Дорога смерти. Память Живых

Глава 17. Там, где заканчиваются сказки

Глава 17. Там, где заканчиваются сказки

Закрыв дверь на ключ, Кира спустилась по лестнице в подъезд, а затем вышла на улицу. На парковке возле машины ее ждал Ивар. Вот только выглядел он слегка странно… Нет, как раз для современного города – очень даже обыденно и прилично, но для жнеца – странно. Черная кожаная куртка, классические брюки и короткая стрижка как-то очеловечили его и…

– Мужик, убери машину, а! – крикнул ему водитель из притормозившей темно–синей иномарки.

– Сейчас, буквально минуту, – отозвался жнец, кивнув на идущую к нему торопливым шагом Долинскую.

Что-то проворчав себе под нос, хозяин иномарки поднял стекло и прижался к боковому ряду парковки.

– Что за маскарад? – поинтересовалась Кира, когда они оба оказались в салоне.

– Подумал, что ты будешь выглядеть менее сумасшедшей, если перестанешь разговаривать с пустотой.

– Вот спасибо, – иронично фыркнула Долинская.

– Людям проще, когда все, что они видят, для них понятно и объяснимо, – проговорил жнец, выезжая на дорогу.

– Тебе идет твой новый стиль, – сделал комплимент Кира, рассматривая часы на руке Ивара.

Ей было очень странно видеть его в этом непривычном образе. Конечно, даже теперь, когда глаза стали более человеческими, утратив темную глубину, взгляд жнеца оставался все таким же обволакивающим. Почти убранные на затылке волосы сохранили объем на макушке и по–прежнему были зачесаны назад, но теперь уже не так гладко. Их словно растрепал ветер, что придавало сидящему за рулем мужчине немного расслабленный вид. Черная кожа косухи облегала широкие плечи, расстегнутая на две пуговицы синяя рубашка открывала крепкую шею и… небольшой шрамик у основания правой ключицы, почти у яремной впадины.

– Смотрю, ты проработал до мельчайших деталей свою новую оболочку, – заметила Долинская, указывая взглядом на шрам.

Жнец бросил на нее мимолетный взгляд, на мгновение отвлекаясь от дороги.

– Я просто сделался менее старомодным, – повел плечом.

– Мне всегда было интересно, как ты пришел к тому, что хочешь выглядеть именно так?

– Не понял.

– Ну, вот так, – обвела она его жестом. – Именно такие волосы и глаза, именно такие… – и замолчала, не зная, как еще объяснить свое непонимание.

– А, ты об этом, – понял суть вопроса Ивар. – Я не приходил к этому, Кира. То, что ты видишь сейчас перед собой, мой истинный облик.

– Как так?

– Вот так.

Черный автомобиль выехал на широкий мост, после чего взял левее, чтобы оказаться на выезде из города. Накануне Кира захотела повидать Илону*, что и вынудило Ивара явиться миру. Он не хотел оставлять Киру ни на минуту, потому что боялся за нее.

Теноврат уже вышел на ее след, а потому каждую минуту мог оказаться где–то совсем близко. Жнец пока не представлял, что будет делать, если это случится, но предпочитал быть в такой момент рядом.

– Ты однажды обмолвился, что был смертным, – догадалась Кира. – Значит, выглядел примерно так?

– У всех есть определенный внешний вид. Разве это не так?

– Так. Конечно, так, – кивнула Кира. – Просто жнецов мы представляем себе несколько иначе.

– В черном балахоне и голым черепом вместо головы? – рассмеялся он в ответ на замечание Долинской.

– Ну… – неопределенно повела плечами Кира.

– Это все предрассудки и навеянные временем байки, – ошарашил ее Ивар. – Все – боги, духи, жнецы – выглядят так, как и должны. В большинстве своем у них, то есть нас, вполне себе человеческий облик.

– То есть, – осторожно начала Кира, – никаких рогов и копыт?

– Никаких хвостов, – хмыкнул жнец, набирая скорость, чтобы автомобиль мог разогнаться на пустой уходящей вдаль дороге.

– Странно как-то, – задумчиво проговорила Кира.

– По сути, боги и все остальные житель мира мертвых или какого-то другого, все те же люди, но у них просто чуть больше возможностей.

Приподняв брови, Кира задумалась. Откровение Ивара слегка ошарашило ее, потому что представление об этом мире было совершенно иное. Впрочем, в словах жнеца была своя истина: все, что было известно, навеяно старыми сказками и поверьями. Доподлинно никто не знает, как все устроено на самом деле. Ну, или почти никто…

– Получается, мы говорим просто о людях со сверхспособностями?

– Ну, если хочешь, – кивнул Ивар, сосредоточенно глядя на дорогу. Он вел автомобиль, изредка придерживая руль одной рукой. Расслабленный, спокойный, почти отрешенный. – Мы похожи на людей больше, чем кто-то привык думать. И, если в мире Яви в основном все живут в хаосе и сонме мыслей, чувств и действий, то мы стремимся упорядочить все.

– Даже смерть? – уточнила Кира, не совсем осознав, зачем задала этот вопрос. Он просто сорвался с губ еще до того, как она подумала об этом.

Ненадолго повернув голову в ее сторону, жнец коснулся взглядом лица Долинской. Казалось, она затронула не очень приятную ему тему, поскольку по красивому лицу пробежала тень. Впрочем, Ивар быстро взял себя в руки. Он понимал, что ему придется все рассказать ей. Почему бы не сделать это сейчас, пока дорога темно–серой лентой вьется под колесами?

– Смерть – это один из этапов жизни, – ответил жнец. – Чтобы существовал какой–то порядок, были созданы жнецы, стражи, мост – все сложные вещи, которые непонятны людям, что окружают тебя. Мы похожи на вас, но с большими знаниями, до которых вы еще не дошли, – немного помолчав, он добавил: – Или вам не стоит доходить до них.

Кира несколько секунд смотрела, как за стеклом пробегают редкие деревья и дорожные знаки.

– Значит, – задумчиво проговорила она, – все, во что верят люди, это просто мифы, которые придуманы такими, как ты?

Снова бросив на Долинскую короткий взгляд, Ивар повел плечом. Он не был уверен, стоит ли до конца раскрывать карты, а потому предпочел обойтись туманным пояснением:

– Это ведь не придуманные истории, а часть чьей-то жизни, – сказал жнец. – В таких сказках большая часть – это чистая правда. Суть заключается в том, где заканчивается вера в них и начинается понимание.