Дорогая пропажа

Глава 17. Полюса (Лисса)

Безлюдные полутёмные коридоры – как во сне. Направо? Налево? Дальше? Сколько здесь уже плутаю?

… И готова обнять человека в униформе, вынырнувшего из бокового прохода невдалеке. Тот самый – коренастый.

– Прошу извинить меня. На выходе я разминулась со своим спутником. Левый сектор… Вы не могли бы помочь? И… можно ли воспользоваться рацией? Это необходимо.

Об Алексее он ничего не знал. Но отвёл сюда – в комнату, похожую на караулку, указал на стол с передатчиком. Пододвинул стул. Пообещал через несколько минут вернуться и, в зависимости от моего пожелания, проводить в бар, гостиницу или в док.

На шесть моих вызовов подряд дом, где должны бы уже сходить с ума от неизвестности, ответил пугающим молчанием.

Спят?

Связываться с «Ветром» уже бессмысленно. После того что сделал наш с Артаной гость… А где, и как искать его самого я теперь не представляю.

– Рузай-холл! – моментально отозвавшийся голос друга кажется единственной сейчас связью с миром.

– Энсент, это я…

А руки, губы – всё дрожит.

– Лисса?! Рад тебя слышать!

– Прости, пожалуйста, что я – ночью! Но мне очень нужен совет… Твой совет. Я в Орайзоне и… я… мы…

– Стоп. Сначала успокойся. Я верно услышал: ты – в Орайзоне? – он будто поперхнулся. – Что ты там делаешь?! Господин Анджей с тобой?

– Нет, папа в командировке. Не перебивай только. Я была с Алексеем… – Запинаюсь, осознав, что фамилии своего спутника не знаю. – На аукционе. Но мы проиграли. В самом конце. Правому сектору.

– Прав… Последний лот?!

– Да. «Сердце "Икс-Айл"», Установка «Виллисы». А когда всё кончилось, я ушла вперёд, но заблудилась в коридорах. И теперь мне вообще неведомо, где он.

– Этот… твой спутник?

– Да. Алексей. Мне очень нужно его найти, Энс! Он плохо себя чувствовал, совсем… Я боюсь, что с ним что-то могло случиться! И… – снова запнулась, собираясь с духом. – Или нужно как-то выбраться отсюда домой, если… если он просто… не стал меня дожидаться.

Какое-то время, на том конце, ничего иного, кроме шорохов и отдалённого писка, не слышно.

– Энсент?.. Энс, приём!

Тишина.

Да что же это такое?!

– Энсент!!!

– Так… Слушай меня внимательно, Лисс. Страшного не произошло. Тот, кто выиграл торги…

– Секунду! – спешно бросаю в переговорник.

Дверь за спиной настолько не вовремя отворяется! И, с просительным видом обернувшись, хочу уже сказать своему давешнему провожатому, что сейчас закончу разговор…

Северянин?!

Среднего роста, тонкий, беловолосый. Лет… шестнадцати.

– Ты это что тут делаешь? – наушники сняты с меня рывком. Единственное – успеваю, слепо ткнув клавишу громкой связи, взвизгнуть:

– Там – Военный советник Аратона! Если со мной…

– Оставьте её, Ио. – Лицо вошедшего следом, при ярком освещении кажется ещё более бледным, отточенным, строгим… – Я разберусь.

А взгляд…

– Вы. – Только пролепетать и смогла.

Стало страшно. Страшно – до ёкнувшего и вставшего сердца.

Вы?!

Происходящее превратилось для меня в горячечно осознаваемую смену кадров, за которыми будто – со стороны… Будто – не я.

Вот, стою и смотрю, как, протянув руку, он отключает динамик.

…поднимает с пола упавшие «уши».

…неспешным привычным движением надев их поверх Артаниного шарфа, всё так же по-пиратски охватывающего голову, поправляет микрофон.

– Энс, я тоже «рад» тебя слышать.

А вот:

– Идём! – тут же вцепившийся в локоть Белоголовый тянет меня к выходу. – Подожди нас в коридоре.

…под чей-то мягкий и в то же время не терпящий возражений тон: «Ты тоже, Ио».

…тон этот с трудом, но заставляет отвести глаза от силуэта возле стола, и я едва не вскрикиваю:

– Юг…ерет?!

Нет, вскрикиваю!

– Югерт – поправляет меня Принц-Адмирал Исида. – Посидите пока в баре, ребята. Мы придём за вами.

…закрывает дверь.

– Тебя вправду зовут Лисса?

Поднимаю голову, осознавая себя неловко опускающейся на пол у коридорной стены. Меня всю колотит, ноги едва держат...

Исидец смотрит в сторону, и слава небу! Неторопливо продвигаясь от косяка к косяку, он тщательно выискивает…

Щёлку?!

Это его занятие непостижимым образом заставляет чуть расслабиться.

– Анна... Зовут – Анна. Но друзья называют Лисс.

– Ио. А моё прозвище у сослуживцев – Крендель. Потому что друзей у меня только двое: Харли и мой «Светлячок». – С этим он стаскивает с себя куртку: – Сядь, лучше, на неё, Лисса, а то простудишься и умрёшь, а мы еле тебя нашли!

– Спасибо… – Пытаюсь улыбнуться. – «Светлячок» – это ва… – нет, его решительно невозможно называть на «вы»! – твой астроид?

Обернувшись, улыбается в ответ открыто:

– Фалькон. Астроиды способны только выполнять приказы. Ты летаешь?

– Да, я учусь на пилота.

– И, как?

– Нравится.

– Нравится? – задумчиво склоняет голову на бок, будто пробуя слово на вкус. – Впрочем – тоже ответ. Ты не сказала «хорошо» или «плохо», ты сказала – что для тебя самое главное.

– Но ведь, летать надо хорошо.

– И будешь, – уверенно кивает он. – Если нравится. Я очень люблю летать. Небо – самое удивительное из того, что я когда-либо видел. Ему всё равно кто ты и на чьей стороне, важно лишь то насколько ты его понимаешь.

И резко обрывает сам себя:

– Ладно, идём в бар! А то дядя… – Протянув обе руки навстречу: – Идём же!

Важно лишь то…

Поднимаюсь. Теперь это получается на удивление легко.

– …Только, мы сядем где-нибудь с краю. А то я по пути отвинтил у одного разгильдяя прибор ночного ви́дения…

– У кого и что ты отвинтил? – В возникшем позади нас прямоугольнике света – резкий внушительный силуэт. – Оцени, Лесконт, его и на минуту нельзя оставить! То подслушивает, то ломает навигацию. Зачем она тебе?