Дождь хрустальной любви

Часть третья. Весна. Глава двадцать вторая. Джейсон

Очередной учебный день прошел быстро и нудно. Я возвращался домой один почти каждый день, потому что Ева все еще была на больничном. На дворе уже середина марта, прошел почти месяц. Раны моей девушки оказались серьезными и все стало еще хуже, когда Картер зачем-то встала на ноги – швы разошлись и пришлось накладывать новые. она училась самостоятельно, а домашнюю работу мы всегда делали вместе, которую я потом относил учителям на проверку. Насколько мне известно, с Грант она больше не общалась, как и остальные подруги. Их квартер распался. Вивиан рассказала Рине, что произошло на показе, не забыв при этом упомянуть последний их разговор с Евой. Девушкам не понравилось поведение и завышенное самомнение Хелен, и с тех пор они больше не общались. Мы тусовались отдельно, а Грант присоединилась к компании Бриджит, которую еще недавно сама так сильно ненавидела. Все шло своим чередом и жизнь медленно, но верно расставляла все на свои места.

Дома меня ждал Чарли, который в последнее время оставался ночевать у нас все чаще и чаще. Иногда мне кажется, что он уже практически живет у нас: в ванной комнате мамы стоят его зубная щетка и бритва, в шкафу висят несколько его рубашек, а на полках разложены брюки, несколько пар обуви стоит в прихожей, а за столом он занял место напротив мамы, как новая глава дома. Не могу сказать, что я этому не рад, скорее просто еще не привык к таким изменениям в нашей жизни.

Каждую неделю на выходных мы с мамой ездим на кладбище, чтобы навестить могилу отца. Мама больше не плачет по нему. Теперь она вспоминает о нем только с улыбкой на лице.

«Неужели, чтобы простить человека, нужно чтобы он умер?» — подумал я в первый раз, когда мама рассмеялась, сидя у мрамора, на котором было выведено: «Бернард Макалистер. Любимый муж и отец». Только потом я понял, что лучше смех и улыбка, чем отвращение и ненависть, которую мы оба испытывали к нему долгое время. Иногда я приходил к нему один и часами сидел на скамье, рассказывая обо всем, что происходит в моей жизни. Почему-то я был уверен, что он и так все это видит, но мне нужно было словесно передать некоторые события, который случаются со мной.

— Ты голоден? Джоана перед уходом приготовила лазанью. Она в духовке, — произнес Чарли, беря в руки спортивную сумку. — У меня тренировки до вечера, поэтому увидимся завтра. Не забудь, что на следующей неделе у тебя матч.

— Давай, — я махнул ему рукой и мужчина скрылся за дверью.

Я почти никогда не обедал дома. В последнее время здесь было так тихо, что это доставляло дискомфорт, поэтому я предпочитал быть либо с друзьями, либо с Евой. Закрыв за собой дверь, я перешел через дорогу и постучал в дверь. Меня встретил Сэмюэль, похлопал по плечу и предложил жаренную индейку под грибным соусом. Я отказался и пошел в комнату девушки, захватив с собой поднос еды для нее.

— Привет, василек, — произнес я, входя в комнату Картер.

Интерьер здесь поменялся. Если раньше почти все было розовым, то сейчас здесь все белое. На стенах больше не было плакатов и рисунков, рабочий стол был пуст, туалетный столик, на котором всегда был бардак тоже чист, а светодиодная лента, которая раньше светила фиолетовым, теперь светила желтым, в каждом пустом углу стояло несколько больших растений в горшках, а на окне стояло несколько кактусов. Это было лучше, чем розовое царство, от которого рябило в глазах.

— Я не голодна, Джей, — произнесла девушка, принимая полусидячее положение.

— Уверена? А я выбрал лучшего голубя для тебя, — я положил тарелку на стол, а сам сел на край кровати.

— О, нет, дорогой. Голуби это по твоей части, — рассмеялась она.

— Сейчас договоришься и я буду кормить тебя с ложечки.

— Молчу-молчу, — Ева улыбнулась мне. — Я правда не голодна. Хочу уже поскорее встать с кровати. Стопы почти зажили, — твердит она, показывая мне свои ноги.

— Потерпи еще несколько дней, врач должен убедиться в том, что швы снова не разойдутся.

— Да куда они разойдутся, если уже полмесяца прошло? Я даже по школе соскучилась. Кстати, как там дела?

— Все так же. Все готовятся к выпускному балу. Ко мне уже подошли близняшки Кэррингтон и Саманта, чтобы спросить, пойду ли я с ними на бал.

— А ты что?

— Сказал, что подумаю, конечно, — произнес я, за что получил подушкой по лицу. — Шучу, Картер! Разве я могу променять тебя на кого-то?

— А как же Пайпер Адамс?

— Пайпер? А она тут причем?

— Ну вы с ней за руки держались в лагере и она тебе глазами стреляла.

— Глазами что делала? — я расхохотался, казалось бы, на весь дом. Не думал, что мой василек способна на ревность.

— Я видела, Джейсон! Она с тобой флиртовала!

— Она спрашивала у меня, как подкатить к Кевину.

— Чего… К Кевину?... Но ты выглядел таким довольным, словно она к тебе хотела подкатить!

— А чего мне плакать то? Ей понравился парень, которому нравится моя девушка. Чем скорее они сойдутся, тем быстрее он отстанет от тебя.

Ева смутилась и снова легла, укутывая себя в одеяло до шеи. Я сел около нее и положил руку ей на талию.