Дорожная история, или Мужчина моей мечты

Глава 19. Ночь откровений

Глава 19 НОЧЬ ОТКРОВЕНИЙ...

— Как у тебя дела? Ты дыши правильно...

— Сколько можно одно и то же говорить? И ты, и подруга всегда это говорите. Если бы я не дышала, я бы уже умерла... Ой, как больно...

— Больно, потому что ты неправильно дышишь. Расслабься и все...

Андрей присел рядом на матрас, оторвал одну ее руку от матраса, в который она вцепилась, и стал растирать ее ладонь. Сначала всю целиком, а потом каждый пальчик по отдельности, словно настраивал музыкальный инструмент. Он делал это для того, чтобы заставить думать о чем-то другом, кроме боли, которую она испытывала. У него кружилась голова, хотелось улыбнуться, но это было так глупо. Момент совсем не подходящий.

— Ложись на кушетку. Я потру тебе спину.

Она быстро и решительно покачала головой. Ее глаза были закрыты, и Андрею показалось, что она сейчас была в другом месте. И ему туда дорога была закрыта. Руки стали безвольными, а потом вдруг опять напряглись.

Раскачиваясь в стороны, она выдохнула весь воздух из груди и прошептала : "Ушла..."

Он почувствовал, как ее тело мелко подрагивает.

— Ты замерзла? — порывшись в шкафчике, он нашел фланелевую клетчатую рубашку, красивую и мягкую, одну из своих любимых, с голубыми и зелеными полосками.

"Его запах", — подумала она, натягивая рубашку.

Резко встав, Марианна выдохнула и закричала:

— Выпусти меня отсюда. Мне срочно нужно в туалет. — В этот момент она не понимала, что ведет себя неразумно. Ей было все равно.

— Хорошо. Я тебя понесу. — Андрей засмеялся, потому что сейчас она капризничала, как маленькая девочка.

— Ты не понесешь меня. Я пойду сама или вообще не пойду, — она стояла перед ним, как разъяренная фурия, уперев руки в бока. Мужчина улыбнулся, и Марианна заметила, как появилась маленькая ямочка на его лице. Внезапно она почувствовала, что задыхается.

Ее захлестнула лавина эмоций.

— Как я должна это здесь сделать? Как? — она дико жестикулировала руками, плача и нервничая.

— Вот такая у нас безвыходная ситуация... Что же делать? Тебе придется... — и она стукнула его кулаком в грудь.

— Тихо, тихо... — она почувствовала, как его руки обнимают ее, укутывая своим ароматом, теплом и уютом. Она почувствовала, как бьется его сердце у ее щеки, как его рука гладит ее волосы. Дрожь и ярость внутри ее рассеялись, как уходят грозовые тучи перед свежим весенним ветром. Она успокаивалась постепенно, опять чувствуя себя в безопасности рядом с этим мужчиной.

— Прости... Мне очень жаль...

— Я знаю... Я знаю... Все в порядке.

— Я веду себя, как истеричка... Я думаю, ты уже проходил это все со своей женой? — он закашлялся и даже вздрогнул.

— Хорошо. Я расскажу тебе...

Они опять приближались. Она чувствовала это, но не могла сделать ничего, чтобы их предотвратить. Ее мышцы напряглись под его руками. Дыхание стало прерывистым.

— Не напрягайся. Держись за меня крепче... Пусть они приходят. — она впилась своими ногтями в его руки.

Все это время он думал: " Как я ей скажу... Она думает, что у меня есть опыт и знания..." Но чтобы она была готова к любой ситуации, все равно следует рассказать. Когда схватки успокоились, ей вдруг захотелось есть и пить. Вспомнив об апельсиновом соке, он протянул его.

— Мне надо выйти на минутку. Я быстро.

Его сразу поразила тишина. Ветер стих, оставив после себя холод, который обжигал легкие. На востоке виднелись облака, подсвеченные восходящей Луной. Снег лежал бледно-голубым одеялом на земле. Тихо урчал двигатель грузовика. Мимо вереницей проносились машины, которым не было никакого дела до них, застрявших на этой стоянке. Новый Год пришел, а они даже не заметили этого. Опять не сдержал обещание, данное сыну. И позвонить невозможно. Переживает, наверное, мама. Андрей усмехнулся.

— Там кто-то был, в эфире... Я слышала слабый голос.

Он скользнул на водительское сиденье и закрыл за собой дверцу.

— Прием... прием... Это "Синяя Звезда". Меня кто-нибудь слышит? — раздался слабый треск. Затаив дыхание, он прислушивался к нему каждой нервной клеточкой своего тела. Но кто бы ни пытался связаться с ними, сигнал был слишком слабый и далекий.

— Андрей... — он почувствовал, как что-то легонько коснулось его лица. И тогда понял, что слушал с закрытыми глазами. Когда он открыл их, ему показалось, что сердце внутри него перевернулось. Ее рука лежала на его заросшем щетиной подбородке. Она впервые сама прикоснулась к нему. И он видел, как его чувства отражаются у нее на лице. — Андрей, все в порядке. Даже если никто не придет нам на помощь, я знаю, что все будет хорошо. Ты здесь. Обещай, что не бросишь меня.

— Господи! Помоги нам! Конечно, я никуда не уйду.

Он взял Марианну за руку и решил сказать ей всю правду, как учил его отец.

— Марианна, когда моя жена рожала, меня рядом с ней не было. К сожалению. Как всегда я был в дороге. Оба раза...

— Схватка... Значит, ты никогда не присутствовал на родах?

— Я такой же новичок, как и ты.

— Ты сказал оба раза. Но я знаю, что у тебя только сын. А...

— Ванька — мой второй ребенок. А первой была девочка. Но моя жена так увлекалась наркотиками и алкоголем, что родила преждевременно. Моя маленькая девочка была такой крошечной, что у нее не было даже шанса. Я был в дороге. Когда вернулся, она была подключена к аппарату жизнеобеспечения. А она даже не приходила к ней. Они отключили ее от аппарата. Сев в кресло я качал ее и пел какую-то песню, пока она не умерла.

Его слова превратились в шепот. Вспоминать было слишком больно. Его тело, его грудь, его горло было, как старая рана, снова разорванная, как будто это случилось вчера. Его лицо было мокрым от слез. Но было еще что-то.

Он ощутил мягкое дыхание, ее дыхание, исходящее от ее губ, когда они нежно касались его щек, век, бровей. Ее пальцы, гладящие его волосы.

— Мне очень жаль... Еще одна схватка... Обними меня покрепче.