Доверься мне. Наш Мир

20 Мира

Медленно выныриваю из непривычно-приятного сна: мы снова, будто подвешены в пространстве, но я не отстраняюсь от НЕГО – и Андрей не даёт мне упасть… Удерживает, обнимает, целует мои волосы, а вокруг нас тьма постепенно светлеет и появляются уже другие цвета и свет… И это так красиво, просто завораживающе – мы будто парим, а вокруг нас все цвета радуги плавно перетекают друг в друга, смешиваясь, а в некоторых местах даже искрясь. Наблюдаю за этим волшебством, нежась в объятиях Любимого, и замечаю, как из этих полуразмытых пятен постепенно начинает формироваться уже что-то более узнаваемое, но пока ещё не осязаемое и очень хрупкое… Вижу, как проявляется ещё совсем полупрозрачная и подрагивающая дорожка, которая медленно удлиняется и ведёт к такому же полупрозрачному большому дому с цветущим садом и клумбами вокруг…

«Как же здесь будет красиво, когда эта реальность сформируется», – подумала я и очень сильно захотела жить вместе с Андреем в таком же прекрасном доме…

Окончательно просыпаюсь и чувствую улыбку на своём лице…

«Как же мне сегодня хорошо…» – шепчу, потягиваясь на кровати, а потом меня настигает странная мысль, что и всё остальное мне тоже могло всего лишь присниться…

Вскакиваю с кровати и, на ходу накидывая лёгонький халатик, направляюсь в прихожую.

Выдыхаю с облегчением и одновременной растерянностью, ведь вижу ключи от его автомобиля на своём комоде, а на полочке – его туфли… Давлюсь смешком, понимая, что сегодня в моей квартире ночевал мужчина…

«Соня мной бы гордилась! – подумала я, а потом ехидненько же и заметила. – Если бы не знала всех подробностей…»

Быстро сбегаю в ванную, чтобы Андрей меня случайно не увидел в таком виде, в котором видеть ещё рано…

*****

Пришла на кухню и растерялась: понимаю, что как хорошая хозяйка, да и просто ЕГО девушка должна что-то приготовить на завтрак. Только вот я же не знаю, что он любит…

Подвисла от воспоминаний о его объятиях и нежных невинных поцелуях, чувствуя, как по телу разливается жар.

«Быстро к холодильнику и готовить завтрак! Время идёт!» – попыталась себя простимулировать вслух, как услышала любимый смех:

- Хорошо, Солнышко! Как скажешь! – подходит ко мне, посмеиваясь, и обнимает со спины, заставляя тело гореть и трепетать от нежных объятий. А ведь он же абсолютно не позволяет себе ничего лишнего – просто приобнимает меня, положив руки на живот… – Уже командуешь, Любимая? – произносит с улыбкой, привлекая ближе к себе, и целует висок, а я прикрываю глаза от наслаждения тёплыми и нежными объятиями, от сильного тела и биения его сердца, которое чувствую даже затылком. – Доброе утро, Хорошая Моя. – Прижимается губами к макушке.

- Доброе утро… – шепчу на выдохе и глажу его сильные руки, длинные пальцы, стараясь не задеть сбитые костяшки на правой руке. Чувствую, как наши дыхания сбиваются, а потом всё же разворачиваюсь в его объятиях и утыкаюсь носиком в его сильную грудь, вдыхая, едва уловимый, мятный запах геля для душа. Провожу ладошкой по торсу, скрытому белой футболкой. Непривычно… Как же всё это непривычно… Но и безумно нравится тоже. Такой домашний и уже такой родной…

Слышу, как он шумно дышит, но всё равно обнимаю его и глажу по сильной широкой спине, потому что просто хочу этого, соскучилась и больше не хочу только смотреть на него – теперь мне этого уже мало…

- Я тебя сильно мучаю, да? – всё же решаюсь уточнить, не поднимая на него взгляда, и прикусываю губу.

- Ты меня не мучаешь, Солнышко, – произносит с улыбкой, целуя в макушку.

- Я же всё понимаю…

- Я тоже, Мира. И помню свои обещания. Поэтому не переживай, Моя Хорошая. Я знаю, что всему своё время, и не буду тебя торопить. У нас всё будет тогда, когда ты будешь готова. – Прижимается губами к виску и нежно гладит меня по спине. – Не из чувства вины или обязательства, а только по твоему желанию, Мира… Я всё вижу и чувствую, Солнышко. И не хочу понимать, что ты боишься и что-то делаешь против своей воли и попросту заставляешь себя. Мне приятно тебя обнимать и я чувствую, что тебе тоже. А я же помню, с чего у нас всё начиналось, Солнышко…

- Прости…

- Ты меня тоже прости, пожалуйста, Мира… Тогда я тебя ещё не знал, – прижимается к моему виску и шумно дышит. – Но так быстро влюбился, а потом надумал глупостей, приревновал до жути…

- Приревновал? – хочу, но боюсь поднять на него свой взгляд, поэтому просто продолжаю гладить его по спине, затаив дыхание.

- Да, приревновал. К Серёже… – мы оба прыснули со смеху и легонечко засмеялись, но я почувствовала горечь в его смехе…

- Ты же не знал… – потёрлась носиком о его грудь и положила правую руку на область его сердца, поглаживая.

- Всё равно повёл себя глупо и грубо… И очень сожалею об этом… О том, что обидел тебя тогда… Абсолютно незаслуженно… – в его объятиях и шумном дыхании чувствуется боль и раскаяние, благодарность и трепет, боязнь потерять или сделать больно… Чувственно прижимается к моему виску, а у меня сбивается дыхание и почва уходит из-под ног. – Прости меня, пожалуйста, я больше…

- Андрей, – не даю ему договорить. – Уже давно простила. Не надо больше об этом… И мне тоже стыдно за своё, мягко говоря, не идеальное поведение… За то, что испытывала твои нервы на прочность… За то, что постоянно убегала от нас, за то, что не хотела видеть, что ты другой, не хотела признавать, что ты любишь меня, а я люблю тебя…