Дорога в Анкорн

Глава 21. Больница

Здание центральной больницы Анкорна являлось одним из старейших зданий города. Первый кирпич в его фундаменте заложили ещё при королеве Елизавете. Во время Первой мировой войны здание использовалось как военный госпиталь, а после Второй мировой и вовсе было разрушено. Через несколько десятилетий его удалось возродить из руин, почти полностью сохранив первоначальный вид. Возможно, потому это место сохранило в себе величественность былых времён. Но кроме исторической ценности, больница таила странную, навевающую тоску атмосферу.

Тусклый свет заливал коридоры. Эбби поморщилась, мимо воли вдыхая горький запах лекарств. Белый кафель, выкрашенные в голубой цвет стены, металлические лавочки – все сопутствующие элементы больниц, что оставляли неприятный осадок в душе. Где-то за дверью слышался писк приборов. Луи остановился у одной из дверей и постучался. Из кабинета донёсся милый голосок:

– Да-да.

Зайдя в сестринскую, Эбби увидела девушку лет двадцати шести. Волосы её были собраны в низкий хвост, губы подчёркнуты нежно-розовым цветом. Медсестра повернулась к вошедшим и улыбнулась.

– Луи! Как дела? Надеюсь, ты не из-за миссис Калвер навестил нас.

– Нет, всё нормально. Противится, конечно, все таблетки пить, но я контролирую. Стараюсь.

– Какой ты всё-таки молодец! Еве сильно повезло с тобой. Кстати, передай ей, что тот букет был волшебным! Я первый раз вижу цветы, которые так долго не вянут. Мама была в восторге.

Луи скромно пожал плечами.

– Передам. Только я по другому поводу.

Девушка закивала, показывая, что готова слушать. Она внимательно посмотрела на них, и Эбби стало неловко. Обращать на себя лишнее внимание ей не хотелось.

– Слушай, Кэрри. Тут такое дело… – Луи нахмурился, словно взвешивая каждое слово. – У вас недавно лежал один мой друг. Хотелось бы узнать о его состоянии.

Эбигейл закивала, чувствуя себя предметом интерьера. Хоть какая-то польза от неё должна быть.

– На что ты намекаешь?

– Ну-у, дело в том, что он упал с мотоцикла. Было бы неплохо услышать о том, как он.

– Всего два слова: врачебная тайна. Почему ты сам у него не спросишь?

– У меня не осталось его контактов. Я не прошу говорить о болезни или что-то вроде того. Просто расскажи, как он.

Медсестра с сомнением посмотрела на папки с историей болезни, что лежали перед ней.

– Как зовут?

– Кевин Гринвуд, – ободрившись, произнёс парень.

– Возможно. И… хочешь, чтобы я дала его контактные данные?

– Ага.

– Плохая идея, Луи.

– Я знаю. Но я не пошёл бы к тебе, если бы у меня был выбор, – очаровательная улыбка появилась на его лице. Подлизываться у Луи получалось удивительно хорошо.

– Вот же… Ничего не обещаю, – она спрятала тонкие бледные руки в карманы халата и удалилась в сторону регистратуры. Ребята пошли за ней.

Мимо ходили люди. Кто-то разговаривал по телефону, кто-то кашлял в сложенный вдвое платок. Эбби не следила за ними. Не выдумывала их истории. Уже забыла, что делала так когда-то. Забыла? Опять. Она смотрела сквозь людей, словно зачарованная, и отвлеклась, только почувствовав невесомое касание холодных пальцев на своей ладони.

– Ты как?

– Нормально.

– В последнее время ты выглядишь печально. Мне это не нравится.

– Не обращай внимания, Лу. Просто усталость.

Чуть сжав её руку, парень опустил голову. Рассмотрел пятно на своих ботинках, проследил за узорами плитки и только тогда произнёс:

– Ненавижу это состояние. Когда понимаешь: что-то не так, но не знаешь в чём дело. Всё началось, когда бабушка Ева впервые оказалась в больнице. Я ужаснулся давящей атмосфере этого места. Но проведя две недели в одиночестве дома, понял, что не в месте дело. Всё из-за людей. И это меня угнетает. Я зависим от эмоций других. Особенно от того, кто сейчас рядом со мной.

– Ты выбрал неудачного человека, – с сожалением прошептала она.

– У меня не было выбора.

Цокот каблуков заглушил тихий голос Луи. Кэрри тактично кашлянула, привлекая к себе внимание. Пришлось убрать ладонь. Пришлось сделать вид, что разговора не было. Но слишком многое Эбби хотела сказать, чтобы просто обо всём забыть.

– Я вспомнила Гринвуда, – негромко сказала медсестра. – В общем, был здесь довольно долго. Тот ещё Дон Жуан. Последний раз видела его перед выпиской. Он вместе с каким-то мужчиной сидел в своей палате. Они громко разговаривали и смеялись. Мешали другим пациентам, одним словом.

– А что за мужчина?

– Наш бывший пациент, ты его должен знать. Был учителем в твоей школе. Но, к сожалению, я не могу больше ничего сказать. Ты же не его родственник.

– Учителем? – Эбби нахмурилась. – Его фамилия не Блэр случаем?

Кэрри захлопала длинными ресницами, смотря на девушку.

– Вроде бы.

– Б-Блэр? – с дрожью в голосе переспросил Луи.