Дорогою космоса

Глава 8

Честно говоря, полёт длился не так долго, как я ожидала. Или так показалось только мне, потому что я всё время была занята то женихом, то общением с папой и, наконец-то, вернувшейся в мир живых мамой, то попытками перевода, которые теперь продвигались значительно быстрее благодаря маминой помощи.

Полезной информации в книге больше не оказалось. Или это на тот момент она казалась мне увлекательной, но незначительной? Когда вопрос ещё не родился в твоей голове, найденные ответы ведь ничего не значат.

Леся была согласна со мной, говоря, что продвигаемся мы довольно быстро, а вот Мик весь измучился и измаялся, и теперь умолял кузена остановиться хоть на одной близлежащей планете. Колин, похоже, так устал от его нытья, что сжалился над ним, и мы высадились на одну из планет, мимо которой изначально намеревались пролететь без остановок.

На земных картах Драугр была отмечена, как безжизненная. Уровень радиации, который показывали наши костюмы, был просто запредельным, но защита работала прекрасно. Проблема была вовсе не в излучении, а в том, как оно действовало на планету: серая, абсолютно ровная и ничем не примечательная поверхность простиралась до самого горизонта. Здесь не было даже малейшего намёка на растительность и, уж тем более, на живность. От малейшего прикосновения к поверхности планеты в воздух понимались немаленькие облака пыли, не дающие разглядеть ничего даже перед самым своим носом.

Весь энтузиазм Мика был уничтожен на корню. Он даже образцы разной почвы не собирал. Просто ходил и шаркал ногами, поднимая такое облако пыли, что мы все старались держаться от него подальше. Казалось, он находился в центре самой настоящей песчаной бури.

- Не соберёшь эту пылищу в пробирочку? – поинтересовалась Леся полушутливо, явно пытаясь поднять ему настроение.

- Одну собрал и хватит. Здесь даже никакого разнообразия пород нет, - проворчал Мик недовольно.

- Да, гнетущее зрелище. На скольких планетах я был, но такого никогда не встречал, - поёжился Уильям Эверди, наш специалист по расам. – Думаю, жизни здесь никогда и не было.

- Ребят? Я, кажется, что-то нашёл! – позвал нас Алекс, который выбрался с нами, чтобы, как он выразился «размять ноги». На деле же, я уверена, он просто не хотел оставлять бедовую Леську без присмотра.

Ну, и мы все, конечно, ринулись к нему. Обнаружить хоть что-то, даже самую малость интересное в этом гиблом месте было самой настоящей удачей, и всем было любопытно взглянуть на его находку. Вдруг это и в самом деле окажется что-то путное?

Находкой оказалась маленькая продолговатая капсула и какой-то гладкий ярко-голубой камушек. Мы с Лесей переглянулись и как-то одновременно усмехнулись.

«Если это будет ещё какой-нибудь артефакт, я буду ржать и по полу кататься», - передала она мне, и я согласно кивнула.

Честно говоря, меня посещали те же мысли. Правда на те артефакты, с которыми мы сталкивались, этот камушек был мало похож. Скорее уж на какой-нибудь природный минерал, отполированный до состояния почти идеальной гладкости. Его скруглённые края напомнили мне те камушки, которые мы с Кирой в детстве приносили домой с речки. Неужели Уильям всё-таки ошибся и тут когда-то была жизнь? Ну, или, по крайней мере, вода. А, может, кто-то просто принёс его сюда и тут оставил по какой-то причине?

Конечно, всей остальной группе тоже было любопытно узнать о происхождении нашей находки, но Мик тут же припрятал её в свою сумку, заявив, что займётся им сам, и принялся ещё усерднее шаркать, видимо, в надежде тоже обнаружить какой-нибудь минерал.

Пока он продолжал применять свою тактику «подними побольше пыли и, дай бог, что-нибудь найдёшь», Алекс продолжал копать в том же месте. Но, к сожалению, никто из нас больше ничего не обнаружил. А жаль.

Олеся

Справедливости ради, даже эта находка оказалась крайне любопытной. Когда мы вернулись на корабль и пересидели необходимые несколько дней в карантинной зоне, Ленка первым делом стащила у Мика заветный камушек и побежала показывать его маме, но Адриана, как и мы, сталкивалась с подобным впервые.

Изучили мы так же и капсулу с запиской, предварительно тщательно очищенную специальным устройством. Закрыта она была на хитрый незаметный замочек, но если нажать в правильном порядке на пару маленьких кнопочек, крышка отщёлкивалась самостоятельно.

Внутри обнаружилась свёрнутая в трубочку записка, сделанная на пожелтевшей от времени бумаге. Проблема оказалась в том, что язык был никому из нас незнаком. Ясно было, что записка содержала какие-то пояснения к найденному нами минералу, но прочитать её мы никак не могли.

В общем, всю оставшуюся дорогу до того места, которое было обозначено и на земных, и на наших картах, Мик мучил камень, забыв обо всём на свете, подвергая его всяческим испытаниям. Белле приходилось насильно кормить его чуть ли не с ложечки. Ленка и Адриана пытались перевести записку. Древняя – своими силами, Селена – прогоняя через все возможные переводчики с разных языков, пытаясь найти перевод хоть пары слов, которые могли бы стать отправной точкой в понимании этого текста.

Правда результатов ничьи усилия так и не дали. Я подозревала, что самостоятельно мы с этим не справимся, как бы ни старались. Нужна помощь кого-нибудь со стороны, кого-то, кто знает больше нас, но такие мне пока в голову не приходили.

Уже завтра мы должны были достигнуть той территории, где наши карты сходились и начиналась уже знакомая экипажу галактика, поэтому спать мы ложились в волнении и напряжении. Я прислушалась к своей чуйке, пытаясь понять, грозит ли нам опасность, но чуйка молчала, и я немного успокоилась. В конце концов, если бы там нас уже поджидали, то моя способность вопила бы вовсю, и этот сигнал пропустить было бы невозможно.

- Лесь, ты спишь? – поинтересовалась Ленка с соседней кровати.

- Не-а, - перестав сверлить стену задумчивым взглядом, я повернулась к сестре. – Фигня всякая в голову лезет.