Дождливым ноябрём

Глава 5

Выходные прошли на удивление спокойно. В воскресенье - подготовка к семинарам и зачетам, в субботу - работа полный день. Пришлось побегать, подбирая книги на разные вкусы. Началась жаркая пора новогодних подарков.

Я была этому искренне рада, ведь со всей этой кутерьмой у меня почти не оставалось времени на лишние мысли.

Ритка затаилась, после того, как получила от меня пусть и дружескую, но гневную тираду о вреде сводничества.

Ян не писал и не звонил. В иные времена я бы нервничала, не получив от понравившегося парня весточки на следующий день после свидания. Ну, ладно, не свидания, а похода в кафе. Однако сейчас я была этому рада. Не нужно было придумывать причины, чтобы больше не встречаться.

Заборы, возведенные мною для собственного спокойствия, качались под воздействием новых эмоций, но держались.

Мурка, недавно отравившаяся неизвестно чем, полностью пришла в норму. Родители звонили, напоминали, что очень ждут в гости на Новый год. Лекции заучивались легко, на этой неделе должны были закончиться некоторые занятия. По большей части из них удалось получить автомат, поэтому свободного времени в дальнейшем станет больше.

Жизнь казалась простой и безоблачной.

А во вторник, в этот замечательный вторник, когда я получила автомат по информатике, чем расчистила себе от учебы тридцатое января, на пороге моего магазинчика снова оказался Денис Князев.

Я оглядывала парня внимательным взглядом и с тоской рассуждала о том, не попросить ли мне перевод. Есть у нас один магазин, на котором не задерживаются работники. Правда, находится он на другом конце нашего далеко не маленького миллионника, но общественный транспорт еще никто не отменял. Три часа моей жизни, бездарно проведенные в автобусе ежедневно, стоят моего душевного спокойствия.

- Привет, - с порога объявил он, и этот «привет» ударил по оголенным нервам.

В прошлый раз, занятая собственным смущением и размышлениями о том, узнал он меня или нет, я не обратила внимания на этот голос. Уверенный, хотя, скорее, самоуверенный, низкий, но еще юношеский. От него веяло неприятностями и общением «веселой» жизни. И - парадокс - этот голос пробуждал во мне что-то, что я похоронила несколько лет назад. Желание скинуть с себя сонное оцепенения и снова жить и двигаться вперед.

- Здравствуй, - тихо ответила я, одним словом ломая тот самый ненадежный, первый забор. Почему-то не возникло мысли обратиться на “вы”, придерживаясь обычной этики. Он явно знал, кто я. Слишком красноречивым был взгляд. А я еще несколько недель назад зажимала его раны, удерживая его в этом мире. Достойный повод, чтобы вести себя фамильярно.

- Спасибо за книгу, - он подошел к прилавку, за которым я уютно устроилась несколько минут назад, радуясь внезапной передышке. Волна покупателей схлынула, давая возможность допить остывший уже чай. - Отцу понравилось.

- Ты сам ее выбирал, - напомнила я. - Моей заслуги в этом нет. Я только завернула подарок.

- Ну, от упаковки он тоже был в восторге.

Я не нашлась, что на это ответить. Только смотрела на Дениса, чувствуя внезапное волнение. В этот раз он был без шапки, несмотря на декабрьский мороз. Зимняя парка, явно брендовая, хоть я в таких вещах не очень разбираюсь. Русые волосы средней длины разметались в художественном беспорядке, отдельные пряди спустились на шею. Тонкие губы в полуулыбке-полуусмешке. И голубые глаза с нереальной бирюзовой радужкой смотрят внимательно, изучающе.

- У меня появилась новая бумага, не вырвиглазная, - поделилась я. - Можем еще кому-нибудь подарок подобрать.

- Я об этом пока не думал, - честно поделился парень.

- Тогда зачем же ты пришел? - может, не совсем вежливо, зато искренне спросила я. И тут же укорила себя за это. К нам сюда иногда как в музей ходят, особенно школьники и студенты. Не люблю таких. Шума много - покупок мало. Хотя, уж кто-кто, а Денис был явно не из их числа.

- Вообще-то хотел пригласить тебя на ужин, - сказал он, внимательно следя за моей реакцией. - Или скорее, на кофе. У тебя завтра четыре пары, посещаешь ты университет регулярно, так что вряд ли сможешь уделить мне много времени. Поэтому сегодня предлагаю только кофе.

- Откуда ты знаешь? - искренне удивилась я, невольно вспоминая вечерний поход в кофейню с Яном. Сговорились, что ли? Эй, оставьте меня в покое. Мне повышенное внимание противопоказано.

- Я все знаю, - было мне уверенным ответом. - Особенно про тех людей, которых я считаю своими.

- И ты считаешь меня своим человеком? - искренне поразилась я. Мы же видимся третий раз в жизни. причем в первый он был без сознания, а во второй мы упорно делали вид, что друг друга не знаем.

- Конечно. Ты же спасла мне жизнь, - заметил он, пробегая пальцами по новогодним открыткам, выставленным на специальном стенде рядом с кассой. - Теперь наши судьбы связаны.

Прозвучало это несколько угрожающе, поэтому я решила проигнорировать данное утверждение.

- Вынуждена отказаться от щедрого предложения, - вместо этого ответила я. - Я уже недавно пила кофе после работы, лимит на этот месяц исчерпан. У меня зачетная неделя на носу.

- С кем это? - мгновенно насторожился молодой человек.

- Не имеет значения, - мне очень не нравилось, когда пересекали мои личные границы. - В любом случае, сегодня не смогу.

Дверь распахнулась, являя нам молодую парочку, которая трепетно держалась за руки. Было видно, что у молодых людей чуть ли не первое свидание. Что же, очередной холостой заход, насколько подсказывает мне мой опыт. Сейчас походят между стеллажами, похихикают, отогреются и побредут дальше.

- Понимаю, - продолжил как ни в чем не бывало Денис и, взяв одну из из открыток, написал внутри что-то карандашом, который служил образцом для ряда таких же дорогих автоматических моделей рядом. - Отвлекать не буду, зайду завтра. До встречи, Юля.

- До встречи, - эхом повторила я, провожая высокую фигуру взглядом. Ну, каков наглец. Мне же теперь за эту открытку придется заплатить.