Дорога сквозь вечность

Поход

Утром, как и договорились, всё мужское население долины отправилось к подземелью. Фарух нёс большой моток толстой веревки, обмотав её через плечо, Джафар масло и заготовки для факелов. Размет не стал обременять себя тяжёлой ношей, он взял воду и провиант, заботливо приготовленный Марьям. Нурлан и Георгий шли позади процессии. Нурлан вооружился багром и деревянной лестницей, очевидно надеясь перекинуть её через обвал к загадочным огням. Георгий же запасся целым мешком бумажных свитков, для копирования надписи.

Солнце медленно поднималось над горизонтом. Прохладный утренний ветерок приятно обдувал лица путников. Подъём показался на удивление лёгким, то ли из-за терзавшего всех любопытства, придававшего сил, то ли из-за утренней прохлады, подгонявшей путников. Наконец, вооружившись факелами и прочим инвентарём, один за другим мужчины начали спускаться в подземелье.

Медленно стараясь не оступиться, Георгий шагал по замшелым ступеням, вглядываясь во мрак. Дорожка, выложенная камнем, уводила, влево. Монах обратил внимание на странную форму камней, подобные не встречаются в долине. Камни были обработаны правильной круглой или овальной формы. Кто-то приложил к ним умелую руку. Сзади послышался стук и крепкая брань Джафара. Споткнувшись о груду насыпанных у входа камней, он упал и повредил себе колено. Нурлан и Размет помогли ему подняться. Пока братья обсуждали, стоит ли Джафару идти дальше, Георгий подошел к заветной плите.

Факел осветил таинственные знаки. Георгий вгляделся в письмена. Язык незнакомый, но всё же в приёме написания прослеживается сходство с другими древними языками. Кое-какие знаки он смог перевести. Это не иероглифическое письмо, не курсивное написание, скорее демотическое письмо. Поражала поверхность камня отшлифованная, как зеркало. Невероятно эта плита из мелкозернистого, чрезвычайно твёрдого чёрного базальта. Как же это возможно?» Георгий провёл указательным пальцем правой руки по плите испещрённой письменами. Ему показалось, что камень тёплый, будто живое существо. Странное ощущение возникло в глубине души, ему вдруг захотелось прильнуть к каменной плите всем телом, будто это был не камень, а магнит. Георгий отдёрнул руку.

Пока все были заняты делом Фарух, сгорая от любопытства, подошёл к самому краю бездонной ямы. Он пытался факелом осветить края и противоположную стену ямы. Ему не терпелось узнать, что же мерцает там над пропастью. Не дожидаясь братьев, он нагнулся над бездной, высоко поднимая на вытянутой руке факел. Стены ямы оказались выложены острыми каменными сколами и напоминали ежа вывернутого наизнанку. В свете факела огоньки на противоположной стене померкли, и Фарух увидел обычную мрачную стену. Небольшой камень сорвался вниз и тотчас был проглочен колючей бездной. На минуту изумлённый Фарух увидел внизу вспышку яркого света и, потеряв равновесие, с воплем полетел вниз вслед за камнем.

Внезапно, что-то прервало его падение, и слегка подпрыгнув, его тело ударилось о стену из тысячи каменных копий и беспомощно повисло в воздухе. Фарух поднял голову. Моток верёвки, висящий через плечо, зацепился за один из колючих выступов и удержал падающего человека. В спину вонзились острые камни. А внизу виднелась светящаяся точка падающего факела. Наверху мелькали огни, это братья столпились на краю бездонного колодца.

Снизу снова вспыхнул яркий свет и вскоре погас, но Фаруху хватило времени, чтобы оглядеться. Он сообразил, что если повезёт можно вскарабкаться по колючей стене наверх. Он попытался повернуться и ухватиться за острые выступы. Верёвка, туго охватившая его тело, сковывала движения. Наконец его нога нащупала подходящую опору и, уцепившись за каменные иглы, он начал медленно поворачиваться лицом к стене. Державшая его верёвка вдруг соскочила, и Фарух чуть было не сорвался вниз. В душе всё оборвалось. Руки отказывались слушаться от парализующего ужаса. Фарух закрыл глаза, боясь пошевелиться, и даже стал реже дышать. Как во сне донеслись голоса братьев. Понемногу Фарух начал приходить в себя.

– Я здесь! – не слишком уверенно, наконец, отозвался бедняга.

– Мы тебя вытащим! – успокаивали его сверху.

Нурлан попытался сделать новую верёвку из имеющейся одежды, но её не хватило. В ход пошла даже лестница, но всё было тщетно. Шло время, и Фарух понял, что никто кроме него самого не сможет его спасти. Набравшись храбрости, он стал нащупывать удобные для опоры камни. Так медленно шаг за шагом он начал восхождение по игольчатой стене. Тяжёлая верёвка, казалась, специально тянет его вниз, но снимать её Фарух не торопился, она защищала его тело от тысячи каменных игл. Когда бедолага поднялся настолько, что мог дотянуться до сделанной Нурланом верёвки, ему показалось, что прошла вечность. Братья помогли ему выбраться наверх, и тот совсем обессиленный вытянулся на мощёном полу. Не веря в своё спасение, Фарух закрыл лицо руками, пытаясь скрыть слёзы, которые вопреки его воле текли от переполнивших бедолагу чувств. Радостные братья обнимали его и пытались успокоить.

Джафар подхватил многострадального Фаруха, как ребёнка и слегка прихрамывая, вынес его из мрачного подземелья. Размет последовал его примеру и поднялся на поверхность, уж слишком тягостна была тьма подземелья после всего пережитого. Георгий посмотрел на своего спутника.

– Ну, что? Оставим всё как есть?

– А есть другие предложения?

– Если ты не возражаешь, я хотел бы перенести хоть часть текста на пергамент и поработать над ним в спокойной обстановке.

– Ладно, я помогу. Давай факел. – Нурлан стоял, прислонившись к стене с двумя факелами в руках, а Георгий, приложив пергамент к гладкой плите, пытался углем перевести загадочные знаки. Он настолько увлёкся, что не заметил, как ровно горят факела, что его окружает тишина, наконец, Георгий оглянулся, чтоб задать спутнику очередной вопрос Его поразил отрешённый взгляд Нурлана, обращённый не на каменную плиту, а куда-то сквозь неё вдаль. От этого взгляда у Георгия по спине пробежал холодок. Он подошёл к другу и взял его за руку.