Дорога сквозь Лабиринт

Ч. 3 Гл. 23

Глава 23

Где-то в другом Мире в темной-претемной камере, находящейся в высокой превысокой башне.

Хэддэр очнулся от неприятного ощущения, что кто-то больно кусает его за ном маленькими и очень острыми зубками. Резко махнув рукой, он с удовлетворением услышал, шлепок о стену и предсмертный писк грызуна. Хэддэр мутными глазами оглядел пространство и понял, что находится в полутемной камере, и лежит на полу, на тюфяке, набитым соломой. Он еще раз обвел глазами пространство и заметил у другой стены еще одно лежащее тело на точно таком же тюфяке. Сил встать, чтобы проверить жив тот человек или нет, не было, поэтому Хэддэр пошарив вокруг себя рукой, и обнаружив миску в которой лежал кусок черствого хлеба, не придумал ничего лучшего, как кинуть этим куском в лежащего собрата по камере. Хэддэр попал очень удачно, прямо по лбу. Тело недовольно зашевелились, развернулось, и Хэддэр узнал своего лучшего друга, бывшего сокурсника, а теперь его личного доверенного по всем возникающим у него вопросам.

- Верд! – радостно поприветствовал он друга. Тот с минуту всматривался в него, а потом, радостно попытавшись вскочить на ноги, тут же снова распластался, но уже на полу. С минуту полежав и поняв, что способ передвижения на двух ногах ему пока не доступен, постарался добраться до Хэддэра ползком.

- Где мы? – хрипло спросил он, присев на край тюфяка.

- А на что это похоже? – ядовито отозвался его сосед.

- Снова в тюрьме! – простонал Верд. – Но за что?! Мы что вчера снова что-то натворили? – оба задумались. В памяти ничего особо драматического не всплывало. Ну, пили, ну, орали, но они даже не дрались… кажется.

- Ничего, - успокаивающе сказал Хэддэр. – Сейчас маман кого-нибудь пришлет, скорее всего, Рэдэра и нас отпустят. Думаю, родителям уже сообщили, где я нахожусь. Как же болит голова! - простонал он. - Что за дрянь мы вчера пили? Больше эту гадость я пить не буду… где же Рэдэр?! Я уже не могу ощущать эту вонь, мне надо помыться и переодеться. Сколько еще можно ждать?! – нетерпеливо возмутился он. Но ни через час, ни через два, и не через три никто не пришел. Только один раз открылось оконце почти у самого пола, в образовавшуюся щель просунули две миски с каким-то месивом и две кружки воды. На злые крики Хэддэра и не менее злые удары в дверь никто не отозвался. – Ты что-нибудь понимаешь? – спросил он у Верда, но тот только растеряно пожал плечами.

Первый день прошел как в тумане, но после крепкого сна мыслительная деятельность стала возвращаться к обоим. Первое на что они обратили внимание – это на антимагические браслеты, казалось бы, с этим все ясно. Если магов заточают в тюрьму (тем более боевых магов, тем более таких сильных), то чтобы они не разнесли ее по кирпичикам, на них надевают антимагические браслеты. Вот только браслеты, что были на Хэддэре и Верде блокировали магию лишь частично, оставляя пленникам возможность и светляк запускать, чтобы не сидеть в темноте, и простенькие заклинания использовать типа чистки одежды или тела.

- Что ты об этом думаешь? – спросил Верд, когда они и браслеты рассмотрели и возможности свои изучили, выяснив, что им доступно, а что нет.

- А что тут думать? – со вздохом ответил Хэддэр. – Мамина работа. Наверное, хочет меня повоспитывать. – Это было, пожалуй, самое правильное предположение, и все же что-то не сходилось. Между тем жизнь текла своим чередом. На завтрак кусок хлеба и кружка воды, на обед миска супа, на ужин – миска каши. И Хэддэр и Верд, равнодушно глотали невкусное варево, не возмущаясь и не ропща, за время учебы в Академии во время практических занятий в полевых условиях, им приходилось есть и не такое. Те не менее этот здоровый рацион оказал свое магическое действие по выведению остатков алкогольного опьянения из организма и мозги Хэддэра заработали в полную силу.

Если принять за аксиому, что здесь они находятся по приказанию его мамочки, то возникает вопрос – зачем? Мысль о воспитательном моменте нахождения в камере Хэддэр отбросил, тут было что-то посущественнее. Он полностью погрузился в воспоминания предыдущих двух недель, мысленно перебирая, каждое, сказанное мамой слово. Вот оно!

… - Хэддэр, я прошу, я требую, чтобы именно ты сопровождал меня к Оракулу! Ты уже пять лет отказываешь узнавать свое будущее. Неужели ты не понимаешь, что это недопустимо! – кричала мать своему сыну.

- Неужели ты не понимаешь, - вторил ей Хэддэр, - что подчинять свою жизнь каким-то неясным, каким-то не конца понятным и мутным пророчествам это ужасно. Я не желаю постоянно что-то менять, стараясь не допустить то одного, то другого. Так я не хочу. Пусть моя жизнь идет, как идет. – Но мать была с ним не согласна. Десять дней назад она отбыла к Оракулу, и Хэддэр вздохнул свободно. Хочет она знать свою судьбу – пусть знает, а он ничего не хочет знать.

… - Мама собиралась к Оракулу, - задумчиво произнес он. – Может Оракул присоветовал ей посадить меня в камеру, чтобы чего-то избежать.

- Это вряд ли, - с сомнением сказал Верд. – Ты же знаешь эти Пророчества, покажет кусочек какого-то видения, которое в будущем будет играть ключевую роль – и все. А ты думай потом, анализируй, выстраивай причинно-следственные связи. Нет, Пророчество, которое могла узнать твоя мама, касалось бы только ее. Без твоего присутствия пророчество, относительно тебя, узнать невозможно…

- Рэдэр! – ахнул Хэддэр, перебивая друга. Верд подумал секунду и кивнул.

- Если Рэдэр принял твою внешность, - медленно начал он. – А это ему ничего не стоит сделать, он столько раз уже тебя заменял, то Оракула они смогли бы обмануть и Рэдэр мог бы увидеть Пророчество, касающееся тебя… - он подумал еще немного и неохотно добавил: - И судя по тому, что мы оказались здесь, это пророчество не очень радужное…. – В камере воцарилось молчание, они оба, интуитивно чувствовали, что эти выводы верные, вот только Хэддэра, это обстоятельство просто взбесило.

- Когда мы выберемся отсюда, я Рэгэра прибью! – яростно прошипел он.