Достаточно снять ошейник?

Трое из замка

О

Какого Кия!? Что за шум ни свет ни заря? Святая Луза! Неужели ведьмы новые пожаловали! Ну может на этот раз повезет.

Не дай Кий опять бракованные, как в прошлые разы: то одно принеси, то другое унеси, то почему розовые кусты не так пахнут, то почему у ивы листья кверху торчат — тьфу. Храни нас Кий. Святая Луза, помоги уже этому миру, не дай пропасть в страхе и ненависти. Да не услышит меня тот, кому не надо слышать. Аминь.

Ну, точно. Да не одна, а целых три. Спасибо, Святая Луза! Еще один шанс.

Надо идти знакомиться.

-Здрвствйт, сдрн.

Не поймут, поди. Гласные-то я не умею произносить.

Т

Тори торопилась домой — еще надо переодеться и в спортзал. И зачем только она задала вопрос куратору ее докторской диссертации, знала же, что он не умеет отвечать быстро и по существу. Опять нудно рассказывал всю теорию, почти с самого начала, но в процессе ответ, как всегда, пришел к ней будто сам собой. Хотя профессор и зануда, а польза от разговора была. Пришлось воспользоваться самой скоростной транспортной лентой, чтобы появилась вероятность успеть. Успеть — это слово она повторяла себе множество раз на дню. По обыкновению, Тори не смотрела по сторонам, планируя в уме следующий этап исследования. А напрасно, потому что ребята, идущие рядом, как раз очень внимательно разглядывали спортивную блондинку и обдумывали способ познакомиться.

– Эй ты, — начал один из них, — что-то я тебя тут раньше не встречал.

Ну конечно, ее опять приняли за школьницу. Тори сделала вид, что не заметила. Никто не будет продолжать, если его игнорируют. Но парень не отставал.

– Э, ну, ты меня игнорируешь что ли? Не, ребят, вы видели?

Тори пора было замедляться, если не хотела проскочить поворот к дому. Она стремительно направилась к более медленной ленте.

— Куда же ты? — парень не понял маневра и схватил ее за руку. Тори легко вывернулась из захвата, но момент был упущен. Она все же попыталась перескочить на уходящую в поворот нужную ленту. Почти успела. Другой парень из солидарности подставил ей ножку и Тори, потеряв равновесие, упала с платформы вниз — в просвет между опоясывающими планету скоростными траволаторами. Туда, где рассекали воздух частные самолеты тех немногих, кто предпочитает кажущуюся свободу.

Один такой самолет как раз несся прямо на Тори. Она увидела в кабине испуганное молодое лицо и зажмурилась в ожидании удара. Автоматически сгруппировалась, выставив вперед руки, но все равно больно ударилась коленкой. Ладони ощутили большое, холодное и шершавое. Всё? Живая?! Она осторожно приоткрыла глаза. Каменные ступени, на которые она только что так удачно приземлилась, уходили ввысь к чернеющему на фоне закатного неба замку.

— Черт, — подумала Тори, — тренировка пропала. Как же отсюда выбираться?

Она достала мобильник из кармана рюкзака — связи не было, навигация не работала. А в небе над головой не было никаких транспортных лент и никаких самолетов, только несколько белых лун, одинаковых, как бильярдные шары.

Л

Ларк подправила коралловую помаду в цвет платья, намотала на палец длинный черный локон и подмигнула своему отражению в зеркале гримерки. Еще две минуты и ее выход. Сегодня будет нечто! Новая песня поставит на место пустоголовую Клару с ее визгливым голоском. Посмотрим, как она «запоет». Ларк усмехнулась нечаянному каламбуру и зацокала на сцену.

В зале было темно, клубы сигаретного дыма скрывали дальние столики. Звякали приборы, раздавались хриплые голоса. Ларк подошла к микрофону и закрыла глаза. Она сейчас не здесь — море расстилается под ее ногами, единственный человек, которого она любит, там — за бескрайними холодными водами. Зазвучала тихая музыка и Ларк взяла первую низкую ноту. Наступившая в зале тишина наполнилась теплом её голоса, морским бризом, одинокими криками чаек, удивлением и восторгом зрителей.

Ларк открыла глаза и увидела десятки восхищенных лиц. Неожиданный скрип заставил ее взглянуть вверх — люстра над головой медленно отделялась от потолка, намереваясь расплющить ненавистную Кларе соперницу.

Ларк заторможенно наблюдала как огни люстры плавно покачиваются, приближаются... или удаляются... разлетаются и при этом продолжают светить, но уже не теплым светом, а холодным, лунным...

Она моргнула, тряхнула головой — в безоблачном ночном небе над ней ярко светили луны, три вкруг, и еще две подальше. В густых кустах посвистывала ночная птица, звенели цикады. Холодный ночной ветер с воем теребил подол нарядного платья.

– Господи, куда все исчезли? — воскликнула Ларк, не рассчитывая на ответ.

– Ну почему же все? — раздалось где-то за спиной. Ларк обернулась. На широких ступенях, поднимающихся к стенам старинного замка, лунный свет выхватил из темноты фигуру девушки в нелепых брючках и с короткой стрижкой.

– Я — Тори, а тебя как зовут? — спросила девушка.

– Л..Ларк. Что это за место?

– Я сама еще ничего не поняла. Давай узнаем кто там живет, — Тори показала на высокие закрытые двери, — Не очень-то тут уютно в темноте.

М

Марта убегала от королевской охоты. Лапы гудели и подкашивались, в глазах прыгали зеленые зайчики, хвост не поднимался и цеплялся за все встречные колючки. Сзади лаяла свора. Перекликались людские голоса. Лес дурманил запахами, манил в чащу, но Марта знала, что единственный путь к спасению — тропинка над рекой. Только бы добежать.

В человека перекидываться рано — лисьи лапы быстрее, проворнее. Еще два поворота, под елкой прошмыгнуть и спасена. По узкой тропинке человеку не пройти, тем более на лошади. Даже собаке трудно протиснуться между скалами. Марта припустила быстрее.

Елка ласково пригладила вздыбленную шерсть на холке. Но что это? Спасительная тропинка исчезла под недавним оползнем. Марта попыталась вскарабкаться по камням. Лапы соскальзывали, острые камни не держали, сползали вниз.