Доспехи Древнего Бога. Книга 1

1

Ночь, мягкая, живая, с дыханием ветра, игравшего с желтеющими листьями, все еще теплая, такая, какой она бывает в первые дни осени, накрыла бархатным плащом поляну с высокими деревьями и кустарниками, да тихую речку, что журчала неподалеку от разбитого северянами лагеря. Эти места были для них чужими: и дерн под ногами, и клочья земли, что торчали из-под сухих примятых трав, и даже сам воздух, насыщенный запахами хвои и свежести, которую дарила река. Все непривычное, незнакомое.

Чужаков было много. Целый отряд высоких сильных мужчин с хмурыми лицами и хищными взглядами. Споро поставив лагерь, они расселись подле костров, достали припасы и, переговариваясь, принялись ужинать, запивая вяленое мясо чистой речной водой.

Лошади, стреноженные у берега, мирно жевали овес, изредка всхрапывали и водили ушами, слушая голоса. Сейчас скакуны были спокойны — ничто не угрожало путникам в ночи.

Неподалеку от костров, на голой земле сидели люди. Связанные по рукам и ногам, босые и оборванные, это были молодые женщины да мальчики-подростки. Взглядами загнанных жертв, они молча наблюдали за своими поработителями, ужинавшими у огня. Их сторожа, два крепких воина с мечами наголо, словно голодные псы не сводили глаз с живого товара, да знай себе посмеивались над страхами рабов, тех, кто еще недавно был свободен, кто жил полной жизнью, трудился на своей земле, возделывал ее и собирал урожаи.

Сейчас крестьяне не были похожи на себя — оборванцы с глазами, в которых навеки поселился страх.

Но вот ветер бросил играть с листвой и полетел дальше, туда, где у самого большого костра, в окружении своих лучших людей, сидел вождь чужаков. На широких плечах воина лежала густая волчья шкура, в волосах нитями блестело серебро. Ветер дернул мужчину за длинные пряди и, словно поразившись собственной дерзости, полетел дальше, играть с камышами, поросшими густо на противоположном берегу реки. Предводитель чужаков поправил волосы и обвел взглядом собравшихся.

Старший чужак, очевидно, был высок. Даже сидящий он поражал и подавлял своей мощью и, казалось, излучал опасность. Взор голубых глаз, пронзительный и умный, холодный, словно льды северного моря, скользнул по воинам, прежде чем северянин заговорил.

— Рабов надо продать. – Голос был низким и глубоким, как рокот прибоя. – Нам не с руки тащить этих женщин в Хьялмарр. Продадим по пути. Каждый из вас может выбрать себе одну на потеху, или получить за нее лишние деньги, вам решать.

— Спасибо, вождь, – раздались голоса.

Предводитель кивнул.

— А что будем делать со стариком? – вдруг спросил один из сидящих у костра.

Вождь нахмурился.

— Лекарь нам и самим пригодится, – заметил он.

— Только этот лекарь может потравить наших людей, если дать ему волю, вождь! – запротестовал кто-то. – Такие, как этот дед, не преклонят колено. Ты же сам видел, как он глядит. Вроде и не волком, но в глазах затаилась ненависть.

Предводитель северян вздохнул и махнул рукой.

— Приведите-ка его сюда, — велел он, и несколько дружинников тотчас же встали и шагнули в темноту. Спустя время они вернулись, волоча за собой невысокого старика с длинной бородой, связанного по рукам и ногам. Толкнули к огню и застыли за спиной деда, пока вождь рассматривал пленника.

Старик был древний, словно сам мир: скрюченная спина, взлохмаченная борода, ноги в прорезях рубахи худые и сбитые, руки дряблые, с искривленными пальцами, и только взгляд удивительно ясный и гордый.

— Садись, дед, – обратился к старику на его языке вождь.

— Не откажусь. — Старик улыбнулся в бороду и примостился прямо на землю, опустив связанные руки на колено.

— Мне говорят, ты не хочешь идти с нами в Хьялмарр? – спросил вождь.

Глаза старика сверкнули.

— Ты не понимаешь, человек, – сказал дед.

Один из северян, стоявших за спиной мужчины, ударил пленника по голове. Старик наклонился вперед, словно прогибаясь перед вождем, а затем распрямился, как трава поднимается после ливня, разве что поморщился слегка.

— Ты забыл с кем разговариваешь, дед? – зло крикнул северянин, ударивший старика. – Перед тобой великий король и вождь, Бьярне Железнобокий!

— А мое имя — дед Дуб, — усмехнулся старик и добавил спокойно, — вот и познакомились.

Предводитель северян прищурил голубые холодные глаза и скривил губы.

— Не трогайте его, – велел тихо и сделал знак рукой, чтобы воины отошли от Дуба. Старик распрямил насколько смог, скрюченную спину и посмотрел на Бьярне, сидевшего напротив. Их разделяло только яркое пламя, бросавшее на лицо северного короля кровавые блики да страшные тени, искажавшие его черты.

— Отпусти меня, вождь, — произнес Дуб. – Пользы я тебе не принесу. Я уже стар и как знахарь почти непригоден. Разве что могу пособить советом каким, да только ты и без моих советов справишься!

Бьярне усмехнулся.

— Какой смысл мне тебя отпускать, дед? – спросил он.

— А тащить с собой? – поинтересовался Дуб. – Я же еще по дороге на ваш север помру, а так, глядишь, тут, на родной земле еще поживу с год-другой.

— Да ты наглец! – неожиданно рассмеялся Железнобокий. Ему понравилось бесстрашие старика и его спокойный, уверенный взгляд, взиравший на северянина без тени страха. Другие были не такими. Все рабы, за исключением знахаря, дрожали от страха и мочились в штаны, стоило ему посмотреть на них своим ледяным взглядом. А этот…

— Ты храбр, Дуб, – произнес Бьярне. – Но иногда подобная смелость может стоить смельчаку головы!

Дед покачал головой.

— Я не боюсь смерти, — признался он, – столько лет топчу ногами эту землю… — Дуб вздохнул. — Я чувствую, что она зовет меня. С каждым годом моя спина опускается все ниже, руки уже не имеют было силы, а глаза —остроты взора. Я не держусь за жизнь, но и не хочу уходить раньше срока.

Бьярне улыбнулся.

— И что ты можешь предложить мне взамен на свободу? – спросил, изогнув левую бровь.

— Сказку, – ответил дед.