевтина, было видно, что она счастлива, словно тяжелый камень упал с ее души.

Следующим захотел вернут себе воспоминание лег Игоревич. Олимпиада хотела провернуть с ним тот же маневр, который она опробовала на Алевтине, то есть дождавшись, когда внимание мужчины будет полностью сконцентрировано на Ирине Витальевне, тихонько подобраться поближе и послушать что же такого сокровенного запамятовал Олег Игоревич? Но Олимпиаду ждал полный облом. Едва она тихохонько, маленькими шажочками стала подбираться ближе (свою совесть, которая намекнула на неэтичность такого поступка, она быстро переубедила аргументом, что поскольку Олег новый человек, она, Олимпиада как командир должна знать все о его темных глубинах памяти, чтобы не подвергать опасности остальных членов команды). Так вот, едва Олимпиада подобралась до пределов слышимости, Олег Игоревич вдруг повернул голову, посмотрев Олимпиаде прямо в глаза. Он не укорял, не пытался ее пристыдить (поскольку мгновенно догадался, что она рядом с ним делает, вместо этого он… улыбнулся, но улыбнулся так, что Олимпиада покраснела до корней волос и убралась восвояси, бубня про себя:

- Ничего, ничего, будет и на тебя управа, я вот Алевтину на тебя напущу и будете следить друг за другом, замечая все проступки и промахи. - Мысль натравить Алевтину (вернее намекнуть ей, что не плохо было бы прощупать Олега, что-то он слишком уж наблюдательный и умный) на Олега Игоревича так ей понравилась, что от плохого настроения, вызванного тем, что ее поймали «на горячем» не осталось и следа.

Олег, Алевтина и Юля были свободны, сразу же встал вопрос, как прокачивать Умение Олега, где брать животных, на которых он должен был отрабатывать свои навыки. Алевтина и тут придумала, что делать.

- Так, идемте со мной, я вас познакомлю с одной замечательной, но очень несчастной женщиной. Она была счастливой вплоть до недавнего времени, но потом на нее свалилось ЭТО. История Алевтиной знакомой была очень поучительной. Жила она себе в двухкомнатной квартире в полном уюте и комфорте. Ее взрослый сын с семьей жили отдельно, и решил сын завести себе собачку, но не простого мопсика или что-то ему подобное, они решили завести бойцовскую собаку. Сказано-сделано и миленький маленький щенок был куплен, но тут ему представилась возможность уехать работать в другую страну. Новое необжитое место, много проблем, короче говоря собачку решили оставить маме. А что? Гулять пожилым людям на воздухе очень полезно. Сначала все было просто прекрасно. Старушка обожала своего питомца и баловала чем только могла. Щенок рос, рос и вот тут-то начались проблемы. К тому моменту, когда Алевтина привела к ней Олега, у старушки уже и рука была прокусана и ее зашивали в травмпункте, и в зале на большом диване располагалась не она, а ее собачка. Причем собачка жестоко пресекала любые попытки бабули исправить такое положение дел. Бабушка с ужасом думала о будущем, например о встрече ее собаки с другим псом, драка же будет неизбежной и обязательно кто-то пострадает, что ей тогда делать? Пока она выводила собаку гулять глубокой ночью. Пес тащил ее за собой с такой скоростью, что она едва успела передвигать ноги, а что будет потом? Но и избавиться от собаки она тоже не могла, поэтому тихо страдала, не зная, что делать. И вот тут-то на ее пороге и появился Олег Игоревич.