Дождь стучит по крыше

Глава 2

Наши ожидания оправдались. Облачко причалило к краю крыши, будто маленький плот, и туманная фигура ступила на твердую поверхность. Только теперь фигура не казалась туманной. Очень легкой, словно пропитанной воздухом — это да. Но все же не потусторонней тенью, а вполне реальной молодой женщиной, закутанной в длинный свободный плащ, переливающийся всеми цветами радуги. Плащ был полупрозрачным, да еще и распахивался на каждом шагу. Так что можно было рассмотреть платье под ним, тонкую нежную шею, бронзовые туфли на узких ножках. А лицо незнакомки… Никогда прежде я не видел подобного, ни в жизни, ни в компьютерных играх, ни в самом роскошном костюмном фэнтези с феями и эльфийками. Все не то, совершенно не то… даже не с чем сравнить. Красивых лиц довольно много, но от этого лица, обрамленного каштановыми локонами, я буквально не мог отвести взгляд. Оно словно светилось изнутри. Если бы мне захотелось его навсегда забыть, образ сохранился бы в памяти. Раз уж увидел однажды — его не выкинешь из головы, не сотрешь, не отменишь. Я как-то сразу понял и принял неизбежное.

Вот только лицо незнакомки было печальным, а взгляд больших глаз тревожным, даже испуганным. Чего ей было бояться здесь? О нашей с Анастасией Семеновной засаде ведь нельзя было догадаться, башенка нас надежно укрывала… Незнакомка расхаживала по крыше совсем близко. Пять шагов в одну сторону, пять шагов обратно. При этом ни одного звука, каблучки туфель не стучали по железной крыше. А еще я заметил, что на таинственную незнакомку не падали капли дождя. Останавливались над ее головой и плечами, зависали в воздухе, превращались в серебристый туман. Странно, очень странно... И все-таки я не чувствовал ни тревоги, ни беспокойства, лишь острое любопытство и желание подольше наблюдать за незнакомкой. В том, что не сошел с ума, я был уверен на сто процентов. Удивительное видение в центре современного города не казалось чем-то жутким. Я легко переселился в иную реальность, оставаясь на прежнем месте. И мне в той реальности было неожиданно уютно. Правда, с каждой минутой все сильнее хотелось выбраться из укрытия, подойти к незнакомке и спросить, что же ее так беспокоит. Может, я сумею справиться с проблемами?

Ее губы беззвучно шевелились, она словно вела разговор с невидимым собеседником, спорила, просила, уговаривала… Иногда останавливалась, потом снова начинала ходить, опять замирала на месте, пристально всматривалась в стремительно темнеющее небо. Серые облака скрылись за мрачными непроницаемыми грозовыми тучами. Совсем рядом слышался угрожающий рокот. Надвигалась гроза, дождь лил как из ведра. Мне за шиворот то и дело затекала вода с козырька башенки. Не очень-то приятное ощущение. Анастасия Семеновна жалась ко мне, а сама тем временем с любопытством наблюдала за происходящим. В небе вспыхнула молния, осветила все вокруг мертвенным белым светом, будто в операционной. Незнакомка стояла, запрокинув голову, вытянувшись в струнку. Смотрела-смотрела-смотрела не отрываясь в грозное темное небо…

И вскоре дождалась. После третьей или четвертой вспышки молнии появился еще один силуэт, на этот раз мужской. Уверенно шагнул на крышу, остановился возле незнакомки. То есть для него она, разумеется, не была незнакомкой, сразу стало понятно. Она радостно бросилась к нему, положила ладони на плечи, покрытые темным плащом. Ей пришлось приподняться на цыпочки из-за разницы в росте. Мужчина был высоким, стройным и… черт побери, до чего же он был красив! Настоящая дьявольская красота. Правильные, будто по линейке выверенные черты лица, брови вразлет, губы… такие, какие принято называть чувственными. Досадно было видеть, как незнакомка преданно заглядывает в темные глаза, бережно отводит с его лба пряди смоляных волос. Он снисходительно коснулся губами ее виска. Небрежно, словно по давней привычке. Явно не ценил ту, что находится рядом и вряд ли был в восторге от встречи. А она… словно не замечала его отношения и холодности. Или не хотела замечать. Просияла улыбкой, от которой на щеках появились милые ямочки, и лицо стало еще чудесней, еще притягательней.

Вдвоем они заговорили, однако я не мог понять ни единого слова из чужой беседы. Абсолютно незнакомый язык, звучный, чуть протяжный… Как бы я ни старался, не получалось уловить ничего похожего ни на английский, ни на французский… может, только с итальянским было нечто общее в интонации и произношении. Хотя я мог ошибаться. Да не так уж важно. Главное — голоса и выражение лиц.

Сперва она его мягко упрекала, он неохотно отвечал. Не то чтобы оправдывался, но все же… Потом женский голос стал громче, задрожал. Она о чем-то просила, стараясь убедить своего собеседника. Пыталась улыбнуться, ластилась к нему, робко заглядывала в глаза. Он смотрел на нее свысока, с холодной усмешкой. В конечном итоге что-то процедил сквозь зубы, видимо, прощаясь, и сделал шаг в сторону. Запнулся о молоток, позабытый на крыше горе-ремонтниками, с досадой переступил через него. Незнакомка умоляюще вытянула руки, будто пытаясь хоть на мгновение удержать уходящего. Но ничего не смогла изменить. Он приблизился к краю крыши и бесследно исчез, скрылся в темных, почти черных тучах. Раздались удары грома, небо пересекли молнии. Потом все стихло. Незнакомка опустилась прямо на крышу, на мокрую жестяную поверхность. Обхватила колени руками и зарыдала так горько и отчаянно… Слезы текли по щекам без остановки. Она сняла одну перчатку и принялась утирать ею слезы вместо платка. Тут я не выдержал. Выскочил из укрытия и подбежал к ней.

— Не плачьте! Хотите, я разберусь с тем придурком?

Естественно, я понятия не имел, как можно разобраться с каким-то потусторонним типом, который умеет перемещаться по воздуху вместе с молниями. Но не мог же я промолчать.