Дождь хрустальной любви

Глава седьмая. Ева

С того самого дня, когда я проснулась в одной кровати с Джейсоном, прошло три дня. Когда я открыла глаза, я поняла, что прижата к мужской груди, а рука парня покоилась на моей талии. Я осторожно вылезла из-под пледа и ушла в ванную на первом этаже, заперев дверь на замок. Я не знала, что нужно делать в таких ситуациях, потому что прежде я даже с Алексом не просыпалась вместе в одной постели. Огромный ком вины застрял у меня в горле, а я не давала ему вырваться наружу и полностью захватить мое сознание. Я включила кран, настроила на холодную воду и начала увлажнять лицо. Через примерно пятнадцать минут я вышла и направилась обратно в свою комнату, собираясь разбудить Макалистера, однако, когда я вошла, его уже не было. Кровать была заправлена так, словно на ней вообще никто не спал.

На следующий день после школы я встретилась с Алексом. Мы прогулялись, выпили кофе, он рассказал, как чувствует себя его мама, но ничего не сказал о том, что уезжает. В моем наивном и глупом сердце затаилась надежда, что то, что рассказал мне Джей, - просто слухи или ложная информация. Выглядел он уставшим. Я понимала, как он переживает и очень хотела быть для него поддержкой, но он сказал, что не хочет нагружать меня своими проблемами. Но разве так можно? Когда вы состоите в отношениях, разве вы не должны помогать друг другу в сложный период жизни? Разве вы не должны подставить свое плечо, чтобы ваш любимый человек смог на него опереться? Разве вы не должны не оставлять его одного, в стороне наблюдая за тем, как его глаза потухают? Я любила Алекса, а потому мое сердце разбивалось на миллион крошечных кусочков, когда я не могла сделать совершенно ничего, чтобы помочь ему. Это так жестоко, когда на одного человека приходится слишком много страданий.

В пятницу я принесла подписанные бумаги с согласием, что еду в зимний лагерь. Мне так хотелось поскорее туда поехать, чтобы забыть обо всем, что произошло. А еще я хотела побыть с Алексом. Мы могли жить в одной комнате, но он сказал, что не поедет. Эта новость выбила меня из колеи. Я чувствовала, как мы медленно отдаляемся друг от друга, и этот факт причинял мне невообразимую боль. Несмотря на то, что мы стали реже видеться, мы продолжали переписываться, а я каждый раз листала диалог в самое начало нашего знакомства, когда мы только-только познакомились. Перечитывать старые сообщения – это значит осознанно наносить себе раны. Это значит жить прошлым, цепляться за воспоминания, которые не исцеляют, а причиняют боль. Это значит вечно быть заложником несбывшихся надежд.

С Джейсоном мы, наоборот, стали общаться чаще. Из стадии врагов мы перешли в стадию дружбы. Я бесконечно благодарила его за то, что он остался в среду, когда я сильно в ком-то нуждалась. Мне не хотелось быть плаксой, и меньше всего я хотела, чтобы он стал жилеткой для моих слез, но он сам предложил помощь, поэтому я не стала отказываться. Та ночь изменила наши взаимоотношения. Мы много разговаривали о музыке, кино, увлечениях. Так я узнала, что до баскетбола он профессионально занимался боксом, но из-за травмы ему пришлось бросить. Еще он ходил на плавание и учился играть на гитаре. Родители, как бы сильно его не любили, давят на него, говоря, что ему стоит стать врачом, но его сердце не лежит к этой профессии. Он собирается поступать в университет на факультет юриспруденции. А я рассказала, что мечтаю быть фотографом, но после школе хочу поступить на факультет журналистики. Помню, как он рассмеялся и сказал, что я тот еще борец за справедливость, а потом в качестве примера привел ситуацию, когда еще в самом начале нашего знакомства, на одном из ужинов, я пыталась доказать родителям, почему зоопарки нужно запретить по всему миру. Тогда он пошутил, что все жирафы, слоны и львы сказали бы мне огромное спасибо за то, как я борюсь за их свободу. Мои родители в отличие от родителей Джея поддерживают мой выбор. Хотя мне кажется, что даже если бы я сказала, что не собираюсь идти учиться дальше, то они все равно остались бы на моей стороне. В пятницу я даже села не с Риной, как обычно, а с Макалистером. Он этому удивился, но обрадовался, а я потом весь оставшийся день отбивалась от допроса своих подруг, с которыми, к слову, стала проводить меньше времени. Вивиан занималась подготовкой к поступлению в Милан, Рина после школы помогала родителям с переездом, а Хелен не вылезала из блокнота, в котором она создала очередные шедевры для второго этапа конкурса. Но в эти выходные все отложат свои дела, чтобы мы могли хотя бы пару часов провести время вместе. Хорошо, что по субботам у нас нет занятий в этом семестре, потому что как вчера мама сказала очень хорошую новость. А сегодня уже воскресенье.

— Хотела сказать, что через три часа мы с папой уезжаем к бабушке с дедушкой в Нью-Йорк, поэтому на выходных ты остаешься одна. Ну как одна…, — мама посмотрела на моих подруг, а я уже поняла, что она скажет дальше. — Я разрешила девочкам остаться на два дня с ночевкой у нас, но я запрещаю вам устраивать какие-либо вечеринки. Это понятно?

— Ура, да, мамулечка, никаких вечеринок! — произнесла я, а после посмотрела на подруг.

— Никаких вечеринок, миссис Картер! — хором произнесли они.

— Ну вот и отлично. Тогда я пойду собирать чемоданы, а вы уберите всю еду в холодильник. Надеюсь, вам этого хватит на два дня, — мама поднялась со стула и ушла в спальню, пока я с Хел, Риной и Вив старались бесшумно прыгать от радости.

Конечно же фраза «никаких вечеринок» для нас не являлась запретом. Вообще-то наоборот – она означала, что мы должны закатить классную тусовку. Родители уехали вчера вечером, и мы с девочками всю ночь разговаривали на разные темы, смотрели кино, а после стали обсуждать вечеринку, которая уже вот-вот начнется. Мы пригласили ребят, которые учились вместе с нами в школе, а Рина, Хелен и Вивиан позвали еще и своих друзей, поэтому дом уже был набит разными людьми, которые хотели повеселиться. На мне было платье в стиле бэби долл розового цвета, а на руках были длинные перчатки из белого шелка. Образ идеально дополняла красивая укладка и легкий макияж, который делал мое лицо еще более милым. Когда я спустилась вниз я нашла только Вив и Хел, которые играли в бирпонг, пока Рина танцевала со своим парнем. Мне порой казалось, что Рина из нас четверых самая счастливая. У нее не только любящие родители, но и до безумия очаровательный молодой человек, который боготворит ее каждый день. На ее лице всегда была улыбка, что меня очень радовало. Я была уверена, что Кэмерон был создан только для нее.