Снег бьет в панорамные окна швейцарского шале, как миллионы белых крыльев. Внутри — душно от жара камина, винного дыхания и кожи.
Я лежу на медвежьей шкуре, мои рыжие волосы рассыпаны по темному меху. Перебираю прядь пальцами — в отблесках огня она кажется расплавленной медью.

Лоренцо сидит в кожаном кресле, расстегнув две верхние пуговицы рубашки, и вращает в руке бокал с рубиновым бароло.
Его взгляд, темный и оценивающий, медленно ползет по моим ногам, от лодыжек вверх, задерживаясь на изгибе бедра под кружевом.
Пальцами я нахожу пряжку на моем черном кружевном лифе. Легкий щелчок, и ткань ослабевает, освобождая кожу.
Лиф соскальзывает с меня бесшумным, соблазнительным облаком.
Отблески пламени скользят по моей коже. Я вижу, как глоток вина застревает в горле Лоренцо. Он медленно, не отрывая от меня глаз, ставит бокал на стол и с трудом проглатывает вино.
Краем глаза замечаю Жан-Пьера. Он стоял у окна, наблюдая за снежной бурей, но теперь его внимание приковано ко мне.
В его глазах — не просто желание, а жадный, профессиональный интерес. Он подходит ближе, его ладонь, тонкая и холодная, касается моей ключицы, идет вниз, между грудей, к пупку.
Он что-то бормочет себе под нос на французском. Затем наклоняется, и его губы, мягкие и влажные, прижимаются к чувствительной коже ниже моего уха.
Его язык выписывает горячий, сложный узор. Одной рукой он отводит мои волосы, другой сжимает мою грудь, большой и указательный пальцы ласкают уже затвердевший сосок.
Именно в этот момент с террасы, обвеянный морозным паром, входит Стефан. Он скидывает мокрую куртку, не отрывая от меня взгляда.
В его синих глазах — прямой вызов. Жан-Пьер вынужден отойти.
Стефан пересекает комнату большими быстрыми шагами. Его сильные руки хватают меня за талию и поднимают, как перышко.
Мои ноги инстинктивно обвивают его огромный торс. Стефан прижимает меня к холодной каменной стене рядом с камином — контраст температур заставляет меня вздрогнуть и вскрикнуть.
Он ловит мой крик своим ртом. Его поцелуй агрессивен, требователен, полон вкуса свежего воздуха и чего-то дикого.
Одной рукой Стефан придерживает меня, другой расстегивает свои штаны.
Не выпуская моих губ, он одним мощным, уверенным движением входит в меня до упора, поднимая еще выше и прижимая к стене.
Стефан двигается медленно, глубокими, размеренными толчками, каждый из которых отдается эхом во всем моем подвешенном теле.
Его мышцы напряжены под моими ладонями, дыхание горячее и прерывистое в моем ухе. Он трахает меня на весу, и мой вес для него — ничто.
Лоренцо поднимается с кресла. Он медленно подходит ближе, заставляя Стефана на мгновение замереть.
Итальянец останавливается рядом, его взгляд прикован к моему лицу, а рука протягивается, чтобы крупными, грубоватыми пальцами коснуться моей щеки, отвести прядь волос, прилипших ко лбу.
Тем временем Стефан, полностью сосредоточившись на своем ритме, продолжает движение. Его руки крепко держат мои бедра, пальцы впиваются в кожу.
Я чувствую каждое его напряжение, каждое усилие. Мои ноги обвиты вокруг него, спина прижата к прохладному камню стены.
Ладонь Лоренцо теперь лежит у меня на шее, большой палец проводит по линии челюсти.
Он наблюдает, как я дышу, как мои глаза то закрываются, то открываются, встречая его темный, оценивающий взгляд.
Жан-Пьер в это время стоит чуть поодаль, у дивана. Он не двигается, не приближается — он созерцает, как зритель в театре.
Эрик же по-прежнему остается в своем первоначальном положении, прислонившись к дверному косяку.
Он не изменил позы, только его взгляд, обычно такой отстраненный, теперь пристален и сосредоточен. Его пальцы слегка постукивают по бокалу, который он так и не опустошил.
Ритм Стефана постепенно учащается, его движения становятся резче, отрывистее. Его предплечья напряжены, как тросы, удерживая меня на весу.
Я чувствую, как внутри всё сжимается в ответ, нарастая к долгожданному пику. Лоренцо чувствует это по моему дыханию.
Его рука скользит с моей шеи на плечо, затем на грудь. Стефан накрывает мою ладонь своей и прижимает к своему сердцу — я чувствую его бешеный пульс.
Стефан издает глухой рык, его тело на мгновение каменеет, потом содрогается в серии последних, глубоких толчков.
Он опускает голову мне на плечо, тяжело дыша. Через секунду он медленно, осторожно опускает меня на ноги и, сделав пару шагов, падает на диван.
Мои ноги подкашиваются, но Лоренцо тут же оказывается рядом, поддерживая меня под локоть, позволяя прислониться к его крепкому телу.
Пока я пытаюсь отдышаться, опираясь на Лоренцо, в движение приходит Эрик. Его тихое присутствие у двери было обманчивым.
Теперь он отрывается от косяка и приближается с той же неспешной, хищной грацией. Он отставляет бокал в сторону.
Отредактировано: 07.01.2026