Дождь омовения

Глава 1

Густой туман молочной дымкой застыл над сонной рекой, он медленно таял в первых лучах, поднимающегося солнца. Придерживая поводья молодого мастистого рысака, Доминик не отрывал взгляд от противоположного берега, на котором у самой воды, приютился большой белый дом. Высокая ива укрывала ветвями соломенную крышу. По двору деловито ходили куры, отыскивая зёрна. В утреннем воздухе витал запах дымка и пряных трав. Как же этого не хватало в родном Кракове! Доминик дёрнул за узды вороного, напрявляя его через мост, к усадьбе.
Из окошка выглянуло миловидное личико и быстро скрылось:
— Пани - пани! — послышался взволнованный щебет. — Княжич вернулся!
Не дожидаясь приглашения, парень открыл низенькую дверь, вошёл в знакомые с детства сени.
Семейство пана Кравца готовилось к завтраку. Катерина Степановна, женщина средних лет, наполняла глубокие миски ароматным борщом, подавая смешливой, веснушчатой девчонке, единственной прислуге в этом доме. Та ловко их расставляла, что-то напевая себе под нос. Увидев гостя, хозяйка по-матерински ласково улыбнулась:
— Ну, наконец-то приехали! Выросли как, солидным стали. Не то что наш Петька, как был шалопаем, так и остался.
— Вот это да! — возмутился сын. — Недавно уверяли, что мне жениться пора!
— А как же, — не осталась в долгу мать, — может, хотя бы жена приструнит.
Пётр засмеялся:
— Не родилась такая! — он весело обнял друга. — Я тебя ждал вначале весны, когда ваши начали прибывать. 
Доминик опустил голову. Григорий Тихонович бросил резкий взгляд на сына, заставляя замолчать. Он грузно встал из-за стола:
— Проходи, сынок, проходи. Мы решили, что не приедешь. Оленька, — обратился мужчина к дочери, — отложи своё рукоделие, успеешь, помоги маме накрыть на стол. 
Тёмная головка, обрамлённая тяжёлой, толстой косой, приподнялась от работы:
— А разве Доминик для нас гость? — лукаво спросила девушка. — Он вырос здесь, с нашими обычаями знаком, так что суета ни к чему.
На лице молодого князя появился едва заметный румянец.
— Ох и щебетунья, — укоризненно покачал головой брат. — В Кракове барышни видные, найдёт себе князь зазнобу...
Ольга насмешливо посмотрела на говорившего:
— Тебе бы невесту отыскать! Всё на речке девок пугаешь.
— Вы слышали?! Ну и егоза! 
Ольга легонько толкнула брата, подавая тарелку вареников.
— Доминик, не молчи, рассказывай! — торопил Пётр, он окончательно потерял интерес к еде.
— С трудом дождался, когда смогу вырваться, — переборов что-то, криво улыбнулся друг.
— Так почему же раньше не приехал?! А правда, что и князь Амадей здесь?
Вспомнив разговор с братом, Доминик поморщился:
— Здесь, — сухо бросил гость. — Григорий Тихонович, как у вас дела?
Старик невольно вздохнул:
— Засуха, с марта ни одного дождика. Пшеница совсем высохла, придётся заново сеять, – хозяин глубоко задумался, потом обреченно махнул рукой. – Толку печалиться? Хватайте вороных, скачите в поле. Не молодым о том думать!
Петька быстро поднялся, казалось, он только и ждал этих слов. Доминик последовал его примеру. Парень не смог бы объяснить другу, что готов просидеть несколько часов к ряду, за этим незатейливым столом, слушая тёплую, неспешную беседу дорогих людей.
***
  Дубовая роща будто звала, манила прохладой. Не сговариваясь, всадники направились в сторону леса. Топот копыт эхом разносился по округе, поднимая ввысь залёгших в траве куропаток. Натянув узду, Пётр придержал коня.
— Что с тобой? Неужели, встреча с моей сестрицей так подействовала? Вот уж не пожелал бы никому такой занозы! 
— Ты же знаешь, я не один приехал, — негромко проговорил Доминик. — Через несколько недель сюда ещё прибудут послы Речи Посполитой.
Пётр пожал плечами:
— И что с того? Мы всегда мирно жили. 
— После подписания унии...
— Брось! — засмеялся друг. — Оставь политику отцу. Уверен, князь не даст нас в обиду!
Доминик молчал, наблюдая как играет ветер в бесконечной степи. Алые, словно капли крови, головки маков низко клонились к земле, сбрасывая лепестки.
Посмотрев на задумчивого друга, Пётр стегнул коня.
— Догоняй! Проверим, не утратил ли былой сноровки!