Дорогие Этажи

Глава 2

Мой отец был настоящим красавцем лет двадцать тому назад. Густые тёмные кудри, миндалевидные карие глаза, мягкая и тёплая улыбка — таким я видела его на немногочисленных фотографиях, что хранились у нас дома.

На самом деле, молодость, даже самая бедная, всегда красивее самой обеспеченной старости. Ведь никакие инъекции ботокса и пластические операции не заменят блеска в глазах и улыбки, что загорается на юном лице вопреки всем невзгодам.

Мой отец был красив, но время, голод и болезни превратили его в дряхлого старика уже в сорок с небольшим. Раннее старение — проблема, с которой столкнётся каждый, кто не способен тратить тысячи гексов на крема, процедуры и пищевые добавки, способные делать твою кожу упругой и гладкой, а волосы — здоровыми и блестящими.

— Мне не нравится эта затея, — папа задумчиво посмотрел в узкое окно прямо под потолком нашей комнатки. — Мало ли, что может случиться в первом кругу...

— Папа! — восклицаю я, а стены полупустой комнаты отражают звук, превращая мой возглас в глухое эхо. — Это же наш шанс! Миллионы людей мечтают попасть на эти шоу, а мне даже помогут с этим, понимаешь? А если меня на эту передачу возьмут — то это уже всё! — звонко протянула я последнее слово. — У нас будут деньги...

Папа сидел за нашим пластиковым столом и пристально смотрел на меня глазами, кожа вокруг которых сложилась в глубокие морщины. Ненавижу я этот его взгляд.

— Деньги... — тихо повторил он. — Тебя всегда волнуют только деньги, Лиша. Почему ты не подумала, что оставляешь нас одних. Куда мы без тебя?

— Кас уже большой парень, — я стыдливо пожимаю плечами. — Думаю, вы сможете приглядеть друг за другом… пока меня не будет…

Папа качает головой:

— Каспар очень безответственный, Лиша...

— Что насчёт Бейле? — я не даю ему договорить. — Она всегда нам помогала...

— Я против, — коротко отвечает отец, а потом добавляет: — Помоги мне лечь.

Поднимаюсь со стула и, подойдя к отцу со спины, обхватываю руками его талию. Он такой лёгкий, что перенести его со стула на матрас, лежащий на голом полу, не составляет труда. 

— Пообещай, что не поедешь в первый круг, — требует отец, укрываясь одеялом. — Пообещай мне.

Я оглядываюсь вокруг, изучая глазами нашу комнатку: два матраса, один из которых занимаем мы с братом, а второй — отец, стол и три стула, тумба со всеми нашими пожитками. Санузел один на весь дом, то есть на десять квартир. 

Это отвратительное место, в котором я провела все двадцать два года своей жизни и проведу ещё столько же — и это лучший расклад событий, который только может быть, — если сейчас откажусь от возможности поучаствовать в "Дорогих Этажах". 
Никчемное существование шлюхи из третьего круга или роскошная жизнь богатой девушки, проживающей в первом?

Выбор был очевиден, поэтому я набралась сил и сказала:

— Обещаю.

Каждому из нас приходилось врать. Мой отец — добрый мужчина, и я надеюсь, он сможет меня простить, когда этой ночью я исчезну из третьего круга.

***

Ирвин Шипман — самый жирный из всех жителей третьего круга, которые встречались на неровной дороге моей жизни. Возможно, будь у меня дом, набитый девчонками, которые спят со всякими похотливыми козлами за деньги, я бы тоже не испытывала недостатка в еде. 
 
Сжимаю в руках распечатки карты, расписания поездов и маршрут, с помощью которого я смогу добраться из третьего в первый круг. Уже десять часов вечера, я одета в своё платье и готова ехать на кастинг в офис "Шоумапс". Мария попросила не опаздывать. 
 
— Значит, шоу... — он крутит в руках незажженную сигарету. — Интересная идея... 
 
Я киваю, локтями опершись о противоположную сторону стола, за которым сидит мой начальник. Его поросячьи глазки внимательно изучают меня от головы до пояса (другая половина моего тела скрыта столешницей), а на лице у него появляется мерзкая улыбочка. 
— Представляю, какой популярностью станет пользоваться это место, — он обводит полными руками пространство вокруг себя. — После твоего участия в этих передачках. 
 
Прилагаю все усилия, чтобы не рассмеяться прямо в его жирное лицо. Неужели он думает, что после того, как обо мне узнает весь Парс, я вернусь сюда, чтобы продолжить ублажать каких-то мужиков из второго круга за копейки? Ха! Я же не сумасшедшая. 
 
— Ваша правда, — я киваю с таким видом, будто он читает мне новую заповедь Господа нашего — Иисуса Христа. — Думаю, Ваши дела пойдут в гору после этого. 
 
Мужчине нравится мой ответ, но он продолжает выглядеть немного озадаченным. 
 
— Что-то не так? — я склоняю голову в бок, внимательно посмотрев в его отвратительную рожу. 
 
— Просто, знаешь, — Ирвин кряхтит, поднимая свою жирную тушу со стула. — Ты была так предана этому делу на протяжении всех этих лет, а Бейле уже давно сдулась и... — он встал сзади меня и, положив ладони на мои плечи, продолжил: — Я уже думал поставить тебя на её место, но ты хочешь идти на эти дурацкие шоу... 
 
В жизни каждого человека настаёт время, когда он сталкивается с выбором: синица в руках или журавль в небе. 
 
Сейчас и я должна была выбрать один путь из двух возможных. Фактически, в этот миг я могла сказать Шипману только одно: "Я остаюсь!" и сразу получить то, о чем мечтала несколько лет. Или могла развернуться и прямо сейчас уехать в первый круг, чтобы сделать попытку получить в тысячи раз больше. 
 
Я всегда боялась делать то, что не могло быть точным на сто процентов. Я всегда должна была знать, что получу хоть что-то. Я всегда... 
 
— Простите, мистер Шипман, — сказала я, поворачиваясь к нему. — Мне нужно идти, или я опоздаю на автобус. 
 
Ирвин явно не ожидал от меня такого решения. Он думал, что я скажу "нет" возможностям и останусь здесь. Что же, люди имеют свойство ошибаться. 
 
— До скорого, — с издевкой бросил он, когда я покидала комнату. 
 
"Пошёл к черту!" — произнесла я в своей голове, захлопнув дверь. 
 
Покидая его кабинет, я еще не понимала, что договор с Дьяволом уже был подписан, а последний мост, который связывал меня со старой жизнью, — сожжён. Оставался лишь выбор: утонуть или сгореть. И я решила гореть. 
 
***