Дорога возмездия

Глава 4

Элиот велел ей смеяться. Громко и задорно, чтобы стража всего замка слышала. Чтобы ее смех проносился по каменным коридорам в ночной тиши. Чтобы каждый знал, как хорошо проводят время друг с другом король и королева.

Тувэ посмотрела на него как на идиота. Ей было так дурно, что ни о каком смехе и речи быть не могло. Перед глазами до сих пор стояло перепачканное темной кровью лицо Каи и глаза… Глаза были точь-в-точь как у перевертышей. Кая пожирала собственное сердце и даже не кривилась. А Тувэ стошнило. От вида и от запаха крови.

Так как она должна была сейчас давить из себя смех?

— Смейся, — прошипел Элиот.

Он тащил ее за руку по коридорам замка, до боли сжимая запястье. Тувэ не возмущалась и не пыталась вырваться. Она могла бы взбрыкнуть, но Элиот выглядел взволнованным. Он все время с силой сжимал зубы и часто дышал через нос. Вне всяких сомнений, сейчас они были как никогда близки к опасности.

Тувэ сделала над собой усилие и рассмеялась. Но так наигранно и глупо, что Элиот от удивления даже запнулся на ровном месте.

— Что? — почти одними губами спросила она и снова принялась хохотать, прерываясь на короткий шепот. — Ты сказал смеяться.

— Ты ужасно притворяешься, — он покачал головой и снова повел за собой.

За очередным поворотом оказались стражники. Тувэ даже рассмотреть их не успела. Элиот резко потянул ее на себя, прижал и поцеловал. Он потянул ее рубашку вверх, вытащил из-за пояса брюк и проник под нее руками. Его прохладные ладони коснулись боков, сжали.

Тувэ, конечно, собиралась протестовать. Она не была против, но не сейчас, не в таком месте, не когда к ним приближался опаснейший из врагов, а они потеряли одного из важнейших союзников.

Она позволила себе еще несколько мгновений слабости в его объятиях и распахнула глаза.

Элиот целовал ее. Но взгляд его был сосредоточен на чем-то за спиной Тувэ. Она чуть вывернулась в его руках, но прижиматься стала уже сама. Подставляла ему шею и посмеивалась. С каждым мгновением притворялась она все более и более уверенно.

Тувэ спиной жалась к Элиоту, но смотрела все же перед собой.

Стражники. Вот для кого было их представление.

Тувэ гнала от себя эту мысль, но все яснее понимала, что теперь они не могут никому доверять. Что во дворце больше нет вездесущей Камеристки. Теперь никто не мог поручиться, что служанка, убирающая покои, не докладывала все, что видела, Церкви.

Поэтому сейчас они разыгрывали жгучую любовь. Если будут разнюхивать, а наверняка именно это перво-наперво сделают плащи, найдутся люди, которые скажут, что видели короля и королеву в объятьях друг друга, а не с уехавшей Камеристкой.

Сердце забилось быстрее, все ее тело напряглось. Тувэ была начеку.

Из-за поворота появилась пара горничных. Увидев жадных до ласк друг друга короля и королеву, они тут же опустили головы в низком поклоне. Элиот, казалось бы, проигнорировал девушек. Он подхватил Тувэ на руки и понес к их покоям. Конечно, игры продлились недолго. Лицо Элиота похолодело, стоило им оказаться в окружении королевских стражников и северян, охранявших двери их общей спальни. Он опустил Тувэ, спешно оправил ей рубаху и строго бросил двум стражникам:

— Усилить охрану. Покои королевы должны сторожить по меньшей мере четверо. Сопровождать королеву, куда бы она ни пошла. Когда будете сменяться, доложите мой приказ капитану и передайте, чтобы немедленно явился ко мне.

Элиот отворил покои и шагнул внутрь.

Тувэ повернулась к северянам. Двое из ее людей всегда оставались у дверей. Сейчас они выглядели настороженно. Пару часов назад, когда она покидала комнату, чтобы найти Ньяла, северяне видели ее. Но, как полагается, вопросов задавать не стали.

— Опасность, — коротко обозначила она. — Внимательнее.

Ей не нужно было разжевывать им каждое слово. Они хорошо понимали и простые команды. Остальное обсудят на рассвете с Иром и Мэриком, которого колдун должен будет тщательно просветить, как теперь обстоят дела.

Тувэ зашла в покои и затворила за собой двери. Элиот расхаживал туда-сюда по комнате. Босой. Его сапоги стояли у камина. Он внезапно остановился и стал медленно скользить по Тувэ оценивающим взглядом. Она могла поклясться в это момент, что Его Величество Элиот Король Лейхгара окончательно свихнулся. Да и она была не далека от безумства, напряжена, растерянна и насторожена настолько, что невольно прислушивалась к каждому шороху.

Они больше не в безопасности. Каи с ними не было, а Тимей, очевидно, приготовился к смертельному броску. Один неверный шаг, и все они падут.

Пока он шли тайными лазами, успели несколько раз обсудить свою ложь. Камеристка и двое северян были отосланы на юг королевства, чтобы подготовить владения короля к приезду его беременной супруги, которой обязательно нужен покой вдали от столичной суеты. Элиот предупредил, что никто не поверит им. Но главное было озвучить хоть сколько-то правдоподобное объяснение, которое смогут обсуждать публично. Приближенные союзники короля, как и церковь, догадаются, что к чему. И все же двору нужно было хоть в каком-то ключе обсуждать исчезновение Каи, и лучше было бы, чтобы сплетня, разошедшаяся по чаепитиям, была выгодна королю.

— Если спросят, где мы были этой ночью, что ответишь?

— Кто станет спрашивать? — Тувэ усмехнулась, разуваясь. — Я опережу любые вопросы, сама растрепав направо и налево, что мы жарко любили друг друга в саду, а потом вернулись в покои и продолжили наслаждаться страстью. Правдоподобно?

Она могла бы выбрать любое другое место, но, как и учила ее Камеристка, подумала о мелочах. На сапогах была грязь. И слуги, когда дело дойдет до стирки, непременно станут болтать между собой о том, куда это ходили король с королевой ночью, что так измазались…

— Неплохо, — Элиот хмыкнул и одобрительно кивнул. Тувэ усмехнулась.

Их отношения оставляли желать лучшего, но, как и прежде, она испытывала гордость, когда король отмечал ее успехи. Ей продолжала нравиться его похвала.