Дорога смерти. Воля Мертвых

Глава 33. Лжец, лжец…

Остаток дня прошел в привычном темпе. Влажная дорога, несколько душ – податливых, словно мягкая глина, молчаливый и отстраненный Ивар.

Откинув голову на край сиденья, Кира рассеянно покусывала ноготь на большом пальце левой руки. Ее локоть был почти вплотную прижат к руке жнеца, что покоилась на автомобильном подлокотнике.

— Наверно, ты прав, – проговорила Долинская, наблюдая, как бегут на магнитоле рандомные символы, под которыми таилось название песни.

— Ммм? – слегка повернул голову в ее сторону Ивар.

— В том, что души привыкают к жалости.

— Это звучит жестоко, а выглядит еще хуже, – мягко проговорил жнец, – но такова истина. Если их не возвращать на место, то потом…

Все, что говорил ее спутник после этого, вдруг начало звучать белым шумом. Голос сливался с мурлыканием дико знакомого трека, а в сознании начали всплывать события черт знает, какой давности.

… – Мы можем его взять с собой?

– Нет, – качнул головой Ивар.

– Но как оставить его тут? Совсем одного.

– Он здесь много лет, – ответил тогда жнец. – Верни ребенка на место и – поехали…

Кира вспомнила очень четко этот момент, когда впервые лицом к лицу столкнулась с тем, кто существовал только в мыслях. А еще вспомнила, кем именно он тогда прикрылся. Выбрал с безупречной точностью того, от кого она ни за что не ждала подвоха. Сыграл на слабости и неопытности, чтобы добиться желаемого. Тогда эта уловка, хоть и гениальная, не увенчалась успехом. Почему? Потому что было кого защищать!

Ошарашенная догадкой, что так неожиданно ворвалась в полную недоумения и сомнений душу, Кира подвинулась ближе. Она склонила голову к плечу Ивара, не желая, чтобы он видел ее лицо в эти моменты. Долинская боялась, что осознание улетит, как пух одуванчика по ветру. Стоит ей взглянуть в его глаза снова, все растает, как весенний снег на ладони.

— Устала? – вопрос прозвучал естественно и заботливо – в духе Ивара, которого Кира помнила.

— Да, ­– кивнула.

— Значит, будем устраиваться на ночь.

Спустя примерно четверть часа, когда их приютил мрачный особняк из серо-зеленого камня, Долинская была вне себя от негодования и ярости. Обуревающие эмоции грозили вот-вот вырваться, чтобы понестись по головам, но пока Кире удавалось держать их в узде.

Она не хотела думать о том, что права. Неужели… Неужели она могла так опростоволоситься?! Нарочито неторопливо пройдясь по комнате, мельком осмотрела интерьер. Точнее, его отсутствие – простая двуспальная кровать, небольшой журнальный столиком на каменных изогнутых ножках, большое зеркало справа от постели. Что-то это напоминало…

Остановившись возле постели, повернулась спиной к Ивару, который стоял возле небольшого окна.

— Хочу помыться, – сказала Кира.

— Думаю, это можно устроить.

Оставив пальто в изножье кровати, она наклонилась и расстегнула сапоги. Наблюдая за ним из-под полуопущенных ресниц в отражении зеркала, стянула свитер. Оставшись в узких брюках и маечке с глубоким вырезом, завела руки за спину.

Взгляд Ивара вспыхнул сталистым огнем, который почти полностью вытеснил черноту. Он провел языком по пересохшим губам, увлажняя их. И это объяснило так много… Он даже подался вперед, когда Кира принялась стягивать брюки. Ну, чисто нетерпеливый хищник, которому наскучило играться со своей добычей.

Резко обернувшись, она вынудила его снова замереть на месте. Одну за другой она вынула руки из лямок бюстгальтера. Кривая улыбка изогнула чувственные губы Долинской, когда она завела руки за спину. Сквозь тонкую ткань майки расстегнуть лифчик было очень просто. Запустив два пальца в вырез, она достала черное кружевное бюстье и… такого разочарования ей наблюдать давно не приходилось.

— Ах, ты… Мерзавец!!! – Кира швырнула лифчик прямо в лицо тому, кто стоял в паре шагов от нее.

По красивому лицу на доли секунды пробежала тень, но он быстро взял себя в руки.

— Ты чего?

— Я – чего?! – прищурилась в ответ Долинская. – Я ведь тебе уже говорила, что ты можешь быть похож на него, как две капли воды, но не станешь Иваром никогда.

— Так утомилась в дороге? – он все еще пытался выкрутиться из щекотливой ситуации. – О чем ты, девочка моя?

— Я – не твоя девочка, – прошипела Кира. – Хватит дурака валять! Я знаю, что это ты, Шадгар!!! – и угрожающе сделала шаг в его сторону.

В эти мгновения она очень надеялась, что ошиблась. Каждая клеточка тела жаждала, чтобы все это оказалось плодом ее воспаленного воображения. Вот – сейчас он рассмеется, поцелует ее и они вместе посмеются над дикой идеей, что взбрела ей в голову…

В тишине комнаты раздался низкий грудной смех. Приятный, вибрирующий на самых личных и тонких струнах души Киры Долинской. Такой знакомый и желанный.

— У Шадгара есть дела поважнее, – проговорил он, все еще звеня колокольчиками веселья в интонациях. – Моя дурочка, – и поцеловал, как она и хотела.

«Вот только твоя сила воли еще недостаточно крепка, чтобы исключить вероятность чьего-либо проникновения в эту иллюзию…»

Еще одно предостережение Ивара из далекого прошлого. В свое время он очень детально объяснил ей, кто и каким образом может воспользоваться ее сокровенными желаниями.

Воспользовавшись нечеловеческой силой воли, Кира уперлась ладонями в грудь того, кто так бесцеремонно ласкал ее и с силой оттолкнула. На короткие секунды кончики пальцев налились таким холодом, что начали покалывать. В груди начал разрастаться снежный ком… Ощущение, которое было пугающе похожим на то, что она уже испытывала однажды – в ночь близости с Иваром. Точнее…

От силы ее удара, что сопровождался сполохами голубоватого цвета, он отлетел к стене.

— Ничего себе! – со смехом провел рукой по лицу.

Кира с мрачным удовлетворением наблюдала, как за ладонью тянется морок. Облик Ивара сползал с ее визави, словно некачественная силиконовая маска. Всегда такие ласковые темные глаза начали светлеть, пока не вернули прежний цвет – начищенной до блеска стали. Волосы стали длиннее, черты лица острее, плечи немного уже… Во взгляде появилась издевка и снисходительность, а губы изогнула насмешка.